Год багульника. Летняя луна - Коруна Джен - Страница 18

Хэур в ярости набросился на нее.

— Как ты могла?! Ты же погубила нас всех! Он донесет о нас в форт! Да что я говорю — наверное, уже донес!

Моав не пыталась сопротивляться, ее синие, как сапфиры, глаза смотрели спокойно.

— Нет, он пообещал, что отправится домой в Лорган и что не станет докладывать ничего ни гарвам, ни кому иному.

— И ты поверила ему?!

— Да. Он же дал клятву.

Хэур хлопнул себя ладонью по лбу. Так вот откуда взялась эта внезапная любовь к ночным прогулкам! Будь он чуть менее уставшим, он бы наверняка услышал, как эльфа развязывала Рогдвэна — у рыси сон чуток… Светлые глаза хэура вспыхнули рыжим. Он тряхнул Моав за плечи.

— Твое благородство ослепило тебя!

— А тебя — твоя злоба!

— Если бы не она, мы бы давно были в гостях у гарвов!

— Я не верю, что Рогдвэн отдал бы нас в их руки, — не отступала Моав.

Сигарт замер и уставился на эльфу так, будто видел впервые.

— Иногда мне кажется, что мы зря не расстались еще перед воротами Имрана, — проговорил он и, не дожидаясь ответа, круто развернулся.

***

Весь последующий день Сигарт не разговаривал с эльфой. Ифли пытался разрядить напряженную обстановку рассказами и смешными ужимками, но хэур от этого только мрачнел. Его общение с Моав сводилось к редким брошенным фразам, касающимся привала или приготовления еды. Вечером он сразу после ужина улегся спать в гордом одиночестве под большим камнем. Несмотря на то что было тепло, он завернулся в накидку, тем самым демонстрируя, что в эту ночь ее хватит лишь для одного.

Через некоторое время к нему подошла Моав. Нежное личико эльфы выглядело грустным, глаза блестели, будто она недавно плакала. Она тихо обошла лежащего хэура и осторожно легла рядом с ним прямо на сырую землю. Несколько минут они лежали неподвижно, Сигарт — завернувшись в жилет, Моав — приткнувшись к его боку. Наконец, край подстилки отогнулся, впуская эльфу внутрь. Она тут же юркнула к хэуру и спрятала голову у него на груди. Некоторое время оба молчали. Эльфа заговорила первой.

— Ты все еще сердишься на меня из-за Рогдвэна? — тихо спросила она.

— Я не знаю, — так же тихо ответил Сигарт. — Просто думаю, смог бы я так поступить, как ты, и понимаю, что никогда не отпустил бы его.

— Но ведь он пообещал, что не причинит нам вреда!

— Ты очень, очень наивна, — сказал Сигарт. — Ты видишь во всех лишь хорошие черты, а плохих не замечаешь.

Она взглянула ему в глаза — от этого взгляда хэуру стало удивительно тепло и спокойно.

— И в тебе тоже? — прошептала она.

Хэур улыбнулся — впервые за этот день.

— И во мне тоже… Иногда я чувствую себя виноватым — мне кажется, что я обманываю тебя.

— Почему?

— Потому что ты заслуживаешь гораздо лучшей судьбы, чем скитаться с тем, кто даже не знает своих родителей. Ты ведь привыкла жить совсем иначе.

Моав ласково провела ладонью по его сухим серым волосам.

— Но ведь я сама так решила, значит, ты ни в чем не виноват.

— Ладно, давай лучше спать, нам надо как следует набраться сил, — устало сказал хэур. — Если верить твоему Рогдвэну, завтра мы доберемся до форта, и тогда начнется самое интересное.

Эльфа живо поднялась на локте.

— А если…

— Никаких если! — застонал Сигарт. — Спи давай! На сегодня довольно безумных идей.

Он обвил рукой тонкую спину Моав и, почти обездвижив, силой уложил ее рядом с собой.

— Ты не старшая веллара, ты — какой-то кошмар!

Он зарылся лицом в ее растрепавшиеся волосы.

— Маленький душистый кошмар…

***

Наутро все проснулись раньше обычного. Завтракали и собирались в сосредоточенной тишине, словно предчувствуя всю сложность того, что им предстояло сегодня свершить. Шли быстро и без разговоров, но продвигались гораздо медленнее, чем ожидали. Идти через каменный хаос было тяжело даже для Сигарта. Единственным, кто, похоже, не чувствовал усталости, был сильф. С легкостью бабочки он перепрыгивал с камня на камень и принимал на них живописные позы, поджидая, пока эльфа и хэур проберутся через валуны.

