Поцелуй наследника - Барнс Софи - Страница 9

Ее улыбка стала еще шире – как будто она радовалась удачной шутке.

– Мистер Невилл, мое настоящее имя – леди Ребекка, и живу я в Рослин-касл, а если совсем точно – в одной из комнат башни.

Леди Ребекка – из замка Рослин?! О боже, только не это! Говорили, что у нее – полный разлад в голове, такую бы прямиком в сумасшедший дом. Однако женщина, обществом которой он наслаждался весь вечер, вовсе не казалась душевнобольной – напротив, была веселой и остроумной, и он с удовольствием с ней общался. К тому же она была очень даже неглупа…

Дэниел улыбнулся. Вот лисичка! Чуть не обвела его вокруг пальца! Ему следовало догадаться, что она над ним смеется – вон как весело улыбается. Что ж, от него ей так просто не отделаться.

– Видите ли, леди Ночь…

Раздался оглушительный грохот, и девушка с тихим криком привалилась к его груди; а все, что собирался сказать ей Дэниел, потеряло смысл, так что в сознании Дэниела оставалось только одно – бесчувственная женщина в его объятиях. Он замер на несколько секунд, но казалось, что эти секунды превратились в вечность; никогда еще не чувствовал он себя таким беспомощным, потому что понял: если девушка умрет, если испустит сейчас последний вздох, его жизнь тоже будет кончена.

«Останься со мной, молю тебя, останься со мной», – мысленно повторял Дэниел.

Глава 3

Следующий час пролетел как в дымке тяжелого сна. Хозяин дома, герцог Кингсборо, пришел на помощь Дэниелу сразу после того, как в леди Ночь стреляли. Он в это время находился рядом – любовался фейерверком, – и сейчас Дэниел был очень благодарен ему за участие.

– Положите ее на землю, – приказал Кингсборо, поспешно сбрасывая с себя фрак, чтобы расстелить на траве для леди Ночь.

Дэниел тотчас же выполнил указание герцога, а тот, мгновенно развязав свой галстук, скомкал его и бросил приятелю со словами:

– Прижимайте покрепче к ране. Постарайтесь остановить кровь.

Сердце болезненно сжалось в груди Дэниела, когда он прижал галстук к рваной ране на левом плече девушки. Белая ткань тут же стала красной от крови, и Дэниел отчаянно заморгал, пытаясь прогнать дымку, туманившую зрение. Он прижал галстук покрепче, и Ребекка тихо застонала.

Кингсборо же обратился к брату, прибывшему вместе с двумя джентльменами, одного из которых Дэниел узнал, это был лорд Роксбери.

– Уинстон, оставайся здесь, а я попытаюсь выяснить, что, черт возьми, произошло. – Герцог выпрямился и быстро направился в сторону террасы.

Пальцы Дэниела дрожали, когда он снял маску с лица леди Ночь, надеясь, что так ей будет легче дышать.

– Наверное, лучше отнести ее в дом, – сказал лорд Уинстон. – Рану нужно промыть. И я уверен, что леди будет там удобнее.

– Не могу не согласиться, – раздался женский голос. Дэниел повернул голову и увидел мать герцога, вдовствующую герцогиню. Говорила она вполголоса, но, судя по всему, была настроена весьма решительно. – И поскольку мы не знаем, насколько опасна рана, следует поспешить.

Дэниела охватил панический страх. «Господи всемогущий, она не может умереть прямо сейчас. Это будет вопиющая несправедливость. Я обязан ее спасти. Она должна жить…» – мысленно твердил он снова и снова.

Подхватив девушку на руки, он постарался овладеть собой, так как понимал: решительность и способность мыслить ясно – только это сейчас поможет. Крепко прижимая к себе леди, голова которой покоилась на его плече, Дэниел быстро зашагал к ступенькам, ведущим на террасу. Лорд Уинстон и вдовствующая герцогиня следовали за ним по пятам, и на лицах обоих было выражение крайней озабоченности.

Поднявшись на террасу, Дэниел направился к стеклянным дверям, за которыми открывался бальный зал. Внезапно перед ним возникла полная пожилая дама, преградившая ему путь.

– Что это значит? – спросила она, переводя острый, как лезвие бритвы, взгляд с лица леди Ночь на лицо Дэниела. Рядом с пожилой дамой стоял хмурый джентльмен весьма плотного телосложения.

