Последний рассвет одиночества - Ситникова Людмила - Страница 12

— Да тут… — Виктор замялся. — Понимаешь, такое дело. В общем, я хотел пригласить тебя на презентацию.

— На презентацию? Это интересно. На какую, если не секрет?

— В следующую субботу в одном из клубов пройдет презентация новой книги Ларисы Аниной. Я — в числе приглашенных.

Лариса Анина — писательница, из-под пера которой выходили любовные романы, моментально становящиеся бестселлерами, — была одним из самых любимых авторов Алимовой.

— Это здорово. Я даже тебе немножко завидую.

— Повода для зависти нет. Ведь достаточно одного твоего слова, вернее, согласия, и на презентацию Аниной мы отправимся вместе.

— Что?! Ты приглашаешь меня в клуб?

— Ну да, — почему-то смутившись, прошептал Леонтьев.

— Но я… у меня… Вить, честное слово, так все неожиданно…

— Если согласишься составить мне компанию, у тебя будет целая неделя для подготовки.

На колебания ушло не больше минуты. Откинув со лба прядь волос, Люда почти закричала:

— Я согласна.

А иначе и быть не могло. Она согласилась бы при любом раскладе. Во-первых, приглашение исходило не от кого-нибудь, а от мужчины, ставшего наваждением, ну и, разумеется, шанс воочию увидеть знаменитую писательницу сыграл не последнюю роль.

Как часто случается, после внезапно нахлынувшей радости в душе стал зарождаться страх.

Людмила вдруг поняла, что ей попросту не в чем будет предстать пред взором знаменитостей, которые в обязательном порядке почтят своим присутствием праздник Ларисы Аниной.

Алимова едва не озвучила тревожную мысль вслух, но, слава богу, в самый последний момент смогла сдержаться.

— Имей в виду, — вещал Леонтьев, — назад дороги нет. Не вздумай пойти на попятную и отказаться.

— И не подумаю. — Людмила наигранно повела плечиком и, отвернувшись к окну, зевнула.

Виктор понял намек и поспешил откланяться:

— Спокойной ночи, Милка.

— И тебе приятных снов.

Как только дверь за Леонтьевым закрылась, Людмила забегала по спальне.

— Господи, что мне надеть? Что надеть?

Мысль заработала с утроенной силой, готовое вырваться из груди сердце отбивало бешеные ритмы, руки ходили ходуном от нервного напряжения.

Заснуть удалось только под утро. А пока сон не изъявил желания забрать Люду в свои крепкие объятия, она приняла довольно рискованное решение. А именно — отправиться в выходные в хороший торговый центр и на деньги, которые удалось заработать за последние месяцы, купить сногсшибательный наряд.

Конечно, жалко, нестерпимо жалко расставаться со своими кровными, но что делать? Другого выхода не было.

Глава 9

И вот она неторопливо шествует по магазину, не веря в то, что на этот раз отправилась выбирать наряд не по настоянию Маринки, а по собственной воле. Шопинг длился более двух часов. Людмила купила элегантное черное платье с открытыми плечами, замшевые туфли на неимоверно высокой шпильке и симпатичную сумочку.

Теперь осталось выдержать главное испытание — выслушать критику младшей сестры.

Маринка пребывала в состоянии легкого шока.

— Людок, я не верю собственным глазам.

— Платье достойное?

— Обалдеть не встать. Сколько стоит? Где купила? Дай примерить.

— Марин, а туфли?

— Да подожди ты с туфлями. Слушай, твой Витька с ума сойдет, когда тебя увидит.

— Думаешь?

— Не сомневаюсь. — Марина цокала языком. — Я, конечно, могла предположить что угодно, но чтобы ты… решилась купить такую сексапильную шмотку… Извини, но пока в моей голове это не укладывается.

— Эх, Маринка, я сама в подвешенном состоянии. Кстати, уже грызут сомнения, осмелюсь ли надеть платье в субботу.

— Только попробуй не осмелься, я тебя собственными руками в порошок сотру. В кои-то веки моя вечно закомплексованная сестра вознамерилась совершить поступок — и сразу же в кусты.

— Тебе легко говорить, ты в откровенных нарядах с восемнадцати лет щеголяешь.

— Ничего не хочу слышать! Ты приняла правильно решение — и точка!

— Марин, а как быть с матерью?

