Хроники мёртвого моря - Косарев Александр Григорьевич - Страница 57

То ли дробный грохот его каблуков, привлёк внимание Стенли, то ли ещё что, но он неожиданно начал поворачивать голову назад. Одновременно с этим Илья увидел, как Анжела отпустила руку австралийца и начала уходить от него в сторону проезжей части улицы. Наряду с этим, очень ему полезным для него перемещением прямо навстречу ей из подворотни бодро выскочил куда-то торопящийся плотный мужчина в жёлтой рубахе.

Ты-с-с-т, – почти неслышно хлопнул парализатор. Удивлённо исказившееся лицо Улькера мгновенно помертвело и он неуклюже осел на витрину лавки булочника. Сумка мешала Илье двигаться, и он нетерпеливо отбросил её за спину. Это, казалось бы самое обыденное движение, отвлёкшее его буквально на ничтожную долю секунды, едва не стоило им обоим жизни. Подняв глаза, он, к своему изумлению, увидел, что в руке у толстяка появился пистолет, ствол которого направлен прямо ему в лицо. Хлоп! – резкий звук прозвучавший сзади заставил его присесть. Бах! – приглушённо рявкнул пистолет коротышки. Ты-с-т, – сработал во второй раз парализатор. Уи-у-у, тиу-у, – противно зазвенел и по камням рикошеты. Неожиданно с балкона ресторана пронзительно закричала какая-то женщина и истеричный крик её мгновенно был подхвачен ещё несколькими голосами. Зацепившись за что-то ногой, Илья с размаху рухнул на тротуар, и выроненный им парализатор с жалобным звоном исчез в щели водостока.

Бах, бах! Хлоп. Бах, дзи-у-у. Пули, отлетая от стен и круша стеклянные витрины, густо запели над его головой. Скатившись с тротуара Илья попытался выдернуть из-за пояса пистолет, но тесная рубашка Стенли не позволила ему сделать это. Тогда он повернулся на спину и тут же заметил стремительно подбегающего к нему «Аспида», держащего в каждой руке по пистолету. Думая, что Илья ранен ещё раз, он отбросил один из них в сторону и освободившейся рукой крепко ухватил его за шиворот.

– Я в порядке, – воскликнул Илья, поднимаясь с его помощью на ноги. Анжелка-то цела?

Ища исчезнувшую из его поля зрения девушку обернулся. Та сидела на корточках, прижавшись боком к стене и испуганно закрыв голову руками. Илья подскочил к ней и оторвал от стены.

– Ты как? Жива? В порядке?

Та растерянно кивнула, не очень понимая, о чём её спрашивают. Схватив девушку за руку, Хромов буквально потащил её к порту. Они перепрыгнули на бегу через лежащего на тротуаре человека в жёлтой рубахе и, не обращая внимание на несущиеся им вслед возбуждённые крики, скрылись в извилистых переулках старой части города. Им надо было торопиться, но, добежав до одинокого столба уличного освещения, Хромов на минутку остановился, чтобы привести себя в порядок. Он отряхнул брюки и на всякий случай осмотрел дрожащую крупной дрожью Анжелу. За исключением разошедшегося шва на платье, да непонятной точки на её лодыжке на девушке не было никаких повреждений. Он попытался стряхнуть эту «точку» и вдруг оттуда тоненькой струйкой потекла кровь.

– Ох ты чёрт, – в бессильной злобе выругался Илья. Нога сильно болит?

– Немного, – отозвалась девушка, даже не решившаяся взглянуть вниз. Что там у меня?

– Порез, – соврал Илья, – но маленький.

Он встал на колени и присосался к кровоточащей ноге губами, надеясь на то, что ему удастся определить характер ранения. Чувствуя на губах солоноватый привкус крови, он осторожно надавил зубами на ранку. Надавил и тут же почувствовал, что ему на язык выпал кусочек чего-то твёрдого. Он выплюнул его на ладонь. Это был острый кусочек камня, скорее всего отбитый от стены пулей. Хромов отбросил его в сторону и полез за пластырем.

– Нога у меня очень поранена? – дрожащим голосом произнесла до смерти боящаяся крови Анжела.

– Ерунда, – ещё раз сплюнул солоноватый сгусток Илья, – сейчас залеплю царапину и всё будет нормально. В случае каких-либо вопросов, скажешь, мол собака цапнула. И не трясись ты так, – повысил он голос. Меня вообще из пистолета продырявили, я же не плачу! Соберись, – взял он её под руку, – это ещё не конец дороги!

