Хроники мёртвого моря - Косарев Александр Григорьевич - Страница 13

Встретиться с начальником госпиталя подполковником Иванниковым Илье удалось только после одиннадцати, то есть после основного утреннего обхода, регулярно совершаемого Григорием Константиновичем многие годы, невзирая ни на какие препятствия или происшествия. Так было и на этот раз. Он, конечно, был с самого начала извещён о появлении столичного гостя, но передал тому приглашение зайти в его кабинет только после завершения ежедневного ритуала.

Выспавшийся и гладко выбритый Хромов уже несколько часов мрачно сидел у кабинета подполковника в ожидании аудиенции. Наконец тот соизволил его принять, послав приглашение через пожилую санитарку. Поскольку сам Иванников не знал с чем приехал Хромов, то и разговор на всякий случай начал в довольно агрессивной манере, провоцируя незваного гостя на ответную реакцию.

– Я слышал, – громко произнёс он, едва поздоровавшись, – что Вы грубо нарушили наш распорядок и устроились в подведомственном мне госпитале, словно в рядовой гостинице!

– Да, – не моргнув глазом ответил Илья, вызывающе задрав подбородок, – и попрошу вынести благодарность ночной дежурной по отделению благодарность за проявленное гостеприимство. Вы ведь не будете наказывать людей помогающих офицерам выполняющим важное правительственное поручение?

– Ваше командировочное, – уже более миролюбиво буркнул подполковник, протягивая руку через разделяющий их стол.

– Прошу, – в ответ протянул ему майор пластиковую папку.

Подполковник углубился в чтение.

– Забираете, значит, – с лёгким оттенком грусти произнёс он, возвращая папку обратно. В таком случае позвольте поинтересоваться, как быстро вы его хотите вывезти в Москву?

– Как можно быстрее.

– Да, проблема-а. Хочу вас предупредить вот о чём. Перевозить и даже проводить какие-либо процедуры с Стрельцовым лучше и удобнее, когда он пребывает в спящем состоянии, но поскольку никто точно не может сказать, как долго это состояние у него продлится, вам придётся задействовать специальный санитарный рейс.

– Он что, разве буйный?

– Не то что бы буйный, – задумчиво отозвался Иванников, – но однако и не совсем спокойный. Месяц назад он в умывальнике ненароком сорвал с трубы водопроводный кран.

– Как сорвал?

– Легко сорвал, двумя пальцами. Да вы лучше почитайте его историю болезни, хотя бы за последний год, узнаете много интересного.

– Рад бы воспользоваться вашим советом, поднялся на ноги Илья, но к сожалению не имею для этого достаточного количества времени. А сейчас попрошу вас как можно быстрее подготовить Сергея Юрьевича Стрельцова к выписке, разумеется со всеми вещами и документами. Абсолютно со всеми, – добавил он с нажимом.

Вернувшись в своё временное прибежище, Илья сел у телефона и, используя выданный ему перед отъездом электронный справочник, набрал номер ближайшего военного аэродрома. Дозвонившись до строевой части, он попросил срочно соединить его с начальником штаба. Преставившись ординатором Центрального военного госпиталя, Хромов справился о наличии санитарных бортов для срочной перевозки больного.

– С удовольствием готовы помочь, – ответили ему, – но из двенадцати специализированных самолётов в готовности к немедленному вылету находятся только два, да и те «Кукурузники». Таким образом, в наших силах доставить вашего больного только до Кемерова или, на худой конец, до Томска.

– Как быстро можем вылететь? – тут же поинтересовался Илья, сразу решивший, что двигаться с пересадками всё же лучше, нежели ждать более подходящей оказии.

– Часа через два, три, – как-то нерешительно ответил штабист, – во всяком случае не раньше.

Это вполне устраивало, поскольку на дорогу к аэродрому уйдёт полчаса, на посадку и оформление документов ещё минут двадцать, да здесь сборы продлятся не менее часа. Примерно так всё и произошло. Пока одевали и собирали в дорогу сонного Стрельцова, пока упаковывали в ящик из-под посылки сопроводительные бумаги, Илья успел собраться сам, сытно пообедать в госпитальной столовой, и даже связаться с аэродромным начальством в Кемерово.

