Ангелочек. Время любить - Дюпюи Мари-Бернадетт - Страница 69

— Никого! — бросила она. — Господи! Наверняка снова будет гроза. Солнце немилосердно печет.

Луиджи был в своей комнате, Анри спал. С тяжелым сердцем Жерсанда взяла книгу, а служанка принялась мыть посуду.

Сойдя на перрон, Анжелина с грустью посмотрела на крепостные укрепления своего любимого города. Она была до того взвинчена, что проигнорировала предложение кучера фиакра и бегом стала подниматься по крутым улицам. От жары лицо ее порозовело. Вскоре она добралась до улицы Мобек. Была половина пятого, желудок Анжелины сводило от голода. Тем не менее после визита в жандармерию она все равно не нашла бы в себе сил пообедать в Сен-Годане.

— Это Валентина, — вновь и вновь твердила она. — Валентина Бисерье. Не будь этой жуткой трагедии, я так и не узнала бы фамилию Розетты.

Задыхаясь от быстрой ходьбы, Анжелина устремилась в узкий проулок, чтобы обойти рыночную площадь, а следовательно, не проходить под окнами дома Жерсанды де Беснак. Затем она прошла под аркой и, испытывая невероятное облегчение, свернула на улицу Мобек. Теперь она понимала, почему Розетта сбежала. Луиджи оказался прав.

«Мы найдем тебя, сестренка», — думала Анжелина, преисполненная решимости перевернуть все вверх дном, но сдержать слово.

Анжелина шла по двору, как вдруг из широко распахнутой двери кухни до нее донеслась песня. А ведь Анжелина, выходя из дома в шесть часов утра, закрыла дверь! Только Розетта знала, где она прячет ключ, только Розетта так пела своим чистым высоким голосом!

Анжелина взбежала на порог. Ей в нос ударил аромат пирога и ягод, сваренных в сиропе. Под столом виднелся белый силуэт дремлющего пса.

— Спаситель? Розетта? Розетта, где ты?

— Да здесь я, мадемуазель Энджи, — ответила девушка, выходя из-за раковины. — А вы? Я все спрашивала себя, где вы, ведь кобыла-то в конюшне!

Они смотрели друг на друга, испытывая невероятную радость. Розетта умылась и причесалась. Она надела розовое платье с бежевой льняной оборкой и серый передник. На Анжелине была шляпа из тонкой соломки с вуалью, на ее лбу и щеках блестели капельки пота.

— Моя сестренка! — воскликнула Анжелина, протягивая к Розетте руки. — Никогда больше так не поступай, прошу тебя! Никогда больше не уходи! Никогда! Я всю ночь не сомкнула глаз. Мы с Луиджи всюду тебя искали, и в городе, и в лесу.

С этими словами Анжелина порывисто обняла Розетту и расцеловала в обе щеки.

— Мне очень жаль, мадемуазель Энджи. Я не хотела причинять вам беспокойство. Но я словно лишилась рассудка. Когда вы одернули меня, я рассердилась и убежала. Собака, этот хитрец, нашла меня сегодня утром у развалин. Но тем лучше, поскольку, не приди ко мне ваш Спаситель, я, возможно, навсегда ушла бы очень и очень далеко… Я прошу у вас тысячу извинений за то, что дала Анри пощечину.

— И ты прости меня, Розетта, — прошептала Анжелина. — Я глупо вела себя, не понимая, что ты страдаешь. Сестренка, я только что вернулась из Сен-Годана. Я знаю правду: Валентина умерла. Жандармы приняли меня и охотно рассказали все, что им известно. Я сообщила им, что ты служишь у меня. Ты видела ее, ведь так? Тогда ты увидела ее мертвой и ничего не сказала мне. Почему, Розетта? Почему ты скрыла от меня то, что так потрясло тебя?

Розетта задрожала всем телом и, задыхаясь, пролепетала:

— Черт возьми! Как вы догадались? Ну, про мою сестру?

— Октавия прочитала статью в газете в присутствии Луиджи. Он волновался за тебя, ведь ты в последнее время была такой грустной, так изменилась. В конце концов он подумал, не могла ли быть эта женщина, найденная мертвой в квартале дубильщиков, твоей старшей сестрой. Я должна была узнать правду и поэтому на рассвете села на поезд. Ты так любила Валентину! И ты в одиночестве переживала свое горе! Зачем? Беды, как и радости, надо делить пополам.

