Замороженные приливы (ЛП) - Родес Морган - Страница 3

Глаза Ника вспыхнули с удивлением, словно он не ожидал этого от Магнуса.

- Что ты имеешь в виду? Мы можем идти?

- Да, идите, - это лучшее решение для всех. Клео – опасное увлечение, а Ник в лучшем случае лишь раздражитель, а то и угроза. – Это приказ!

Он посмотрел на Клео, ожидая увидеть в глазах принцессы облегчение.

Вместо этого он столкнулся с возмущением.

- Приказ, да? – прошипела она. – Уверена, что это всё упростит для тебя, если нас не будет! Куда проще найти волшебницу-сестру и получить все кристаллы!

Напоминание о Люции, что сбежала в Лимерос с Алексиусом, её Хранителем-наставником, было неожиданным ударом. Кровь была на полу – и это может быть кровь Люции.

Она должна выжить. Он отказывался думать иначе. Она жива, и, когда он найдёт её, он убьёт Алексиуса.

- Подумай о себе, принцесса, - сказал он, возвращаясь к более важному вопросу. Конечно, ему нужны родичи. Она думает, что он поделится ими с девушкой, что столько времени пыталась вернуть свой трон? Родичи дадут ей власть требовать не только Оранос, а и любое другое королевство, что она пожелает.

Ему нужна власть в его руках – ничьих других, - и у него будет контроль нал жизнью, он никого не боится, и все боятся его.

Даже то, что случилось прежде, можно изменить. Они – два человека на противоположных сторонах, что желают одного и того же, но только один победит. И он не собирался отдать всё, к чему стремился, в чужие руки.

Красный цвет вернулся к щёкам принцессы, и в её глазах вспыхнуло разочарование.

- Я никуда не поеду. Мы отправимся во дворец вместе. И мы найдём Люцию вместе. И когда твой отец придёт за нами, мы вместе встретим его гнев!

Он посмотрел вниз на сердитую принцессу. Она уставилась на него без страха. Её плечи, её подбородок – она словно факел в холодной, бесконечной ночи.

Как бы он хотел быть достаточно сильным, чтобы ненавидеть её.

- Хорошо, - сказал он, стиснув зубы. – Но помни, это только твоё решение.

***

Карета достигла лимерийского дворца и прошла мимо охраняемого пункта вскоре после того, как взошло солнце. Расположенный на краю скалы с видом на Серебряное море. Чёрный замок контрастировал с белым фоном. Его обсидиановые башни поднимались в утреннем небе, как тёмные когти могущественного бога.

Многие считали это пугающим, но для Магнуса это было домом. Ностальгия коснулась его – воспоминания простых времён, езды и фехтования в классах с дворянскими сыновьями.. И Люция на его стороне, всегда с книгой. Королева, завёрнутая в меха, приветствующая важных гостей, что прибывают на банкет. И возвращение отца с удачной охоты, что приветствовал молодого сына редкой улыбкой.

Везде были призраки прошлого.

Он вышел из кареты и сделал десяток шагов, что вели к высокой, тяжёлой входной двери, чья чёрная деревянная поверхность была украшена лимерийской коброй и надписью "Сила, вера, мудрость". Он мог слышать заговорщицкий шёпот Клео и Ника, когда они шли за ним.

Он дал им шанс уйти без последствий, но они пошли сюда с ним. Они сами виноваты в том, что будет.

Двое стражников стояли перед входом, одетые в красную униформу лимерийцев с тяжёлыми чёрными плащами, чтобы не замёрзнуть. Магнус знал, что не нуждается в представлении. Стражники одновременно поклонились.

- Ваше высочество! – воскликнул один, удивлённо глядя на Клео и Ника. – Высочества… - уточнил он. – Вы в порядке?

Со сломанной рукой, ушибленным и окровавленным лицом и взбудораженным внешним видом, Магнус не был удивлён, что стражник спросил это.

- Достаточно, - сказал он. – Откройте дверь.

Ему не нужно было пояснять обычному стражнику, почему он в таком виде. Это его дом, и он имеет право быть тут, когда пожелает, особенно после того, как едва сумел избежать смерти от рук приспешников Амары.

Тем не менее, он не мог игнорировать приближающуюся возможность требования его ареста, что будет направлена в замок или в Ворон. Но когда стражники открыли двери без вопросов, он выдохнул, понимая, что всё в порядке.