— Не врубилась.

— Ну, знаешь, начнутся расспросы, что да как? Опять же может к платью придраться.

— Брось, маман спит и видит, как бы тебя замуж выдать. Выйди из дому хоть голая — она только рада будет.

— И тем не менее.

Маринка вооружилась сигареткой.

— Что предлагаешь, выставить предков из квартиры?

— Надеялась на твою помощь.

— Ой, какая ты занудная и скучная. Ладно, так и быть, лягу на амбразуру. Не бойся, в субботу останешься незамеченной. Время есть, что-нибудь придумаю.

Людмила закружилась по комнате.

— Маринка, Маринка, мы едем на презентацию. Вдвоем: он и я. Когда Виктор меня пригласил, я была готова броситься ему на шею и осыпать поцелуями.

— Ты давай-ка не порхай, а сядь и расскажи, как планируешь действовать дальше?

— В смысле?

— В прямом, дорогуша. Не станешь же ты уверять, что это приглашение ничего для него не значит. Видно, он тоже того… запал на тебя, сестренка.

— Брось.

— А почему сразу брось? Леонтьев изъявил желание провести с тобой вечер, так сказать, вывести тебя в свет. А это не хухры-мухры, это намного серьезней.

— Считаешь, может последовать нечто большее?

Марина улыбнулась собственным мыслям:

— Смотря как себя поведешь. Ты, главное, заруби на носу: мужчины на подсознательном уровне чувствуют, когда женщина ими заинтересована. Ты меня понимаешь?

— Не очень.

— Если будешь весь вечер вести себя как последняя идиотка: молчать, смущаться и мямлить, он в тебе разочаруется.

— И что же мне делать?

— Подстраиваться под ситуацию. Смейся, шути, отрывайся на полную катушку. Ну, не знаю, можешь рассказать пару свежих анекдотов. Виктор должен понять, что тебе с ним интересно. Под конец вечера можно прибегнуть к легкому флирту.

— Начинается.

— Я сказала — легкому. И не корчи рожи, тебе не пятнадцать лет. Иногда бывают случаи, когда женщине просто необходимо брать ситуацию под свой контроль. Так сказать, ускорять очевидное.

— Я не смогу.

— Сможешь! Если постараешься, сможешь. Ты ничего не теряешь, наоборот, аккуратно прощупаешь почву. У него в доме ты няня его дочерей, там надо соответствовать рангу, а вне стен особняка… Сам Бог велел. Томные взгляды, прикосновения невзначай, вздохи…

Маринка оседлала любимого конька — она пустилась в рассуждения на тему: «Как очаровать мужчину за рекордно короткие сроки».

Разумеется, применять ее советы на практике Людмила не могла. Ну, не такой она человек, тут уж ничего не поделаешь. А посему вздыхать и бросать томные взгляды на презентации она не собирается. Вот если бы она созрела для этого сама, тогда другое дело, а когда действуешь по чьей-то указке, как правило, ни к чему хорошему это не приводит.

Переведя дыхание, Марина подскочила:

— Людок, какие же мы с тобой дуры. Забыли про белье. У тебя же нет сексуального белья.

— А зачем мне сексуальное белье на презентации?

— Знаешь, как говорят: если мужчина бреется на ночь, значит, он на что-то надеется. Намек поняла?

— Маринка, тебя заносит.

— Но ты его любишь!

— Люблю.

— А любовь, знаешь ли, иногда сопровождается сексом.

— Могу тебя заверить, в следующую субботу со мной не случится ничего подобного.

— Если Леонтьев предпримет попытку… э-э… сблизиться. Твои действия?

— Честно или соврать?

— Первый вариант меня устраивает больше.

Проткнув взглядом противоположную стену, старшая сестра призналась:

— Не знаю, Марин, я ничего не знаю. Пойми, не надо, как ты выразилась, ускорять события, пусть все идет своим чередом. Естественно, понимаешь?

— Короче, твой ответ «нет», — я права?

— Я этого не говорила.

Марина подняла вверх указательный палец:

— Ну, тогда не все потеряно, сестренка. Ты еще не закоренелая мадам Сухарь. — Марина бросила на кресло зажигалку и, растянув губы в улыбке, потребовала: — Немедленно дай мне примерить платье. Это преступление — не разрешить родной сестре хотя бы на пару минут почувствовать себя красоткой.