Расцвет Ларк (ЛП) - Вог Сандра - Страница 35

Гарейн протянул сухарь гному, но тот отвернулся.

- У меня есть еда, - сказал человечек Гарейну, не скрывавшему презрения.

- Гном! – громко сказала я, чтобы помешать ссоре. – Мы все еще не знаем твоего имени.

- Это, - ответил он, - потому что я его не назвал.

- И? – спросил Гарейн.

- Нет, - гном покачал головой. – Вы его не поймете, оно не для вашего языка.

- Попробуй, - усмехнулся Гарейн.

Гном взглянул на него. Он раскрыл рот и издал ужасные хриплые и непонятные крики.

- Это, - вмешалась я, кривясь, - очень длинное имя!

- Да, ведь к именам мы добавляем возраст. А я уже достиг важного возраста, - гордо сказал он. И пожал плечами. – Но вы можете выбрать имя, что подходит вашему слуху.

- Ты будешь Коротышкой, - прошептал Гарейн.

- Прутик, - вмешалась спешно я. – Мы будем звать тебя Прутик.

Гном за моей спиной заерзал.

- Истинное имя имеет значение, если кто-то его заслужил, - сказал он. – Но это имеет смысл, вам легко его произносить, так что я согласен.

Гарейн направился на коне вперед. Я погладила Руну, что принял странного маленького пассажира с любопытством и последовал за Всадниками с поляны.

- Ты остаешься со мной? – спросила я у Прутика. – Отправишься со мной за шаром?

Он сказал мне на ухо:

- Я – твоя помощь. Ты мудро попросила ее.

- Но как долго…?

Он ответил, как я и ожидала:

- Узнаем, когда придет время.

17

Всадники ехали цепочкой. Я такое уже видела. Наверное, эта привычка появилась у них после походов по узким тропам холмов Тарнека. Мы растянулись по предгорью Куллан, словно бусины на нити, во все стороны простиралась зелень.

Я теперь видела путь, что уже проходила, с высоты коня, и теперь только сильнее убедилась, что вокруг простор ровной земли с одинокими булыжниками. И все осталось таким же тусклым.

Прутик не прекращал заваливать меня вопросами. Он спрашивал про Мерит, мою семью и друзей. Спрашивал о старейшинах, лисе и руке Рубера Минла. Он выпытывал, что я знаю о травах от бабушки, сколько гисани я вырывала в начале лета, когда сшила сумку, в которой он ехал, что мы ели на ужин, из чего сделан гребень, которым я расчесываю волосы. Не было связи между вопросами, но все они касались деталей, которые порой было сложно вспомнить, а Прутик поглощал ответы, словно они были его едой. Вопросы прекращались, словно он уже знал все ответы, но потом в нем взыгрывало любопытство, как именно отвечу на эти вопросы я.

Начались вопросы про Взор и недавние видения, что я там видела, чувствовала, что поняла…

Наконец, я сказала:

- Хватит, - у меня разболелась голова. Прутик фыркнул и притих, я смогла отвлечься на что-то более приятное.

Но такие мысли не приходили в голову. Из-за кучи вопросов, нехватки сна, угрозе Призывателей и Тротов и уязвимой Мерит я была дерганой. Небо тоже помрачнело, намекая на дождь, хотя посреди лета это было редким явлением. Я смотрела на спину Гарейна. Смотрела на пейзажи, гладила гриву Руны и чувствовала меланхолию из-за близости к дому.

Меня не радовала грядущая встреча Гарейна и Эви. Мы были связаны до этого. А теперь неотвратимое встало между нами, и было больно, что больше нам вместе не быть.

«Как же быстро кто-то может полюбить…» - крутилась в голове строчка из песни. Гарейн быстро влюбился в Эрему, он почти признался мне. С Эви все будет еще быстрее. А как иначе, с ее красотой и характером? А Эви? Я не могла ее упрекать, хоть и потеряла сердце после первого сна с Гарейном.

Мне стало жаль Райфа.

Впереди кружил сокол. Мы приближались к границе Темного леса и болотам Нилер. Я увидела камень, на котором ночевала, испуганная и уставшая. Каким же он был маленьким! Он был едва заметным, а ведь поддержал меня.

Я вздохнула. Ничего не менялось, но и не оставалось прежним.

Сокол описал лениво дугу в небе, серый на сером. Прутик спал или дулся. Мы шли друг за другом, Всадники были настороже, пока я обвисла на Руне, заскучав.

