Поцелуй наследника - Барнс Софи - Страница 27

– Да, я тоже так думаю. По крайней мере у нас одинаковое чувство юмора. И я уверена, что наша совместная жизнь будет наполнена смехом.

– Разумеется. Ведь веселье – необходимая составляющая счастливого союза.

– Полностью с вами согласна.

– Не захватить ли нам этот кувшин с собой наверх? – спросил Дэниел, когда они покончили с едой. Он понимал, что Ребекка нервничала при мысли о том, что должно произойти, и надеялся, что вино поможет ей расслабиться.

Девушка молча кивнула и последовала за Дэниелом.

– Кажется, тут не так уж плохо, – сказал он, когда они вошли в небольшую комнатку, которую предоставил хозяин постоялого двора. В комнате едва нашлось место для кровати, но зато кровать казалась необъятной – такой огромной, что прямо-таки манила к себе.

– Наверное, нам пора немного отдохнуть, – сказала Ребекка, не сводя пристального взгляда с внушительного ложа.

Отдохнуть? Может, она шутит? Дэниел протянул руку, чтобы обнять Ребекку, но она отступила в глубину комнаты, затем повернулась к нему спиной и пошла вдоль кровати, очевидно, не подозревая о его намерениях. Проклятье! Похоже, это будет труднее, чем он предполагал!

Закрыв дверь на замок, Дэниел снова посмотрел на Ребекку, а та подошла к окну и выглянула наружу. Ее волосы были уложены в аккуратную прическу, которую она накануне каким-то образом умудрилась соорудить без помощи горничной. Но несколько прядей все же успели выбиться и теперь змеились между лопаток. В ночь бала ему ужасно хотелось освободить от шпилек эту тяжелую массу волос – чтобы они рассыпались по спине и по плечам, а потом пропускать мягкие пряди между пальцев и покрывать поцелуями изящную шею красавицы.

При этой мысли кровь вскипела в жилах – воображение уже рисовало, как он будет ласкать ее и как она будет отвечать на ласки. Что ж, если поцелуй в шкафу мог служить неким признаком, то, похоже, Ребекка охотно принесет свои дары на алтарь его чувственного богослужения. Но она по-прежнему стояла к нему спиной. Передернув плечами, Дэниел ловко сбросил с себя сюртук и начал развязывать галстук.

– Там что-то очень интересное? – спросил он.

Оглянувшись на него, Ребекка пожала плечами.

– Нет, ничего особенного. – Она прищурилась. – Но вы же, разумеется, не собираетесь раздеваться полностью?

Дэниел усмехнулся.

– Почему бы и нет? Или вы желаете, чтобы я предоставил эту честь вам?

Ребекка вздохнула и, закатив глаза, плюхнулась на постель. После чего сложила руки на коленях и уставилась в какую-то точку на стене. Пальцы Дэниела замерли – он как раз собирался расстегнуть запонку.

– Что-то не так? – спросил он.

Тут Ребекка взглянула на него, и Дэниел сразу понял, что она вовсе не горела желанием скрепить их брак должным образом. Проклятье! Ему-то казалось, что она хотела его не меньше, чем он ее. Неужели он ошибался?

– Послушайте, Дэниел, дело не в том, что вы мне не нравитесь. Напротив, я нахожу вас восхитительно интересным собеседником, – сказала она, снова улыбаясь. – Но мы ведь договорились, что вы вольны искать общества любой женщины.

Дэниел нахмурился.

– Не думаю, что я…

– Дэниел, я не требую, чтобы вы не встречались с другими женщинами. Мне вовсе не хочется, чтобы вы на меня обижались. Кроме того… Вообще-то я и не ожидала, что вы станете хранить мне верность. Но видеть собственными глазами… Что ж, могу признаться, что моя гордость получила чувствительный укол.

Ага, значит, она ревновала! Что ж, очень хорошо.

– Но как видите, я уже пришла в себя и готова принять вас таким, какой вы есть.

– И какой же я, по-вашему? – опасливо поинтересовался Дэниел; Ребекка сейчас говорила так, будто он – какой-то редкостный урод, с которым ее угораздило связаться.

– Ну… Разумеется, вы человек беспорядочного образа жизни. Мужчина, который хочет добиться благосклонности любой понравившейся ему женщины. – Ребекка вдруг взглянула на него с любопытством и спросила: – А правда, что вы завели обычай снимать для них дом? У вас до сих пор имеется такой дом?

Боже всемогущий! Неужели он обсуждает это с собственной женой?! Или ему снится?..