— А мой отец? — тихо спросила девушка.

— Он исчез.

Анжелина еще крепче прижала Розетту к себе. Прильнув к ее груди, девушка закрыла глаза. По крайней мере, она не стала преступницей.

Глава 11

Семейная жизнь

— Твой отец исчез! Ты слышишь меня? Твой отец исчез! — повторяла Анжелина. — Но жандармы ищут его. Они думают, что он бросил твою сестру одну или испугался, найдя ее мертвой, а затем сбежал. Розетта, сядь. Ты вся дрожишь.

Мертвенно-бледная, с безумным взором, девушка села на скамью, стоявшую около очага.

— Теперь ты можешь мне рассказать, что на самом деле произошло? — спросила молодая женщина.

— Дверь была закрыта. Я обошла другие дома, чтобы войти через маленькую заднюю дверь. Если бы вы это видели, мадемуазель Энджи! Всюду грязь, отбросы! Едва я вошла в дом, как почувствовала отвратительный запах. И я увидела Валентину. Мертвую. Там летали мухи, и эта жуткая вонь. Я бросила сумку и убежала. Там было пусто. Ни моих маленьких братьев, никого. Я даже не могла ни о чем думать, словно на мою голову свалился тяжелый камень. Я отдохнула возле фонтана, попила воды. Мадемуазель Энджи, я не могла вам об этом рассказать! Я не хотела, чтобы вы об этом знали, потому что чувствовала себя грязной, настолько грязной, что боялась всех испачкать: вас, мадемуазель Жерсанду, малыша. И этот запах, запах смерти… У меня такое чувство, что он всюду преследует меня.

Розетта не все рассказала Анжелине, умолчав о том, что с ней сделал отец. Об этом она должна была забыть.

— Нам было так весело, всем троим, в поезде, в ресторане, на променаде! — продолжала Розетта. — Я не хотела портить воспоминания об этих прекрасных моментах. Порой я говорю себе, что Валентина больше не страдает, что она упокоилась с миром. А потом мне становится стыдно. Я упрекаю себя за то, что спаслась от этой нищеты. И у меня от этих мыслей так болели голова и сердце, что я теряла рассудок.

— Я понимаю тебя, Розетта. Но ты должна мне доверять. Мне очень жаль, что я вынуждена говорить тебе об этом, но ты должна это знать. Жандармы нашли твою сестру на следующий день после твоего посещения. Было произведено вскрытие. Затем Валентину похоронили в общей могиле. По словам судебного медика, Валентина умерла вследствие аборта, который сама себе сделала. Это очень опасно. Даже самая опытная матрона может совершить непоправимую ошибку, согласившись сделать эту противоестественную операцию. Разумеется, злые языки развязались. Этой зимой работники социальной службы забрали твоих братьев, а отец пропивал деньги, которые ты посылала Валентине. Его уволили. Одна женщина утверждает, что видела его несколько дней назад. Судя по всему, он бросил твою сестру на произвол судьбы.

Розетта успокоилась, поняв, что Анжелина не собиралась подвергать сомнению ее версию. Она притворилась удивленной и сказала:

— Конечно, малышам так будет лучше. По крайней мере они будут ходить чистыми и есть досыта.

— Боже мой! Этот мужчина, породивший вас, не имеет права называться отцом! — возмущалась Анжелина. — Это из-за него Валентина решила избавиться от плода. Он продолжал насиловать ее. Я так и вижу его в той хижине, куда ты меня привела, около железной дороги. Шел снег. А ты была такой худой! И испуганной, ведь ты боялась потерять рожавшую сестру. Я приняла у нее маленькую девочку. Она родилась мертвой, и мать почувствовала облегчение. Господи, я быстро все поняла!

— Да, отец, да ему плевать было, что она постоянно беременела. Он убил ее, мою Валентину. Это он убил ее!

Розетта стиснула губы, сжала кулаки. Ее лицо так исказилось от ненависти, что Анжелина испугалась.

— Надеюсь, что он скоро сдохнет! — процедила Розетта сквозь зубы.

— Главное, надо сделать так, чтобы он больше никому не смог причинить вреда. Если бы вы решились выдать его, он давно бы сидел в тюрьме. Но он угрожал вам, я знаю. Он бил вас. Бедная моя Розетта! Как ты страдала, храня этот ужасный секрет! Как мне жаль Валентину, действительно жаль! Увы! Как ты говоришь, она отмучилась.