Длинным путём, через длинную лестницу прибрежного холма, каменистый пляж и припортовую набережную они вновь, уже который раз за этот насыщенный событиями день, вышли к порту.

– «Тритон» видишь? – спросил Хромов, вытягивая руку в направлении причалов.

– Кажется, вижу, – пролепетала она.

– Вот тебе посадочный билет, – протянул он ей визитную карточку «Холёного». Спросят, кто ты такая – предъяви её. Иди и ничего не бойся. У катера должны быть наши люди. В случае чего они тебя вытащат. Твоя основная задача незаметно осмотреть катер. С ходу спроси у капитана, где наша каюта и заодно осмотри всё вокруг. Если заметишь на борту что-то явно подозрительное, сразу же сходи на берег и двигай сюда. А если всё спокойно, дай мне сигнал фонариком. Вот он, держи!

Ощутимо прихрамывая, девушка зашагала вниз по улице.

– Ответьте «восьмому», – предпринял попытку связаться со своими сотоварищами Илья, – ответьте все, кто находится в районе порта.

– «Алекс» на связи, – услышал он хрипловатый голос Ганса, со мной «Аннет».

– Срочно подтянитесь к катеру, – попросил его Хромов. Изобразите нетрезвую парочку. Больше смеха и веселья. Там через три, четыре минуты должна появиться моя подружка, подстрахуйте её. Она, по идее, должна осмотреть катер и подать мне сигнал фонарём. Но надежды на неё у меня мало. Кроме того, она слегка ранена. В случае чего вытаскивайте её оттуда. Докладывайте мне мгновенно при малейшем изменении обстановки!

Почувствовав что у него подгибаются колени, Хромов устало присел на каменную тумбу.

– Пяток минут у меня есть, – решил он, – надо отдышаться.

Прежде всего он пополнил обойму пистолетика. Стилизованный под пистолет – зажигалку, он был тем не менее серьёзным оружием. Конечно, дальность прицельной стрельбы из такой игрушки не превышала двадцати пяти метров, но уж если крошечная, всего-то в два с половиной миллиметров в диаметре, пуля находила цель, смертельный исход был неизбежен. Кроме того удобным было то, что оружие было сделано из пластика и при выстреле звук гасился специально сконструированным активным глушителем.

Отведённое Анжеле на проверку катера время прошло и он поднёс ко рту переговорное устройство. Прежде всего он хотел связаться именно с Гансом, но передатчик внезапно ожил.

– На борту «Тритона» всего четверо, – прорезался голос «Аннет». Пожилой грек с усами, могучий на вид дядька. Ваша девушка и двое парней лет по двадцать шесть – двадцать восемь. Один их них светловолосый, или рыжий.

Уже облегчённо двинувшийся вниз, к морю, Илья будто споткнулся.

– Стоп, – замер он облившись холодным потом, – там ведь все были темноволосые.

– «Аннет», – передал он в эфир, – как можно видеть цвет волос в такой тьме?

– На катере включёны фонарь и прожектор, так что видно довольно хорошо, тем более, что мы стоим практически рядом.

Издалека замигал еле видимый фонарь.

– «Восьмой», с катера подан световой сигнал, – мгновенно передал «Алекс».

– Всё в порядке, – успокоил его Илья, – это сигнал для меня. Ждите, я иду. Всем быть в готовности № 1.

Расстегнув нижнюю кнопку рубашки, он ещё раз проверил свой арсенал и, повесив на сумку с драгоценной добычей на плечо, затрусил к катеру.

– Эй, Анжелка, – намеренно громко завопил он, – увидев в полутьме её бледное лицо и пальцы, напряжённо вцепившиеся в ограждающий борта катера леер, – я уже здесь!

Взбежав по качающемуся трапу, он легонько потрепал девушку по щеке и не теряя ни секунды по деревянной лесенке поднялся в рубку. Капитан, или как он там назывался, с отрешённым видом сидел в продавленном кожаном кресле и, нещадно дымя трубкой, слушал заунывную греческую музыку.

– Добрый вечер, – поприветствовал его Илья по-английски. Мы все собрались, можно отправляться.

Равнодушные глаза моряка медленно переместились на него.

– Нет, ещё не все, – буркнул он на ломаном языке Шекспира, одного не хватает.

– Может быть, он раздумал плыть? – не растерялся Илья.