Кривые зеркала - Вербицкая Клавдия Валерьевна - Страница 69

– Видел. Влетел в комнату с воплем: "Только не убивай меня, мне до вечера надо задание выполнить!"

Я усмехнулся, и Кот сообразил:

– Это ты ему задание дал?

– Я. Безделье человеку вредит.

– А ты ко мне по делу или просто так?

– По делу. Я хочу поговорить с регентом. Пойдёшь со мной?

– А я то тебе зачем?

– Мне нужен независимый свидетель, во-первых. Во-вторых, мне потребуется телохранитель: кто его знает, что ему в голову взбредёт?

– У тебя же есть телохранители?

– Которых регент хорошо знает, так что разговора не получится. А ты мне почти ровесник, вроде как для моральной поддержки пришёл. Он же не знает, что тебя невозможно поймать за руку! Он не будет тебя опасаться.

– Всё продумал, Король?

– У меня выхода нет. Либо я всё продумываю, либо снова выползаю отсюда через окно. Спасибо, второй раз не хочется!

– Когда мы пойдём?

– Сейчас. Только телохранителей захвачу. Лорд Мирандаль посоветовал не ходить по дворцу без должного сопровождения.

Перед покоями регента выстроились стражи лорда Мирандаля. Мне оставалось лишь вздохнуть. И пообещать себе впредь не быть таким беспечным: сам я не подумал о том, кому поручить охрану пленника. В приёмной мы немного поприпирались с Александром, уговаривая его подождать меня. Победа осталась за нами, но я всё равно пожаловался Коту:

– Я же король, меня, вроде, слушаться должны.

Кот не успел ответить, мы уже вошли в гостиную. Там у камина, вытянув ноги к огню, сидел старик. Я замер на пороге. Не ожидал, что вид поверженного врага так ужаснёт меня. Куда делался энергичный, моложавый мужчина, на которого заглядывались придворные дамы? Он оглянулся.

– Антуан?

– Сударь.

Я подошёл к нему. Кот встал чуть в стороне, небрежно привалившись к стене, но я знал: при малейшем движении регента, которое покажется акробату подозрительным, его нож найдёт себе цель. Регент благоразумно не делал резких движений, а, может, просто отказался от борьбы. Я молчал, не зная, что говорить.

– Что, Антуан, пришёл полюбоваться на поверженного врага?

– Чего мне на Вас любоваться? Я Вас часто видел, больше не хочется!

– Значит, пришёл сообщить приговор? Лично. Большая честь, Ваше Величество!

– Суда ещё не было, приговора пока нет.

– Брось, Антуан! Ты же правитель, ты всё понимаешь. Ради твоего спокойствия мятежник должен быть убит.

– Ради моего спокойствия… Да какое может быть спокойствие, когда страна развалена, а единственный человек, который знает и понимает, что к чему, ждёт суда по обвинению в измене! Зачем Вы?… Я же хотел Вас Советником сделать, жили бы себе при королевской власти, чего Вам не хватало?!

– Советником? Спасибо, не знал. Да если бы и знал, ничего бы это не изменило. Жить при королевской власти кому-то, может, и хорошо, да только не мне. Ты бы ведь не позволил управлять тобой, а, государь?

– Не позволил бы. Но к Вашим советам прислушивался бы.

– Прислушивался бы! А что мешает тебе прислушаться к моим советам теперь?

– Слишком много крови, милорд.

– Власть - кровавое дело.

– Я уже понял это. Я даже понял, зачем Вы убили мою мать. Если бы она пережила меня, она бы становилась главной претенденткой на корону, а за ней - её родственники. Она должна была умереть раньше, чтобы отрезать её Дом. Но зачем…

Я запнулся. Регент одарил меня своим знаменитым циничным взглядом. Смутить меня ему не удалось, но я догадался, что понял его не совсем правильно. Я чуть склонил голову набок, рассматривая его в ответ. В принципе, действительно ведь глупость сказал. Родственники жены короля - лишь родственники жены короля. Есть немало дальних родственников самого короля, у которых прав на корону куда больше. Но… зачем? Я не смог понять.

– Тогда зачем?

– Зачем? Затем, что она вообразила, что знает, как править этой страной! Любоё моё предложение, любой мой совет опротестовывался ею. Мне пришлось ослабить её. Я даже помог ей перенести срок коронации. Надеялся, что настоящий король сможет немного умерить её пыл. Да только какой король из маменькиного сыночка?

– Сударь! - Вскочил я. - Вы можете не одобрять и осуждать политические решения моей матери, но прошу Вас пощадить мои чувства к ней!

– Прости, Антуан. Больше не буду о ней говорить. Просто мне невыносимо было видеть, как сын сильного короля превращается в безвольную игрушку его жены. И что эта игрушка должна сесть на трон моей страны. Я, как мог, сопротивлялся ей. Искал сторонников. Потом мы поняли, что, пока она жива, сладить с ней будет невозможно. Изначально мы планировали избавиться только от неё. Надеялись, что, освободившись от её влияния, ты обретёшь силу своего отца. Но ты слушать нас не захотел. Пришлось идти до конца. Но ты всё испортил! У нас уже и убийцы были готовы вместе с их признаниями, и Совет Короны за мной бы пошёл… так нет же! И что тебе в спальне не сиделось?

Ничего себе претензия!

– А что, я должен был смирно ждать ночных визитёров?! Чтобы меня убили, как и Лису?

– Лису?

– Мою девушку.

– А, служанка! - Меня передёрнуло от презрения, прозвучавшего в его голосе.

– Да, служанка! Всего лишь служанка! Чем она-то вам помешала?!

– Могла возникнуть угроза в лице бастарда.

– У меня нет детей!

– Пока нет. Настоящий правитель должен предусмотреть все проблемы заранее. Запомни это, Антуан.

– Я запомню. И кое-что уже предусмотрел.

– И что же именно?

– Я хочу, чтобы Вы написали мне имена сообщников. Тех, кто продался Вам, и за что Вы их купили. Тех, кого принудили служить себе угрозами. А так же тех, кто отказался служить Вам, и что им за это было. Подробно.

– И что мне за это будет?

– Говорят, ТАМ всё зачтётся. - Я положил на столик кинжал, отнятый у него. - Я многому научился у Вас. Я не хочу выносить Вам приговор, милорд.

Уже открыв дверь, я услышал:

– Правитель должен уметь принимать решения, даже если эти решения ему не нравятся, Антуан.

– Надеюсь, мне больше не придётся принимать решения, которые мне не понравятся. - Не оборачиваясь, ответил я.

– Вот ты и отблагодарил его, - тихо сказал Кот, когда мы пришли ко мне в кабинет.

Я уселся в своё жутко официальное кресло. Кот взгромоздился на стол, глядя на меня сверху вниз.