Он успокоился и вошёл в большое фойе, осматриваясь и останавливаясь на спиральной лестнице. Высеченной в каменных стенах, словно проверяя недостатки.

- Лорд Гарет ещё в Ораносе? Полагаю, он не вернулся со свадьбы дочери.

- Господин Гарет не собирается возвращаться несколько недель. Господин Курт назначен главным советником.

Магнус нашёл ответ странным и подумал, что, возможно, что-то не так услышал.

- Господин Курт Кирелло назначен главным советником? – переспросил он.

- Да, ваше высочество.

Курт Кирелло, старший сын господина Гарета, отвечает за лимерос. Это большая неожиданность – Магнус слышал слухи, что Курт утонул несколько месяцев назад за границей.

Он был разочарован, что слух оказался ложным.

- Я встречала вас в прошлый раз, - обратилась Клео к стражнику, отодвинув капюшон плаща. – Энцо, не так ли?

- Да, - стражник тревожно покосился на её разорванный плащ и засохшую на светлых волосах кровь. – Ваше Высочество, мне позвать дворцового врача?

Она рассеянно коснулась небольшой, но неприятной раны на лбу, что оставил ей стражник Амары.

- Нет, не нужно, спасибо, - она улыбнулась. – Вы очень любезны, я помню это.

Лицо Энцо стало красным, как его форма.

- С вами легко быть добрым, Ваша Светлость.

Магнус боролся с желанием закатить глаза. Казалось, принцесса поймала ещё одну незадачливую муху в свои сети.

- Энцо, - сказал он повелительно, чуть понизив голос. Взгляд стражника метнулся к нему. – Пусть господин Курт встретит меня в тронном зале.

Ещё один взгляд.

- Да, ваше Высочество, - он поспешил, не проронив больше ни слова.

- Ну же, - Магнус обратился к Клео и Нику, а после повернулся на каблуках сапог и последовал по знакомым коридорам к тронному залу.

- Ну же? – Ник усмехнулся. – Он обращается с нами, как с обученными собаками.

- Я уверена, что принц никогда не учился разговаривать с людьми вежливо, - ответила Клео.

- И всё же, - промолвил Магнус. – Вы всё ещё со мной. Да?

- Да. Но ты должен помнить, что очарование помогает куда лучше, чем резкие слова.

- Острый топор открывает двери лучше всего.

У входа в тронный зал тоже стояло несколько стражников, что поклонились при виде Магнуса. Не нужно топор – они толкнули дверь так быстро, что он даже не должен был замедляться.

Оказавшись внутри, он внимательно осмотрел комнату. Отцовский чёрный железно-кожаный трон красовался на вершине помоста в одном конце, а в другом – деревянный стол и стулья для заседаний. Стены были покрыты гобеленами, несколько факелов сияло, и свет дотянулся до тех углов, где не могло оказаться солнце.

В тронном зале проводилось много официальных мероприятий. Тут король давал аудиенцию лимерийцам, слушал просьбы о финансовой помощи и справедливости относительно проступков. Тут он приговаривал заключённых за свои преступления и выполнял обряды, и все, достойные и недостойные, получали звания, такие, как Генеральный советник.

Краем глаза Магнус заметил, что Клео придвинулась к нему.

- Ты уже знаком с господином Куртом? – спросила Клео.

Магнус пристально смотрел на трон.

- Да.

- И ты терпеть его не можешь.

- Мне никто не нравится, принцесса.

Ник фыркнул.

Они замолчали, и Магнус заметил, что не мог больше успокаивать беспорядок в своей жизни. Он чувствовал себя загнанным в угол – раненным, безоружным, слишком уязвимым. Его рука пульсировала, но вместо того, чтобы игнорировать боль, он сосредоточился на ней, чтобы очистить ум от смятения и гула хаоса.

Шесть лет назад он в последний раз видел Курта Кирелло, но он помнил это так ясно, как будто это было вчера.

Солнце светило ярко и тепло, и снег растаял настолько, что лилия проткнули лёд морозной земли. Редкая летняя бабочка, помахивая золотистыми крыльями с голубыми и фиолетовыми точечками, замерла над одним из цветков в саду на краю обрыва. В Лимеросе это считалось удачей – увидеть летнюю бабочку, ведь это всего лишь однодневка.