Наконец прибежал запыхавшийся солдатик из санитарного взвода и доложил, что выписываемый Стрельцов готов к отгрузке.

Хромов, подхватил чемоданчик и бодро вышел в коридор. Спустившись к парадному подъезду, он только здесь увидел того, кого должен был сопровождать в Москву. На транспортной койке с обрезиненными колёсиками лежал плотно увязанный полотняными ремнями мужчина неопределённого возраста, с совершенно седой головой, но с ржаного цвета плохо ухоженными усами и столь же неопрятной ржавой бородой.

– Что, – кивнул Илья в сторону койки сопровождавшим больного санитарам, – побрить его не могли на дорожку?

– А что такого-то, – кривовато усмехнулся один из них, – ему она даже нравилась.

Снаружи коротко рявкнула автомобильная сирена.

– Ладно уж, грузите тело на борт, – напутственно взмахнул рукой майор, остановив ворохнувшегося было солдата, – а то и так опаздываем.

Весь перелёт до подмосковного Чкаловска с двумя пересадками и массой бумажной волокиты занял всего двадцать семь часов и Хромов был ужасно горд собой, поскольку сумел сам, без какой-либо сторонней помощи организовать столь необычную и ответственную доставку. Прямо на лётном поле его встретил Вронский, с которым они не виделись почти четыре месяца.

– Что так поздно? – шутливо хлопнул он Илью по плечу, – я ждал тебя уже к обеду.

– Да ты что, – устало отмахнулся тот, – какой обед, я уже не пойму в этой беспрерывной круговерти, когда должен быть день, а когда ночь. Ты, кстати, вызови кого-нибудь на помощь, надо бы моего подопечного вынести на воздух.

– Мне кажется, что он сам решил подышать, – отозвался тот.

– Илья оглянулся. На самой верхушке трапа, придерживаясь руками за створки люка неуверенно топтался его подопечный.

– Как же он от ремней-то освободился? – мелькнула у Ильи недоумённая мысль. Эй, стой там, – крикнул он, бросаясь обратно к самолёту, – сейчас я тебе помогу.

Однако Стрельцов, казалось, не слышал его, или сделал вид, что не услышал. На неуверенно подрагивающих в коленях ногах он начал спускаться вниз и дошёл уже до середины трапа, когда майор подхватил его под тощий локоть. Сергей на секунду замер и повернул к нему мёртвенные остановившиеся глаза: – А Дима-то где? – произнёс он свистящим шёпотом.

При этом он так сильно сжал предплечье Ильи, что тот еле удержался от болезненного вскрика.

– Он ждёт тебя, – как можно ласковее произнёс Хромов, на всякий случай перехватывая больного спутника поудобнее, – мы тебя сейчас к нему проводим.

С помощью подоспевшего Андрея он усадил Стрельцова в фургончик УАЗа и они спешно покинули лётное поле. По мере того, как они удалялись от Чкаловска состояние их подопечного как будто улучшалось. На его лице постепенно появилось вполне осмысленное выражение и он даже довольно удачно ответил на несколько заданных Ильёй вопросов о своём самочувствии. Наконец машина замедлила ход и водитель подал прерывистый сигнал. Илья наклонился к окошку и увидел, что они въезжают в распахнутые зелёные ворота. Лязгнули запоры задних дверей машины, и через несколько секунд тревожно озирающийся Стрельцов был усажен санитарами на разболтанное кресло-каталку, после чего препровождён в приземистое, сильно вытянутое здание, более похожее на какой-нибудь склад, нежели на медицинское учреждение.

Дождавшись, пока за санитарами закроется дверь, Илья завернул рукав куртки и продемонстрировал Андрею синие отпечатки пальцев.

– Ни за что бы ни поверил в такое, – помассировал он затёкшую руку, – вроде дистрофик, а как вцепился, так едва не удавил. Не зря главврач предупреждал. Впрочем, всё это не стоит долгого обсуждения, главное для нас, на будущее, не стоять рядом с этим субъектом. Да, – а кстати, – перепрыгнул он на другую тему, – а где же наш неутомимый Евсеич?

– Обещал, что будет ждать нашего прибытия здесь, в каком-то холле. Хотя, у него по семь пятниц бывает на неделе. Вполне мог и поменять своё решение.