В сетях любви - Бэссо (Бассо) Адриенна - Страница 60

– Это самое веселое Рождество в моей жизни, – воскликнула Каролина. – Я много слышала о том, как красиво отмечают Рождество в Рэмзгейт-Касле, но сама в этот праздник здесь не бывала. Алиса кивнула.

– Это замечательный день. Бабушка говорит, что немецкому обычаю делать подарки на Рождество первой у нас стала следовать и ввела его в обиход ее подруга, герцогиня Йоркская.

Алиса рассталась с Каролиной в коридоре, вошла в свою спальню, а за нею по пятам – Морган. Она предложила Мейвис, сидевшей с ребенком, пойти в бальный зал и поучаствовать в празднике. Заняв место Мейвис, она попала в такт качаний колыбели и принялась любоваться ангельским личиком дочурки, поразительно похожим на лицо Моргана – от серебристо-серых глазок до маленького волевого подбородочка. Пока она размышляла, будить ли малышку, чтобы покормить, Морган склонился и вынул дочь из кроватки.

– Должен признаться, Алиса, – сказал он уверенным тоном, – что наше дитя с каждым днем становится все красивее.

– Естественно, что ты такого мнения, Морган, – усмехнулась Алиса, – ведь Кэтрин – твоя точная копия.

Она забрала зашевелившуюся дочь из рук отца и села с нею в мягкое кресло перед камином. Получив грудь, девочка деловито зачмокала.

– Она не очень привередлива! – заулыбался Морган.

– Совсем не привередлива – прямо набрасывается! – согласилась Алиса.

Дав малышке отрыгнуть, Алиса опять вручила ее Моргану. Няня Кэтрин была на празднике, и Морган, как знала Алиса, не откажется понянчиться с ребенком.

– Мне надо отдохнуть перед обедом. Уложи, пожалуйста, Кэтрин в кроватку, когда она заснет. Я ее услышу, если понадоблюсь ей.

Морган понимающе кивнул.

– Я скажу Дикинсону, чтобы попозже прислал к тебе Джанет – помочь одеться к обеду.

Алиса с недоверием разглядывала свое отражение в высоком узком зеркале. Приятно было отметить, что фигура обрела былую стройность, лишь грудь осталась налитой, но это только подчеркивало обаяние ее женственности. Платье из дорогого китайского крепа белого цвета, сшитое в Лондоне специально к этому вечеру, было гораздо более изысканного стиля, чем те, что она обычно носила. Юбка, спереди гладкая и прямая, сзади была собрана крупными складками и заканчивалась коротким треном; на ней было пять рядов оборок из кружев, украшенных роскошной золотой тесьмой. Корсаж, тоже отделанный золотом, присборенный под грудью, с короткими и приспущенными на плечах вшивными рукавами великолепно оттенял нежную белую кожу. Длинные, до локтя, белые лайковые перчатки и мягкие белые туфли на низком каблуке завершали ее наряд.

Нахмурившись, Алиса отступила от зеркала. Кроме помощи с вычурным туалетом, Джанет еще целый час занималась созданием сложной прически. Восхитительные рыжие волосы Алисы, гладко зачесанные и стянутые к макушке, были заплетены во множество отдельных косичек, уложенных дугами с помощью проволочек, а высокие гребни поддерживали эти дуги. В прическу были вплетены живые цветы из теплицы замка.

– Чудесно выглядите, – заявила Джанет. – Ныне вечером его светлость глаз от вас не сможет отвести.

Алиса усмехнулась:

– Ни секунды не сомневаюсь, что герцог вообще меня не заметит, – сказала она с иронией. – Спасибо, Джанет, за весь этот нелегкий труд.

После ухода девушки Алиса продолжала рассматривать себя, стараясь решить, нравится она себе или нет в своем новом обличий. Внезапно появился Морган. Сделав глубокий вдох, она повернулась к нему лицом, уповая на положительную оценку.

– Добрый вечер, – сказал он, а глаза выдали, что он оторопел от ее вида. – Готова сойти вниз?

– Тебе не нравится, – сказала разочарованно Алиса.

– Что ты имеешь в виду? Новый наряд прелестен. А ты – красива, как всегда, моя дорогая.

– Морган, ты же знаешь, мне никогда не нравилась твоя готовность говорить неправду, – резко сказала Алиса.

