Имперская гвардия: Омнибус (ЛП) - Лайонс Стив - Страница 660

Ниппер почувствовал, как Сал толкнула его локтем в бок и бросила на него предостерегающий взгляд.

— Ты встаёшь на опасный путь, — прошептала она. — Лучше не размышляй об этих тайнах.

Ниппер вспомнил о более насущной проблеме и обратился к комиссару:

— Сэр, если наши войска собираются зачистить эту местность в ближайшие 24 часа орбитальной бомбардировкой, то что будет с нами?

— Нам приказано отступать к Янтарной зоне.

Микалс умоляюще поднял руку, глаза его были полны боли.

— Комиссар, я ранен. Я буду лишь обузой во время марш-броска. Я подвёл Императора. Я хочу избавления.

Борски посмотрел на него сверху вниз холодными глазами и кивнул.

— Хорошо. Солдаты, сбор на снаружи, готовимся выдвигаться.

Гвардейцы покинули хижину. Внутри не прозвучало ни единого выстрела, но комиссар вышел один.

— Теперь мы должны идти, — объявил он. — До Янтарной зоны пятьдесят километров.

— Мы не успеем до начала бомбардировки, — пробормотал Ниппер. Борски одарил его прохладной улыбкой.

— Тогда мы умрем в радости, зная, что хорошо служили Императору.

Усталые выжившие гвардейцы двинулись в путь вглубь леса. Рассвело, через кроны деревьев вниз падал зеленоватый свет. Ниппер наблюдал за бесконечными волнами колышущихся спор, поднимаемых разогревающимся воздухом. Яркий драконий мотылёк, длинный, как человеческая рука, преследовал стайки блестящих мошек. Иногда на их путь выкатывались шары-дымовики, а Трак пинал их и идиотски смеялся, когда они взрывались. Похоже, что только огрина не беспокоил тот факт, что через двадцать часов их накроет плазмой орбитальной бомбардировки. Ниппер удивился тому, что это место ему начинало нравится. Шесть месяцев назад всё казалось таким свежим и удивительным для него: весь континент заполняла буйная растительность. От двухсотметровой высоты деревьев-полисов до третьего яруса леса — всё казалось удивительным человеку, выросшему в стальных коридорах мира-улья Транкс.

Его поразили различия в ярусах этого леса. Его восхищало, как верхний ярус, с его мартышками и ярким солнечным светом, отличается от среднего, а ведь еще ниже были болота с дьяволопитонами. Он прекрасно помнил, как в первый раз побывал в верхнем ярусе: бесконечные цветочные сады виднелись сквозь бронированное стекло аэромобиля. Также он хорошо помнил ужас первого патруля, охоты на налетчиков в вечном мраке гумусных болот под корнями деревьев, помнил странное восхищение, когда они проходили по трясине в мокроступах, а какие-то бледные звери убегали от огня их фонарей. Но средний — зелёный — ярус нравился ему больше всего. Его восхищало, как ветви больших деревьев могли сплестись так плотно, что между ними смог вырасти и сформировать твёрдую поверхность ковер мха, способный выдержать вес человека. Конечно, это казалось чудом, но вся эта конструкция поддерживалась снизу прочными как сталь сетями ткачей. Всё это великолепие казалось таким совершенным, будто было сделано богом. Даже сейчас, когда первые впечатления схлынули, уничтожение всего этого с орбиты, которое должно было вскоре последовать, казалось Нипперу кощунством.

Он посмотрел вверх, на своды стволов, возвышавшихся над ним, и тряхнул головой, как будто он мог отделаться от чувства восхищения так же, как мокрая собака стряхивает воду с шерсти. Но он не мог. Это место всех делало карликами: и его товарищей, и даже здоровяка Трака.

— Ты прав, — сказала идущая рядом с ним Сал. Она смотрела на него со странным выражением лица, словно видела его впервые. — Нам здесь не место.

— Мы немного выбиваемся из этой картины, не так ли? — ответил Ниппер. — Здесь везде есть симметрия, всё составляет единую картину. Даже повстанцы научились сливаться с окружающей природой. Вот почему они смогли победить нас.

— Симметрия тут благодаря тому, что этот мир был спроектирован био-адептами во времена Тёмной Эры Технологий. Об этом говорят записи. Я влезла в сознание чиновника, который передавал отчет назад на место высадки.

