Замороженные приливы (ЛП) - Родес Морган - Страница 9

- У меня есть много увлечений, - возразила она.

- В самом деле? И о чём ты хочешь поговорить?

- Я сказала, что хочу поговорить наедине.

Он осмотрел коридор, где было несколько стражников и слуг.

- Тут достаточно пусто.

- Так ли? – сказала она. –Тогда, может быть, мы начнём разговор с того, что было на вилле госпожи Софии, и почему ты пытаешься забыть об этом?

Его улыбка сникла, и он с шипением выдохнул, взял Клео за предплечье и потянул на балкон. Она оказалась на холоде без плаща, и её дыхание создавало замороженные облака перед нею.

Магнус поднял руки вверх.

- Тут никого. Как ты хотела. Надеюсь, тебе не слишком холодно? Для меня это освещающий воздух после стольких месяцев в адской оранийской шаре.

Как ей хотелось читать мысли, чтобы узнать, что прячется за его тёмно-карими глазами. Магнус с лёгкостью прятал все свои эмоции. Когда-то Клео полагала, что поняла его, научилась видеть сквозь маски, она сомневалась во всём, в себе.

Всё, что она знала, направляясь за ним, а не убегая с Ником в изгнание – она вложила будущее в руки принца. Это маленькая цена за её жизнь в далёком будущем.

- Если ты боишься, что я хочу обсудит случившееся на вилле госпожи Софии…

- Боюсь? – перебил он. – Я ничего не боюсь!

- Тогда позволь мне тебя успокоить, - она репетировала эту речь вновь и вновь в уме, с тех пор как покинула покои. – Эмоции были на грани, и эта ночь… Может быть, всё, что мы сказали, не следует воспринимать всерьёз.

Он внимательно смотрел на неё, немного приблизившись.

- Должен признаться, - сказал он наконец, - что случившееся до храма достаточно туманное для меня. Могу сказать, что в ярком свете дня это кажется куда более ясным. Моменты сожалений и глупостей, что казались теми, что несут тяжкие последствия, теперь не имеет значения.

- Мои мысли тоже, - облегчение в его глазах должно было освободить её, но она почувствовала тяжесть в груди.

"Остановись, Клео, - остановила она себя. – Ты ненавидишь его и всегда будешь ненавидеть. Держись за ненависть, она делает тебя сильнее. Он – пешка в борьбе против его отца. И всё".

Даже если Магнус бросил вызов королю, чтобы спасти её, он всё ещё его наследник. Это означало, что она оставалась врагом, и он мог избавиться от неё в любой момент, если пожелает. Это никогда не казалось более возможным, чем сейчас, когда он показал своё истинное лицо при беседе с Куртом.

Она клялась, что не позволит бдительности пропасть, как в тот вечер.

- Да, прекрасно, что мы поговорили, - сказал Магнус, повернувшись к двери. – Теперь, если мы закончили…

- На самом деле, это не основная причина разговора, - она расправила плечи и надела свою невидимую маску. – Я нуждаюсь в моей адъютанке, Нериссе Флоренс.

Он мгновение смотрел на неё в тишине.

- Что?

- Да, - она подняла подбородок выше. – И любой ответ, кроме "да", недопустим. Несмотря на… восхитительных слуг в Лимеросе, я привыкла к Нериссе, и её уход и навыки несопоставим с местным.

- Лимерийские слуги восхитительны, они?! – Магнус потянулся к Клео. Она замерла, и он колебался, прежде чем взять в руку прядь спутанных, наполовину заплетённых волос. – Разве ты просила служанку превратить свои волосы в птичье гнездо сегодня?!

Он стоял слишком близко к ней. Достаточно близко, чтобы она чувствовала его аромат, понимала, что он ездил верхом. Знакомый запах изношенной кожи и тёплого сандалового дерева…

Она отступила от него, зная, что будет думать яснее подальше от него. Её волосы выскользнули из его пальцев.

- От тебя несёт лошадью.

