Расцвет Ларк (ЛП) - Вог Сандра - Страница 27

Мы ехали бок о бок в темноте. Не было ведущего. Лошади шли вместе, уверенно пробираясь сквозь тьму, проходя дубовую рощу, направляясь по землям при замке, устремляясь к тропе, что вела прочь от Тарнека. Гарейн остановился и показал, где держаться за Руну, когда мы будем спускаться по склону.

- Дай ему больше свободы, - сказал он, съехал со спины своей лошади, чтоб показать мне. Он взял меня за руку и исправил хватку. Наши пальцы соприкоснулись на шелковой гриве Руны.

- Ты покраснела, - прошептал он и отвернулся. Наверное, улыбался.

Было невероятно тихо. Стрижи ушли. Гарейн сказал, что этой ночью они уже не вернутся, хотя мы и были сейчас открыты для атаки, пересекая долину. Звезды освещали наш путь, поблескивая сиянием на камнях склона. Мы добрались до леса из эвкалипта и сосен, луна затерялась за верхушками деревьев. Только тогда Гарейн разрешил остановиться на ночлег.

- За теми камнями есть маленький пруд, - сказал он. Так и было. В камнях была выемка, где собралась дождевая вода. Лошади пили из пруда, я вымыла руки и лицо и попробовала чистую воду, радуясь тому, что снова оказалась вне четырех стен.

Я вернулась, а Гарейн уже расстелил покрывало, он был не таким и злым. У него была фляжка с водой и пакет с сухарями. Он взял их, а я даже не подумала взять с собой еду. Он был прав, из-за необдуманных действий я оказалась не готова.

- У нас всегда все готово для похода, - сказал Гарейн, проследив за моим взглядом. – Потому я почти сразу же последовал за тобой, - он добавил почти беспечным тоном. – И мы никогда не расстаемся с мечами, - его оружие лежало на краю покрывала.

«Но не в воде», - подумала я, вспомнив сверкающего каплями воды Гарейна в саду. Я отругала себя и сосредоточилась на блеске его меча.

Гарейн сел и убрал волосы со лба, после чего придвинул свою сумку.

- Садись, - предложил он, убрав в сторону меч и взглянув на меня. – Я не собираюсь им пользоваться.

Он заметил, что я никак не отведу взгляда от меча, и сказал с нотками веселья:

- Да шучу я, - и добавил еще мягче. – Ларк, я не наврежу тебе.

Не из-за меча мне было неловко. Я осторожно опустилась на колени на краю покрывала, надеясь, что в темноте мой румянец будет незамеченным.

- Ты не голодна? – спросил он.

Я ощутила голод. Я потянулась за сухарем, что Гарейн предложил в качестве примирения. Но он не отпустил свой край, и мы замерли, сойдясь в этом поединке, он не сводил с меня взгляда. Гарейн заговорил первым:

- Я вел себя ужасно, Ларк. Не так, как я хотел.

- Хотел? – он явно чувствовал дрожь моих пальцев. – А чего ты хотел?

- Чтобы все началось по-другому.

Он сказал это тихо, но искренне, и мои щеки вспыхнули. Я выдавил смешок, но прозвучало это словно икота.

- Ты хотел меня убить, но не смог. Надо радоваться хоть этому…

- Это еще не все, Ларк, - Гарейн замешкался и сказал. – Ты простишь?

Я задрожала, сердце екнуло, ничего не могла с собой поделать. Он это явно понял и потянул легонько сухарь на себя, зная, что выиграл, желая, чтобы я улыбнулась.

- Мы друзья.

Друзья. Глупый укол разочарования, но я все-таки улыбнулась.

- На эту ночь – да, но я не знаю, в каком настроении ты будешь утром.

- Шутишь? – он вскинул брови. Но отпустил сухарик и отвернулся, растянувшись на покрывале и взяв другой сухарь. Он медленно жевал его и смотрел на небо. Тело его расслабилось и сильнее прижалось к земле.

Он не сказал ни слова о прикосновении, что пробудило меня. Он не сказал ничего о связи, которую признал в ту ночь в саду. Он не смущался и не краснел, значит, стоило это так же игнорировать, как и он. Я заняла себя сухарем, что оказался сладким с ореховым привкусом. Но он быстро закончился, и я замерла.

- Хорошо питает перед битвой, - сказал Гарейн. – И в пути хорошо, - долгое время царило молчание, я сидела на коленях, он лежал, подложив руку под голову. Я слышала биение своего сердца. Лошадь Гарейна позвякивала седлом. Гарейн взглянул на меня.