И вдруг Прутик сказал мне на ухо:

- Не филонь, Ларк!

И я, вроде, ответила:

- Что? – но шею уже покалывало, я вскрикнула. Я увидела, как передо мной поднялась стена пламени, стало жарко, пахло дымом. Я слышала крики, а потом…

Я оказалась на Руне, я хватала ртом воздух и дико озиралась, Всадники остановились, и Иен звал Гарейна.

- Это… Я… - тело замерло, и я уже не была на Руне, я видела, как Троты бегут, появляются из Темного леса перед Мерит. Они промчались по полю Крем Посс, по лаванде к домику, принадлежащему Дэну Хурну. Тревожно зазвенел колокол, я услышала крики, но не людей. Я не видела людей, только Тротов. И они бежали к площади.

Я пыталась кричать Всадникам, звать Эви и бабушку, но у меня не было голоса, меня там не было. Я могла лишь следовать за ними, словно тоже нападала на Мерит, словно я была Тротом.

Земля содрогнулась от сражения. Я видела обвалившийся дымоход, это был дом Тома Мейкера, но вскоре я уже не понимала, что вижу. Горячий ветер разносил солому. Пахло пылью, она жалила лицо. Я завернула за угол и увидела, что рыночная площадь горит. Безумные и испуганные крики не прекращались. Из огня показался меч, за ним другой, и тени промчались в дыму – Всадники яростно набросились, крича в ответ. Я спотыкалась, я едва могла видеть, я лежала на земле среди камней и ног. Здесь было меньше дыма, но я закашлялась из-за пыли, я ощущала вонь Тротов вокруг.

И пахло кровью.

Я выпрямилась и увидела в огне высокого Руну, он вставал на дыбы, ржал, грива развевалась на ветру, он бил по воздуху. Копыта ударяли, его прекрасные белые ноги были в крови.

Меня на его спине не было.

Я кричала, кричала и не могла перестать, даже когда ладони Гарейна накрыли мои, прекращая поток видений.

- Нет, нет! Хватит! – я вырывалась из его хватки. – Пусти! – я должна была досмотреть, понять, что стало с моим конем. – Руна! – кричала я. – Руна!

Но я была здесь, среди болот, и я слышала ржание лошади над собой, а не в видении, Руна смотрел на меня, скорчившуюся на траве. Я открыла глаза и увидела его чистую шерстку, он осторожно переступал с ноги на ногу, я расплакалась.

- Ларк! – сказали в один голос Всадники. Шум в ушах был невыносимым, рыдания сотрясали тело.

- Сделай что-нибудь! – вопил Гарейн. – Гном, сделай что-то!

Прутик ответил низким голосом.

- Это я исправить не могу.

Гарейн выругался, или это был Прутик из-за своей беспомощности, я не знала и не хотела знать. Руна… Я согнулась, опустошая и без того пустой желудок, словно могла выпустить так весь ужас. Я цеплялась за землю, волосы, тунику, пытаясь стереть этот ужас. Я ударила Гарейна, схватилась за его меч. И вытащила его, хотя и закричала из-за обжигающего холода и невыносимого веса. Если бы он не забрал меч, я бы пронзила себя, лишь бы стереть это видение.

- Ларк! Ларк! Хватит!

- Отдай! Отдай! – всхлипывала я, пытаясь отобрать меч. – Дай!

- Ларк! Все хорошо! Все будет хорошо!

- Мерит! Они захватывают Мерит! – меня усадили на землю. И потом… - Руна! Руна!

Конь был рядом, он уткнулся в мою щеку носом, от его пахло травой.

- Пусть на тебя подышит, Ларк! – голос Прутика был хриплым. – Пусти его!

- Троты! Они бегут из Темного леса! Скорее!

- Тише, Ларк. Дыши.

Я закашлялась, я пыталась тошнить, но было нечем, и слезы высыхали. Все молчали, только Прутик ходил туда-сюда, посылая своими шажками дрожь по земле, на которой я лежала.

Я яростно заговорила:

- Они идут…

- Ларк, - Тэран. – Сколько Тротов? Что еще?

- Слишком много, - я перевернулась, голова наткнулась на что-то твердое, на ногу Гарейна. Он сидел на коленях рядом со мной.

- Плохо, плохо, - Прутик никак не останавливался. Его голос звучал то ближе, то дальше. – Это будет скоро. Очень скоро!

- Тихо, старик! – воскликнул Брант. – Пусть Ларк успокоится!