- Думаю, есть вещи похуже, - он поднял бровь, глядя на неё. – Хорошо, я пошлю за Нериссой, если ты считаешь её ценной.

Клео посмотрела на него с удивлением.

- Просто так? без убеждений?

- Ты хочешь спорить?

- Нет, но я… - когда она получила то, что хотела, пора умолкнуть. Отец Клео говорил, что она всегда всё портила, когда он уже смягчался. – Спасибо, - выдохнула она так сладко, как могла.

- А теперь, прости, мне надо смыть лошадиный запах. Не хотелось бы больше никого обидеть вонью, - он повернулся к двери.

"Прекрати быть слабой дурой!" – приказала она себе.

- Я не закончила!

Его плечи напряглись.

- Что?

Её зубы начали стучать от холода, но она отказалась вернуться.

- Сообщение к отцу. Что ты писал? Ты мне не сказал!

Он моргнул.

- А я должен?

- Это ведь касается меня, не так ли? Я та, кого ты спас от казни. Скажи мне. Какие планы? Он приедет? Мы в безопасности?

Он прислонился к двери балкона и скрестил руки на груди.

- Мы, принцесса, не в безопасности. Я сказал отцу, что узнал у тебя информацию о том, где Люция. Написал, что Крон так стремился выполнить приказ короля, что отказался повременить, пока я не получу эту информацию. Поэтому я взял дело в свои руки.

Клео выдохнула воздух, что до этого держала в своей груди.

- И он ответил?

Согласный кивок.

- Я получил ответ утром. Видимо, он уехал за границу и ждёт меня после возвращения.

- Да? И он поверил?

- Не сказал бы. Его ответ может означать что угодно – или ничего. Ведь он знает, что сообщения, отправляемые в Ворон, не будут конфиденциальны. Но я придерживаюсь этой истории до последнего вздоха. Если я смогу убедить, что действовал из любви к сестре, он может быть снисходителен ко мне.

- А ко мне?

- Это ещё надо выяснить.

Клео не ожидала от него обещаний, что она будет жива и здорова, так что она не была удивлена, что он это сделал. Его молчание – доказательство, что парень, который запугал и унизил Курта, был настоящим Магнусом.

- Теперь позволь мне спросить, принцесса, - сказал Магнус, сталкиваясь с нею взглядом. Он подошёл к ней так близко, что они почти соприкасались, и она отступала, пока не прижалась к перилам балкона.

- что? – она попыталась спросить это с таким вызовом, с каким могла.

- Удалось ли тебе проинформировать Йонаса Агеллона и его верных повстанцев о твоём местонахождении? Может, он преследует Амару, и ты получишь Родичей.

Упоминание Йонаса было резким толчком в холодную действительность.

Клео прижала руки к груди Магнуса и толкнула его.

- Отойди от меня, - прошипела она.

- Я задел тебя? Прости, но кое о чём надо поговорить, даже если тебе неприятно.

- Я же сказала тебе, что не имею ничего общего с Йонасом Агеллоном и его последователями, - убеждение, что она в сговоре с повстанцами, привело её к заключению, и король приказал казнить её.

Но это была правда – она в сговоре. Но она никогда не признается в этом. Особенно Магнусу.

- Ну, я мог бы предложить Йонаса в наставники вместо Курта. Курт – специалист в спорте, но Йонас убил оранийцев и лимерийцев своими стрелами, пока Курт только мишени.

- Курт научит меня, но благодарю за мнение, - она прошла мимо него, и он смотрел через плечо, как она покидала балкон. – Доброго дня, Магнус.

Он смотрел ей вслед с балкона с холодным прищуром.

- Доброго дня, принцесса.

Глава 4

Люция

Пелсия

Он попросил называть его Каяном.

Он выглядел не старше двадцати. У него были тёмно-светлые волосы, сверкающие янтарные глаза, и он был выше, чем все, кого знала Люция.

Бессмертный и нерушимый. Всемогущий и страшный. Способный убить смертного одной вспышкой пламени и боли, мыслью. Он – бог Огня, заключённый прежде в янтарной сфере на многие века.