– Кто-то стрелял в эту леди. Прошу, пропустите меня, – проговорил Дэниел срывающимся от волнения голосом. – Ведь она ранена…

– Покажите рану, – потребовала пожилая дама.

«Черт возьми, кто эта грубая и бессердечная особа?» – подумал Дэниел.

– Почему бы вам не пойти вместе с нами? – сказала герцогиня, и Дэниел восхитился ее выдержкой. Что до него, так он бы просто оттолкнул нахалку и продолжил путь. Неужели она не понимала, насколько дело срочное?

Женщина пронзила его суровым взглядом, потом молча кивнула, отступив в сторону и позволяя ему пройти. Дэниела охватил гнев; шагая через бальный зал, он представлял, какой выговор устроит этой мегере. Как она смела подвергать жизнь леди Ночь еще большей опасности?!

Поднявшись по лестнице, ведущей в холл, Дэниел обнаружил там Кингсборо. Вид у герцога был растерянный; похоже, ему не удалось найти стрелка.

– Сюда, – сказал он, выводя Дэниела в коридор, а затем – в гостиную, обстановка которой была выдержана в различных оттенках зеленого. – Можете устроить ее здесь, Невилл. Я уже послал за доктором, однако… – Герцог смутился и тихо спросил: – Она еще жива?

У Дэниела перехватило горло; уложив леди Ночь на обитый шелком диван, он лишь кивнул в ответ.

– Похоже, что жива, – пробормотал Уинстон.

Вдовствующая герцогиня, которая последовала за Дэниелом в гостиную, жестом попросила его отстраниться, потом начала осторожно спускать рукав платья с плеча девушки.

– По крайней мере мы можем сейчас попытаться промыть рану, – пояснила она. – Будьте добры, дайте мне бренди… и другой галстук. Этот промок насквозь.

Дэниел поспешно развязал свой шейный платок, а Кингсборо, налив в стакан бренди, поставил его на ближайший к дивану стол. Герцогиня встала на колени, опустила шейный платок в стакан, а затем плотно прижала его к открытой ране.

Герцог откашлялся и пробормотал:

– Я думал, она…

– Сбежала от нас, – перебила его полная дама. – Очевидно, заранее все обдумала.

В какой-то момент показалось, что герцог хотел ей возразить, но выражение его лица вдруг смягчилось, и он, обращаясь к полной даме, проговорил:

– К несчастью, я не имею представления, кто это сделал. Похоже, преступник уже сбежал, однако я послал за констеблем. Поэтому будем надеяться, что преступление вскоре будет раскрыто. А пока что я беру на себя всю полноту ответственности за произошедшее несчастье. Надеюсь, вы примете мои искреннейшие извинения.

Полная дама и ее супруг коротко кивнули, и герцог обратился ко всем присутствующим:

– Я должен отойти, чтобы сообщить о случившемся нашим гостям. Но скоро вернусь. Справитесь до моего возвращения?

– Все будет в порядке, – заверила сына герцогиня, и тот поспешно покинул гостиную.

Ноги Дэниела словно приросли к полу, а взгляд обращался то на рану на плече леди Ночь, то на хмурую полную даму и ее мужа, которых он не знал. Почему они остановили его? И почему герцогиня предложила им пройти в гостиную? Скорее всего, эти люди являлись родственниками леди Ночь. Но если так – то почему их пригласили на бал без нее? Этому не было никакого разумного объяснения, разве что… Похоже, девушка сказала ему правду.

С минуту Дэниел обдумывал слова полной дамы. Наконец, твердо решив все выяснить, шагнул к пожилой чете и поклонился.

– Позвольте представиться, – сказал он, стойко выдерживая придирчивый осмотр, которому немедленно подвергся. – Я мистер Невилл, а вы… – Дэниел попытался улыбнуться, дожидаясь, когда супруги хоть как-то отреагируют на его имя, – но тщетно; насколько он мог судить, они знали о нем не больше, чем он про них.

– Я лорд Грифтон, – ответил, наконец, пожилой джентльмен, – а это – моя супруга, леди Грифтон.

– Рад познакомиться с вами, – сказал Дэниел, стараясь говорить как можно учтивее.

Леди Грифтон смотрела на него точно ястреб, наметивший жертву.

– Не могу сказать, что разделяю вашу радость, – сообщила она. – Если бы не вы, возможно, она не стала бы мишенью для стрелка.