Она подошла к туалетному столику, взяла щетку, потом заколебалась, и рука ее дрогнула. «Что мне с этим делать?» – сокрушенно подумала она.

– Не так уж все и плохо, – отважился Морган. Она в зеркале встретилась с ним глазами.

– Ладно, Алиса! Это выглядит так, будто у тебя на голове птицы свили гнездо. Удовлетворена?

Меткость его отзыва вызвала у нее нервный смешок.

– Не стой просто так, Морган! – призвала она. – Помоги-ка мне разобрать эту штуку на голове!

Он добродушно повиновался и вынул сначала цветы, а затем гребни. Алиса тщательно расплела косички и вынула из них проволочки. Избавившись от всех лишних принадлежностей, тряхнула головой и рассыпала кудри.

– Намного лучше, – заключила она. – Не уверена, что смогла бы весь вечер носить на голове такую тяжесть.

Морган отобрал у нее гребенку и сам принялся расчесывать ее роскошным пряди.

– Так твои волосы мне больше всего нравятся, дорогая, – прошептал он ей на ухо. Затем ласково запустил пальцы ей в кудри, и их глаза опять встретились в зеркале.

Но когда Морган глянул на голые плечи Алисы, веселье в его глазах сменилось выражением неутолимой страсти. Он притянул ее спиной к себе, к своей твердой, восставшей плоти, и отдался чувству сладкой муки, лаская губами ее нежную кожу.

– А времени хватит? – хрипло прошептала Алиса.

– Что? – пробормотал он и осекся, подумав, что неверно понял.

Она развернулась у него в объятиях лицом к нему.

– Я спросила, хватит ли нам времени, – повторила она и осыпала его лицо поцелуями.

– А ты уверена, что ты уже вполне здорова? Она провела губами по его шее и почувствовала, как напряглись у него все мышцы.

– У меня вот здесь болезненно ноет, – пробормотала она вызывающе и притянула его руку к промежности. – Прямо здесь.

Их глаза встретились, и Морган радостно засмеялся.

– Везет вам, мадам! У меня как раз есть лекарство от вашей хвори!

Глава 21

Алиса, не отрывая глаз от Моргана, дотянулась до его галстука и распутала сложный узел. Ее беспокойные пальцы, раскрыв ворот его рубашки, проскользнули внутрь и принялись ласково блуждать в спутанных волосах у него на груди. Он громко охнул, и его руки потянулись к крючкам на спине ее платья и расстегнули их.

Медленно, дразняще долго они раздевали друг друга, не сводя друг с друга глаз, Морган взял Алису на руки и уложил на постель. Он возлег на нее, и она всем телом ощутила под собою холодную, гладкую шелковистость атласного одеяла.

– Как ты красива, любовь моя, – прошептал он осипшим голосом и стал целовать ее.

Алиса пылко отвечала на его поцелуи. И давно забытые ощущения властно заявили о себе и всколыхнули ее плоть, истосковавшуюся по нему. Рука его скользнула между ее бедер и принялась искать и щупать, пока не нашла тепло ее влажного лона. Рука стала настойчиво ласкать, и Алиса заизвивалась под ней, затрепетала, судорожно хватая ртом воздух.

Морган попытался помедлить, желая продлить взаимное удовольствие от любовных ласк, но Алиса воспротивилась. Она взяла его жесткий член и, потянув к себе, раздвинула ноги в чувственном призыве. У нее все горело, истекало влагой и пылало так, что его сдержанность рухнула. Он подсунул ей под бедра руки, приподнял к себе, и она приняла его. Он проник глубоко в нее, и она горячо откликнулась, охватила ногами его поясницу и, сомкнув их, втиснула его еще глубже в себя.

– Алиса! – вскрикнул он. – Там все так туго, что я не удержусь!

Он захватил ее уста горящими губами, налег на нее всей тяжестью и резко рванулся внутрь.

Подставив ему губы, Алиса руками крепко обвила его спину и отдалась вихрю ощущений, охватившему ее плоть. Морган, почувствовав, что она вот-вот кончит, перестал сдерживаться и исторг семя в нее в тот самый момент, когда и она достигла удовлетворения.

Потом они лежали и Морган нежно гладил ее по щеке. Приподнявшись на локте, он с нежностью посмотрел на нее. Сердце его переполняло такое чувство покоя и довольства, которого он прежде никогда не испытывал.

– Я люблю тебя, – отчетливо произнес Морган уверенным голосом.