Имперская гвардия: Омнибус (ЛП) - Лайонс Стив - Страница 822

Вспышка. Брасслок обнаружил себя глубоко в недрах улья Мерадон, на самом дне шахты. Высоко-высоко сиял слабый кружок света. Рабочие бригады порабощенных людей — знатные пленники прикованы рядом с мутантами из рабских каст — орки и гретчины напряженно трудились над чудовищной машиной. Несмотря на ее грубую конструкцию, Брасслок узнал в этой машине психорезонатор, подобный тем, которые использовались на астропатических станциях, чтобы усилить психосигналы астропатов. Плавильное оборудование, взятое с одного из заводов улья, сияло красным светом раскаленного металла примерно в двухстах метрах дальше. Лязгающие конвейерные ленты доставляли неочищенные кристаллы лорелея в семь глубоких плавильных тиглей. Покрытые волдырями от ожогов мужчины и женщины, многие даже без масок, работали длинными шестами, собирая шлак с поверхности расплавленного лорелея. Их подгоняли плетьми орки-надсмотрщики в защитных очках — и люди-надсмотрщики тоже.

Всегда находились те, кто был готов предать своих.

Процессом работы руководили орки-механики, выкрикивая приказы, направляя, скручивая каркас машины огромными гаечными ключами, сваривая и склепывая. Другие орки, еще крупнее и богаче одетые, украшенные эмблемами в виде скрещенных топоров и гаечных ключей, надзирали за плавильным оборудованием, чтобы какой-нибудь заскучавший орк не швырнул туда пленника ради развлечения и не испортил лорелей. Рядом с тиглями располагалась большая ребристая емкость, которая могла быть только литейной формой для окончательной отливки лорелея.

«Но чтобы сделать все это, мне нужен Гратцдакка», мысленно сказал Зеленоглаз, и видение исчезло. «А ему нужен ваш танк, ваш «Люкс Император». Он, — орочий колдун указал на молчаливо присутствовавшего молодого офицера, — не сможет тебе помочь. Но он может понаблюдать».

— А теперь, — сказал орк вслух на хриплом ломаном готике, — держись, потому что будет больно.

Он положил корявую покрытую струпьями руку на лицо Брасслока и глубоко вздохнул.

Брасслок завопил, чувствуя, как его разум разрывается.

Понятие времени перестало иметь значение. Хронометр в аугметическом глазу отключился, хотя сам глаз еще функционировал. Орк-механик старался по возможности сохранить болевые сенсоры аугметики Брасслока в целости, так же, как и медик — живые органы чувств. Нет смысла пытать его, если он не сможет чувствовать боль или умрет прежде, чем выдаст требуемую информацию. Орк-колдун больше не говорил с ним, но искал и искал, проникая в его разум, пока Брасслоку не стало казаться, что его череп сейчас взорвется.

Наконец это прекратилось.

Он очнулся снова в камере. Каждый живой нерв и каждая схема аугметики пылали от боли. Он лежал на спине, руки были сложены на груди. Легкие хрипели и щелкали с каждым вздохом. Предполагалось, что они смогут выдержать еще миллион вздохов, но Брасслок сомневался, что они протянут так долго.

Его странный друг в офицерской форме стоял рядом.

— Ты хорошо держался, — сказал он. — Но, боюсь, они все-таки заполучили информацию, необходимую им для ремонта систем питания пушки «Вулкан».

— Я сожалею, — Брасслок проверил свои инграмы. Они были потрясены и ошеломлены, их забивали призрачные слои испорченных данных. Схемы его запоминающего устройства интеллектуального ядра мерцали и жужжали, мысли двоились, мозг и аугметика работали рассинхронизированно — последствия варварского вырывания данных из памяти.

— Ты их задержал. Механик не смог найти инграмы, а псайкер не смог их прочитать, когда нашел. Им пришлось затратить несколько дней, чтобы заполучить данные, эти несколько дней помогут нашим.

— Теперь мне позволят умереть? — спросил Брасслок.

Человек печально посмотрел на него.

— Будь сильным, технопровидец Брасслок, будь сильным.

Вскоре после этого за Брасслоком пришел орк. Схватив его за уцелевшую руку, орк без усилий потащил его по полу за собой. Теперь Брасслок весил немного — фактически от него остался почерневший от ожогов и покрытый шрамами торс с головой и одной рукой, от нижней части тела остался лишь металлический позвоночник.

Орк тащил его по бесконечным коридорам и лестницам, пока не выволок в полумрак бури, бушевавшей над центральной шахтой улья. Брасслок обнаружил, что оказался в сортировочном парке, а прямо перед ним — «Люкс Император». Корпус «Теневого Меча» был размалеван синими и черными зигзагами, пушка украшена стилизованной железной пастью, на бортах торчали кое-как приделанные дополнительные башенки.

Брасслок ощутил страдания машинного духа, заключенного в оскверненном танке.

К орку, тащившему его, присоединились другие зеленокожие. Они подняли Брасслока высоко в воздух, и технопровидец увидел шипы — две длинных тонких стальных иглы на лобовой броне, сбоку от ствола пушки «Вулкан».

Оскверненный «Люкс Император» зарычал, и орки победно взревели.

Скоро «убойная фура» будет готова отправиться на войну.

ВСТАВКА

ГЛАВА 22

Банник проваливался глубже и глубже, его затягивало в удушающую пыль. Когда снаружи больше невозможно было получать воздух, включились автономные системы очистки, которыми был оснащен его респиратор. В наушнике послышался звуковой сигнал; миниатюрная система переработки углекислого газа сможет снабжать его кислородом двадцать минут, не больше. После этого он начнет задыхаться.

Еще более тяжелой проблемой — Банник почти засмеялся при мысли о том, как иронично это звучало — была тяжесть песка. Чем глубже он проваливался, тем сильнее давил на него зыбучий песок. Было уже трудно дышать. Усилием воли Банник заставил себя дышать реже — частое дыхание израсходовало бы запас воздуха куда быстрее.

Он опускался все глубже. Прозвучал еще один сигнал — воздуха оставалось на десять минут. Песок сильнее сдавливал его руки и ноги, сжимал голову. Перед глазами поплыли черные точки, и Банник ощутил, что теряет сознание.

Вдруг что-то под ним провалилось. Давление на его грудь внезапно ослабело, и Банник вдохнул большой глоток переработанного воздуха с металлическим привкусом. Он почувствовал, как все быстрее проваливается вниз с потоком хлынувшего песка.

Он вывалился в открытое пространство, подхваченный потоком песка. Вспышки туманного света то появлялись, то исчезали, и Банник почувствовал, что падает. Едва он успел расслабиться перед падением, как рухнул на кучу песка и покатился вниз по склону, больно ушибаясь о свое снаряжение.