Меч ангелов (ЛП) - Пекара Яцек - Страница 12

Риттер объяснил мне, где проживает Андреас Куффельберг. Это была менее состоятельная часть торгового района, расположенная частично у одного из речных ответвлений, а частично на острове, на который пассажиров через мелкое болотце перевозил канатный паром. Дом Куффельберга находился недалеко от берега. Это было здание, расположенное на узкой улочке и прижатое к другим строениям так, что их жители могли бы подавать друг другу руку через окно, если б только посильнее высунулись. Хайнц несколько раз бывал у Куффельберга, и объяснил мне, что дом состоял из расположенных на первом этаже кухни и столовой и двух небольших комнат на втором этаже. К дому примыкал погреб, в котором Риттер, правда, не был, но знал о его существовании, поскольку хозяин держал там между прочим напитки.

Я долго стоял, укрывшись в тени одного из закоулков, и наблюдал за входом. Однако ничего не происходило. Никто не входил и не выходил, я видел только, что кто-то открыл ставни на первом этаже, но в комнатах на втором этаже они оставались всё время закрытыми наглухо. Возможно, в одной из них скрывался сейчас Швиммер вместе со своей жертвой? Ну что ж, я не имел другого выхода, кроме как это проверить. Я подошёл к дверям и постучал ржавым молотком в виде львиной головы (а скорее половины львиной головы, поскольку остальная часть выкрошились). Через минуту я услышал шлёпаные шагов и голос старой женщины.

– Кто там?

– К мастеру Куфельбергу с поручением от мастера Риттера, - объяснил я, стараясь говорить тоном одновременно униженным и слегка раздосадованным.

– Уже, уже. - Фамилия Риттера, видимо, была знакома женщине, потому что я услышал скрип отодвигаемого засова.

Дверь отворилась, и на пороге я увидел старую морщинистую женщину, лицо которой напоминало помятую и грязную простыню, усеянную козьими какашками. В данном случае роль козьих какашек играли огромные бородавки, растущие на её лице с удивляющей равномерностью. Я шагнул за порог, отпихивая старуху в сторону.

– Где Куфельберг? - Спросил я, теперь уже резким тоном.

Из комнаты появилась какая-то плечистая фигура и встала в тени. Трудно, однако, было не узнать в ней Куфельберга, за исключением того, что в этот раз у него были гладко выбритые щеки вместо приклеенной рыжей растрёпанной бороды.

– Мастер Маддердин? - В его голосе обеспокоенность боролась за лучшее с удивлением. Он подошёл на несколько шагов в мою сторону. - Входите, прошу вас.

– На пару слов, наедине, – сказал я.

Мне показалось, что он побледнел, но молча указал на столовую, где около огромного ложа возвышалось большая гора актёрского реквизита. Я закрыл за нами двери.

– Чем могу вам служить? – Спросил он.

– Где Швиммер? - Я решил не тянуть кота за хвост.

– Ха, так вот зачем вы здесь! – Он хлопнул ладонями по бёдрам. – Люди Лёбе меня уже об этом спрашивали. Я даже позволил им осмотреть дом.

– Я и не утверждаю, что он здесь, - сказал я, - но поверь мне, Андреас, что лучше для тебя будет, если ты расскажешь мне всю правду. Помощь преступнику наказуема со всей строгостью закона, хотя мне и известно, что Лёбе намеревается его в этом заменить.

– Да ничего я не знаю, – буркнул он. - И вообще, я тороплюсь на репетицию, и если вы ничего не имеете против…

Я не намеревался выслушивать его дальше, поскольку его наглость обижала мои чувства. Я сделал быстрый шаг и схватил его левой рукой за промежность, а правую сомкнул ему на горле, чтобы не закричал. Я сжал его причиндалы пальцами, словно клещами тисков. Он хрипел, не в силах крикнуть, а глаза его чуть не вылезли от боли. Я немного ослабил хватку, ибо хотел, чтобы он сосредоточился на выслушивании моих слов, а не на созерцании собственного страдания.

– Досадно будет, если больше никогда не испытаешь удовольствия засунуть его в задницу молодого паренька, правда? - Спросил я и снова сжал покрепче.

Сейчас, однако, я снова ослабил хватку, поскольку не хотел, чтобы он тут потерял сознание. По щекам Куфельберга стекали ручейки слёз, а в глазах плескались ужас и боль. Я потянул носом.