- Вместе нам безопаснее, - и чуть позже добавил. – И лежа спать проще. Попробуй.

Я кивнула и легла на спину. Мы лежали бок о бок на расстоянии руки. Я вдохнула, пытаясь успокоиться, надеясь, что всю ночь я себя так чувствовать не буду.

Гарейн рассмеялся.

- Так ты не отдохнешь, - он протянул руку и убрал волосы с моего плеча. Его пальцы задели мою шею, случайное прикосновение, мы вздрогнули. Я заметила взгляд Гарейна.

- Ты так легко краснеешь, - прошептал он.

- Наверное, - прошептала я отчасти правду. – Я не привыкла к дружбе.

- Дружбе? – спросил он, словно это не он выбрал это слово.

Гарейн подвинулся, но его левая рука осталась вытянутой под головой, тишина укутала нас. Он явно думал о Тарнеке, а я разглядывала звезды, наслаждаясь его близостью, его теплом.

- Илона, - сказала я, поняв его мысли, и спросила. – С твоей сестрой ведь все будет в порядке?

- Она сильная, - вздохнул Гарейн. – Наверное, мне стоит поблагодарить тебя за то, что ты увела стрижей, хоть поступок и был глупым.

Я слабо улыбнулась и вдруг поежилась.

- Этот ужасный шум…

- Ты их слышала? Издалека? – Гарейн замолчал, и я кивнула. – Мы такого не можем. Но что-то в них – дрожь от них или хлопанье крыльев – сводит Целителей с ума. И чем ближе они, тем дольше это длится…

- Хотелось бы понимать. Я не знала, что это. Я думала, так гудят горы или… Не знаю, - я потерла лицо рукой. – Глупо. Я могла предупредить Илону и всех. Это я выучу.

Я думала, он согласится, но Гарейн повернулся на бок и с любопытством смотрел на меня.

- Ты, как Стражница, видишь природу вокруг нас иначе? Каково это – видеть истории других людей, знать об атаке Призывателей? Каков этот Взор?

Я смотрела на него, ошеломленная количеством вопросов.

- Я… не думаю, что это как-то отличается. Но… если ты хочешь знать, что я чувствую, то это не только видения или ощущение энергии людей. Взор – это зрение, он затрагивает все мои чувства. Э-это значит, что раз я это вижу, я это знаю.

- И что же ты видишь, Ларк?

Гарейн оказался очень любопытным. Он не сводил с меня взгляда, и я не могла отвернуться. Я замешкалась. Как описать что-то настолько личное? Наконец, я тихо сказала:

- Ты спрашиваешь не о самых приятных особенностях Взора. Да, я могу прочитать человека, особенно, при первой встрече, и это пугает, потому что эмоции непредсказуемы, а истории порой ужасны. Я мало знаю о насилии, но когда надвигается что-то мощное, меня охватывает отвратительное ощущение, кожу покалывает, тело трясет… - я замолчала. – А еще есть сны и видения, они же – предупреждения, - я вспомнила о видении опасности для Мерит, об амулете Жизни, что страдает из-за хукона. Гарейн сверлил меня взглядом.

- И ты из-за всего этого страдаешь?

Может, с ним и было приятно общаться, но слово он подобрал грубое.

- Все не так плохо, Гарейн. Есть и та часть сил Взора, что… поражает, - я отвернулась и смотрела на звезды. – Видеть танец звезд на небе, чувствовать камни под нами, что тихонько гудят, чувствовать вкус ночи. Слышать дыхание деревьев, видеть мерцание неба, ощущать, как растет все в земле, как меняется. И все это я ощущаю и знаю. Земля наполняет меня, все вокруг нас полно жизни, и они… звучат для меня слаще музыки, - я замолчала на миг. – Король сказал, что амулеты говорят со Стражами. Но я думаю, что они поют. Жизнь поет для меня.

Я рассказала о Взоре больше, чем обычно, больше, чем стоило. Я ждала ответа. Гарейн смотрел на меня, но ничего не сказал, а ночь окружала нас, кипя энергий предвкушения. Я чувствовала свое волнение, его волнение, словно между нами полыхало пламя. Стоило бы сменить тему, ведь молчание затянулось, а взгляд его был слишком пристальным.

- А Всадники? – спросила я, нарушая тишину. – Что они чувствуют?

- Опасность, - ответил он через миг и перевернулся на спину. – Мы хорошо ощущаем нарушенное равновесие.

Я не могла себя сдержать и улыбнулась, вспомнив.