Ребекка посмотрела на него с сочувствием и добавила:

– Забудьте о том, что я спросила. Я и так вижу, что да.

Конечно, у него был такой дом. За то время, что прошло после разговора с дядей и последовавшего за ним бала у Кингсборо, он не успел отдать нужные распоряжения своей любовнице – и тем более не успел избавиться от жилища, которое для нее снимал. Дэниел молча кивнул, успев заметить огорчение, промелькнувшее в глазах Ребекки. Кажется, она лишь делала вид, что ей все равно, а на самом деле…

Решив продолжать игру, Дэниел сел на край постели и стал стаскивать сапоги.

– А вы? Чем вы будете заниматься, пока я буду развлекаться со своими женщинами?

Когда Ребекка снова заговорила, голос ее звенел от напряжения:

– Думаю, что Лора составит мне компанию. Но, возможно, я заведу любовника.

Дэниел оцепенел. Такого поворота он не ожидал.

– Вы лишились рассудка, – буркнул он. Мысль о том, что Ребекка станет утешаться в объятиях другого, ему нисколько не нравилась.

– Нет, я вовсе не сошла с ума, – ответила она с таким видом, будто они обсуждали что-то весьма банальное, например погоду. – Но вы, наверное, уже заметили: я из тех, кто любит приключения. И я не стану сидя дома изображать покорную супругу, пока вы будете развлекаться с любовницами. А если вы мечтали именно об этом, то вам следовало жениться на какой-нибудь другой женщине.

Дэниел стиснул зубы. Он чувствовал, как на него накатывает жуткая головная боль.

– А что, если бы я вам сказал, что меня не интересуют другие женщины, что вы – единственная, которую я хочу?

Ребекка сделала глубокий вдох и на миг задержала дыхание. Медленно выдохнув, проговорила:

– Дэниел, я знаю вас всего неделю. Признаю, что вы спасли меня ценой немалых усилий. Но делали вы это не только ради меня, но и для собственного блага. Не стану скрывать: я мечтала о том, что мы с вами сбежим, безумно полюбим друг друга и будем жить долго и счастливо. Но это – всего лишь фантазии, и доказательством служит тот факт, что вы не устояли перед первой же женщиной, что вам подвернулась.

– Поверьте, Бекки, леди Вернон для меня ничего не значит.

– Думаете, меня это утешит? Ведь главное – что вы охотно целуетесь с другой женщиной, пусть даже она ничего для вас не значит…

Проклятье! Разговор принимал явно не тот оборот.

– Знаете, во всем виновата только я, – тихо продолжала Ребекка, глядя в потолок. – Леди Трембли предупреждала меня, но я…

– Вам вряд ли стоит доверяться подобным дамам, – перебил Дэниел, поморщившись.

Ребекка тут же повернулась к нему:

– Почему же? Потому что она – тоже повеса, но только в юбке?

Дэниел промолчал, а Ребекка снова уставилась в потолок.

– Леди Трембли всегда выручала меня, когда я нуждалась в помощи. Именно она дала мне то красное платье, в котором я была на балу.

– Ну разумеется… Кто же еще мог до такого додуматься? Предложить алое платье невинной девице!

– Очень жаль, Дэниел, но вы дали мне повод думать, что со временем уступите соблазну и переспите с другой. И если это неизбежно, то уж лучше мне сразу принять печальную истину, чем считать, что подобного никогда не случится. Вы мне нравитесь, и я бы хотела, чтобы мы поладили. Но прошу – попытайтесь меня понять. Пока вы не изменитесь, мы с вами будем оставаться лишь друзьями, не более того. И наши утехи в спальне должны ограничиться только двумя соображениями. Первое – фактическое скрепление брачных уз, а второе – рождение наследника. Как только обе эти цели будут достигнуты, нам, наверное, лучше всего вообще воздерживаться от близости.

Дэниел в изумлении смотрел на Ребекку; ему казалось, он ослышался. О господи, ну почему он не проявил решительности и не оттолкнул леди Вернон?! Это была ужасная ошибка, в результате которой он мог потерять доверие Ребекки. Но что же теперь делать? Как вернуть ей веру и сделать так, чтобы они стали любящими мужем и женой и не искали утешения в объятиях любовниц и любовников? Действительно, что он мог сейчас сказать? В голову ничего не приходило, и Дэниел, чувствуя, что начинает выходить из себя, решил сменить тактику. Следовало утвердиться в своих правах, пока он не потерял Ребекку навсегда.