Тут Сал замолчала. Ниппер посмотрел на нее сверху вниз. Она была бледной и напряженной. На её лице были боль и усталость. Сал споткнулась и чуть не упала, но Ниппер вовремя поддержал её. Но она, несмотря на всё это, ни разу не просила об отдыхе. Ниппер догадывался, что она, как и остальные, знала, чем может обернуться потеря времени.

На шестом часу похода они нашли тело. Похоже, это был человек. Он висел на блестящей паутине паука-фантазма. На нём не было маски-респиратора, и грибок пророс через его нос, рот и другие отверстия. Ниппер признал, что это была ужасная смерть — грибок-паразит заполнял дыхательные пути и съедал внутренности. Тем не менее, человек улыбался. Видимо, наркотик, содержащийся в паутине, сделал свое дело. Ниппер заметил паука, ретировавшегося при приближении группы людей.

Краск осмотрел тело, и по его лицу было видно, что находка его заинтересовала.

— Что-то не так? — спросил Борски.

— Посмотрите на его форму, сэр. На нём древесно-зелёный камуфляж, и у него есть мешок для сбора спор. Это один из лояльных разведчиков.

— И?

До Ниппера дошло.

— Это значит, что он хорошо знал этот лес. Вряд ли он сам попал пауку на обед.

— Значит, кто-то ему помог… — сказал Борски и задумался.

— Повстанцы либо местные племена. Туземцы верят, что паутиной паука-фантазма можно поймать душу. По их представлениям, это наихудшая из смертей. Прошлой весной мы потеряли человека около Пугающей Горы. Его постигла та же участь, что и этого разведчика.

— Значит, передовые части еретиков преодолели нашу оборону во время большого прорыва, — констатировал комиссар. — Оружие на изготовку. Остерегайтесь засады!

Без особого энтузиазма гвардейцы перевели оружие в боевой режим и осторожно обошли паутину. Спустя некоторое время, что он и Сал хромали по тропе, Ниппер почувствовал себя спокойнее покойника, а восторженные глаза смотрели ему в спину.

Ниппер со страхом вглядывался в окружающий лес, ища признаки присутствия повстанцев. Он знал, что если они угодят в засаду, то наверняка погибнут. Туземцы носили плащи-хамелеоны и умели очень хорошо сливаться с землей. Ниппер ненадолго остановился и вставил в приемник своей маски инжектор стимуляторов. Почувствовав, как респиратор начал подавать газообразные вещества, он глубоко задышал. Неестественная энергия хлынула в его тело, и внезапно он почувствовал себя сильным и до того сконцентрированным, что мог бы сосчитать все листья на окружающих его деревьях. Ниппер знал, что действие стимулятора не будет долгим, и что за ним последует сильный упадок сил, но сейчас ему было необходима поддержка, чтобы двигаться дальше. Он предложил инжектор Сал, но та лишь покачала головой. «Возможно, это притупляет её способности» — решил для себя Ниппер.

— Ты почти прав, — ответила Сал. — Я могу сойти с ума, если смешаю это с ведьмиными спорами. Мне хватает того, что все время приходится помогать вам, а под стимуляторами все станет очень громким и болезненным.

Ниппер посмотрел на неё. Раньше он не думал, что её дар может быть проклятием. Ему всегда казалось, что забавно слышать чужие мысли, что это может принести новые возможности, что такая сила позволяет почувствовать себя чуть ли не богом. Но ему не приходило в голову, что у этого дара могут быть и негативные стороны. Сал хитро улыбнулась ему. Он почувствовал вспышку негодования. «Проклятый шпион», — пронеслось в голове. Она покачала головой и отвернулась. Он сразу же извинился за это, ведь она была ему хорошим другом. Просто раньше он не видел, чтоб её дар был так силён. Казалось, что она постоянно читает его мысли. Похоже, что из-за той смертельной опасности, которой они сейчас подвергались, в голове Сал сработал какой-то переключатель, поднявший её способности до максимума. Это беспокоило Ниппера, но он решил, что так даже лучше. Он потрогал её за плечо.

— Извини, — сказал он, но Сал не ответила. Её глаза были закрыты — она снова была в трансе. Вдруг она резко открыла их, и в этих глазах был страх.