– Обосрался, - сказал я с отвращением.

Я оттолкнул его, и он упал под стену. Тут же сжался там в комок, охватывая ладонями промежность. Позволив ему немного повыть и немного подумать, я присел рядом.

– Где Швиммер? - спросил я, вытягивая из-за голенища сапога короткий, но острый стилет, и стараясь, чтобы актёр увидел этот жест.

– Уууу себя, – всхлипнул он тихо. - Где-то там в селе.

– Недалеко от Готтингена?

– Сейтзен, оно называется Сейтзен!

Я мысленно проклял память Алоиза Пимке, который с трёх попыток ни одной не попал. Однако букву "С" он запомнил хорошо.

– Oooo… Иисусе, как больно…

– Заткнись, – приказал я. – А то ещё сильнее заболит.

Он захлёбывался воздухом и собственными слезами.

– Нет, пожалуйста…

Мольбы производят на меня небольшое впечатление, хоть я и готов их выслушать, как только вижу у того, кто умоляет, искреннее желание исправиться. Я надеялся, что именно такое желание я увижу у Куфельберга, ибо мне не приносило радости дальнейшее ведение следствия. Конечно, я знал людей, которые находили грешную радость в мучении ближних, но сам я был весьма далёк от подобных наклонностей. Если, однако, чьё-то страдание могло привести меня к цели, я не видел повода, чтобы не взвалить на плечи крест подобной ответственности.

– Похитил девку или сама с ним сбежала?

– Похитил, господин, похитил. Я отговаривал его, но…

– С братьями?

– Да.

– Ты дал ему деньги на телегу и коней? Спрятали девку среди товаров?

– Откуда вы знаете?

Я ударил его верхом ладони по зубам.

– Тут я задаю вопросы, - напомнил я.

– Да-да, телега. Я одолжил ему телегу.

– А что получил взамен?

Он глубоко втянул воздух в лёгкие, ничего не ответил и только сжался в комок ещё сильнее, словно ожидая удара.

– В конечном итоге, неважно, - я и так знал, что он получил взамен, и я поднялся. - Если тебе есть ещё что сказать, Андреас Куфельберг, говори сейчас. Потому что когда я вернусь из Сейтзена с пустыми руками, то я не забуду тебя посетить, чтобы продолжить нашу милую беседу.

– Это все, что я знаю, я клянусь! Вы найдёте их там, господин.

– Было б лучше для тебя, чтоб я их действительно там нашёл - сказал я серьёзным тоном.

В местопребывании Инквизиториума в Хезе не только выслушивают обвиняемых или свидетелей. Проживают здесь также и инквизиторы, которые ведут важное следствие, а равно и те, которые стремятся отыскать минуту сосредоточенности в размеренной тишине наших залов. Хезский Инквизиториум владеет также весьма обширной библиотекой, хотя, ясное дело, нет той библиотеки, запасы которой могли бы сравниться с богатством, собранным в монастыре Амшилас. Однако книгохранилище мы имеем представительное, и находятся в нём не только тома, посвящённые религии, теологии и философии, но также и значительно более лёгким темам. Кроме того, Инквизиториум славится своими картами. Наши картографы исследовали и описали весь известный нам мир, и, по-видимому, чёткостью и подробностью карты из Хеза превосходят даже те, что находятся в библиотеке Святейшего Папы. Очевидно, что инквизиторов не слишком занимают сведения о дальних странах: Абиссинии, населённой людьми, которые ездят верхом с собачьими головами на поясе, о Персии, управляемой огнепоклонниками, о далёком Китае или Островах Пряностей. Мы занимаемся гораздо более приземлёнными делами. Нас интересует, чтобы на картах мы могли отыскать каждый городок и даже большее село на территории нашей богоспасаемой Империи. Поскольку каково бы это было, если б инквизитор, узнав, что должен искать подозреваемого в местности Сейтзен, должен был сначала провести серьёзное и вдумчивое следствие, чтобы узнать, где это село вообще находится? Что ж это было бы за расточительство сил и времени!

– Вы знаете, мастер Маддердин, что Его Святейшество направил экспедицию в Индию? - Спросил у меня библиотекарь, поднимая взгляд от томов.