Казалось, завалу не будет конца. Он был настолько обширным, что местами образовывал целые конструкции из наваленных друг на друга обломков скал, между которыми зияли настоящие пропасти: достаточно было одного неверного шага, чтобы навсегда исчезнуть в их темноте. «Неудивительно, что с этой стороны к форту никто не ходит», — невольно подумал Сигарт. Для большей уверенности он даже обернулся рысью — с четырех лап было удобнее прыгать через расколы, а острые когти держали лучше, чем сапоги. Но больше всех страдала Моав — она изо всех сил старалась не отставать, но переход через каждый валун для малышки был настоящим восхождением. Вконец выбившись из сил, она позвала Сигарта.

— Эй, давай передохнем!

Хэур снова принял привычный вид и подошел к ней.

— Хорошая идея, — произнес он, тяжело дыша.

Она сели на гладком, похожем на крышу камне, к ним присоединился Ифли. Он успел убежать далеко вперед и теперь возвращался, вприпрыжку перелетая с камня на камень.

— Отдыхаете? — поинтересовался он.

— Отдыхаем, — бросил Сигарт.

— А я думал, мы уже идем обратно.

Хэур нахмурился.

— И почему же это ты так думал?

— Так ведь там впереди тупик.

Две пары глаз тут же уставились на сильфа.

— Какой еще тупик? — осторожно спросил Сигарт.

— Такой, обычный… — сказал Ифли, как всегда взмахнув руками, точно крыльями. — Камни, камни, а за ними стена. Дальше ни Колючка, ни Белая госпожа не пройдут.

Моав и Сигарт переглянулись. Такого поворота событий не ожидал никто. Пепельные брови хэура сдвинулись в одну линию.

— Так… — протянул он, в его голосе послышалась угроза. — Значит, круглоухий все-таки нас обманул!

Эльфа поспешно вскочила на ноги, точно вспомнив о чем-то.

— Постой! Он что-то говорил о тупике!

— Кто говорил?

— Рогдвэн! Перед тем, как уйти, он еще раз подробно рассказал мне, как найти дорогу к форту.

Она поспешно подошла к краю камня и тут же вернулась обратно.

— Да, точно! — оживленно заговорила она. — Перед самым фортом будет скальная стена, ее можно преодолеть лишь одним путем. В ней должна быть трещина в форме молнии. Она кажется почти незаметной, но на самом деле по ней можно залезть наверх. Это — последняя преграда перед Горелым фортом.

Сигарт исподлобья взглянул на эльфу, особого доверия в его глазах не наблюдалось.

— Ну-ну… Посмотрим, что там за молния, — проговорил он, поднимаясь с теплой поверхности камня.

Идти до тупика оказалось совсем недолго. Перевалив через несколько камней, троица оказалась перед высокой серой стеной; она имела форму полукруга и замыкала проход каменным цирком. Эльфа и хэур растеряно переглянулись — скала выглядела совершенно неприступной. Не теряя надежды, Моав медленно подошла к ней и стала идти вдоль стены, внимательно осматривая ее. За ней тенью следовал сильф. Наблюдающий за ними Сигарт мрачнел с каждым шагом эльфы. Она дошла почти до конца, как вдруг остановилась и радостно поманила хэура.

— Вот! — торжествующе воскликнула она, указывая на небольшую щель, скрытую за одним из отколов — шириной меньше ладони, она змеилась вверх по гладкому боку скалы; конец ее терялся из виду.

Сигарт подошел к стене, взялся обеими руками за край трещины, подтянулся. Пальцы держались на удивление прочно — по такому можно и залезть…

— Ну что, поползли, — бросил он, оборачиваясь к стоящим внизу Моав и Ифли.

Сильф быстро отступил от стены.

— Вы это… ползите, а я вас наверху подожду, — протараторил он и с громким щелчком растаял в воздухе.

Моав решительно сунула белые ладошки в расселину.

Перебирая руками и упираясь ногами в край раскола, эльфа и хэур вскоре добрались до самого верха. Стена заканчивалась резко, переходя в плоскую, как стол, площадку на вершине. Нащупав пальцами несколько зацепов на ее поверхности, Сигарт осторожно высунулся из-за края и чуть не рухнул вниз от удивления. Такого он не мог себе даже представить! В огромной котловине, окруженная природными скальными стенами, высилась самая настоящая крепость. Хотя по размерам она была раз в пять меньше Сиэлл-Ахэль, ее мощь все равно потрясала.