Магия крови - Греттон Тесса - Страница 46

Когда шины зашуршали по дорожке, усыпанной гравием, ведущей к дому Силлы, я наконец позволил себе обернуться к ней. Глаза Силлы были закрыты.

— Ты в порядке? — испуганно спросил я. — Прости. Я и так вижу, что нет. Незачем спрашивать.

Она покачала головой:

— Да нет, все в порядке. Я просто… останови машину, пожалуйста.

Я послушался. Когда автомобиль встал, Силла резко, почти грубо, привлекла меня к себе и поцеловала. Мы замерли на мгновение. Затем она осторожно прикусила мою губу и еще крепче обняла за шею. Я придвинулся к ней и, держа за бедра, приподнял ее. В салоне было тесно, но, немного повозившись, я перетащил Силлу к себе, и она оказалась у меня на коленях. Спина ее прижималась к двери, а плечо упиралось в рулевое колесо. Одной рукой я гладил ее плечи, другой — бедра.

Все вокруг потонуло в громе и реве, как будто земля, на которой мы находились, раскололась и все, что было на ней, повалилось в темноту. Все, кроме нас.

Мои руки нашарили пояс ее юбки и скользнули под него. Силла судорожно вздохнула, почувствовав на своей коже мои холодные пальцы, но через мгновение прижалась ко мне и еще крепче приникла к моим губам.

— Ник, — прошептала она, целуя меня снова и снова.

Ее пальцы зарылись в мои волосы, а затем она, почти обезумев, сжала мое лицо в ладонях. Мне стало немного больно, но я не жаловался. В конце концов, боль иногда приятна. Я стал гладить все ее тело, водя руками от подмышек до бедер. Силла прерывисто дышала, грудь вздымалась и опадала, и я, желая успокоить ее, нежно провел пальцами по ее ребрам. Наши поцелуи сделались вдруг менее судорожными, более глубокими, продолжительными. Силла все еще сжимала мое лицо. Я осторожно нащупали чашечки ее бюстгальтера и, приподняв их, отодвинул. Я чувствовал, что сейчас…

Силла вдруг резко отстранилась, прижавшись щекой к моей щеке.

— Ник, — прошептала она и через мгновение добавила: — Николас.

Я оцепенел, стараясь перевести дыхание.

— Мы же… мы же рядом с моим домом. На дороге, в машине.

Мои руки бессильно опустились на ее бедра.

— Прости, я забылся.

— Я тоже. Но все… нормально.

Я пробормотал что-то невнятное. Я должен был подчиниться. Господи, я же только что, словно какой-то дикарь, не сорвал с нее одежду прямо здесь, в салоне автомобиля! Выдохнув, я попытался успокоиться.

— Ник.

В окнах дома горел свет, однако лицо Силлы оставалось в тени, поэтому я не мог понять, о чем она думает.

— Если ты не тот, за кого себя выдаешь… — произнесла она.

Я молчал, ожидая продолжения. Силла опустила взгляд на свои колени, затем перевела его куда-то в сторону, словно смущалась собственных слов.

— Меня это пугает, — сказала она, наконец посмотрев мне в лицо. — Ты мне нравишься. Очень нравишься. Ты вернул меня к жизни. Так же, как магия. Пойми, я хочу, чтобы это был именно ты. Не магия. Не ложь, не притворство или обман. Я хочу чувствовать все так, как чувствуешь ты.

Я вдруг вспомнил те несколько строк, которые сложились у меня в голове, пока я красил этот идиотский реквизит для театра.

— Я тоже, — ответил я, сопротивляясь глупому желанию прочитать ей свое стихотворение.

— Надо идти в дом.

Силла сползла с моих колен и с большим трудом переместилась на пассажирское сиденье. Посмеиваясь над собственной неуклюжестью, она исхитрилась открыть дверь и выбраться наружу. Я протянул ей пакет с покупками:

— Силла?

— Да? — Она повернулась ко мне. В свете фонаря, висевшего над входной дверью, я хорошо видел всю ее.

— Мне надо… ехать. Если Трип звонила отцу… Ты знаешь, я выключил свой телефон, но мне не хочется выслушивать его нотации по поводу позднего прихода домой.

Силла кивнула.

— Хорошо, — прошептала она. — Увидимся завтра утром. Будь осторожен.

— Ты тоже. Спокойной ночи, милая.

Когда я вошла в кухню, Риз, низко склонившись над миской, доедал кукурузные хлопья. Весь стол был завален разнообразными ингредиентами для магических ритуалов.

— На. — Я поставила пластиковый пакет с серебряными изделиями рядом с миской.

— Джуди сейчас в ванной, но прежде, чем лечь спать, нам надо рассыпать смесь соли и лепестков вереска под всеми дверьми и окнами.

— Сделаем. Но ты знаешь, мы не нашли ничего похожего на притягивающий камень, — заметила я.

— Попробуем использовать в качестве притягивающего камня папино пресс-папье. Кто его знает, может быть, именно так он и использовал этот аметист.

— Хорошая мысль.

— Иногда моя голова работает. — Риз усадил меня рядом с собой. — Я обдумываю еще кое-что.

Я отпила кофе прямо из чашки брата, на языке остался горьковатый осадок.

— И что же? — спросила я.

— Это касается Ника.

— Ой, Риз, давай не сейчас… — простонала я, закатив глаза и ожидая услышать что-то вроде нотации старшего брата.

— Да я не собираюсь обсуждать то, что у тебя появился бойфренд. Я о другом. Тебе не кажется все это странным? Он знает о магии, его дед умер и оставил ему в наследство этот дом. У его матери и нашего отца были какие-то отношения в прошлом. Мы ведь совсем не знаем этого человека. К тому же он врал тебе.

Я вспомнила, как Ник недавно делился своими подозрениями насчет Лилит.

— Риз, я не могу в это поверить.

— Ты даже не допускаешь возможности?..

— И никогда не допускала, — перебила я брата. — Давай оставим этот разговор. Это неправда, да ты и сам в это не веришь.

— Я? Не верю?

— Нет, в противном случае разве ты отпустил бы меня с ним?

— Силла!

— Риз! Я знаю, как выглядит человек, когда в его тело проникает кто-то другой. Когда Венди завладела та женщина, это было ужасно. Я понимала, что все не так, как должно быть, и одновременно чувствовала отвращение. Когда я с Ником, я не чувствую ничего подобного, да к тому же ему тоже досталось, когда на, нас напали птицы. Кстати, он ведь помог спасти Венди. Мы же не можем подозревать всех подряд. Ты не прочь и Джуди заподозрить, потому что она появилась у нас сразу после смерти родителей и мы плохо знаем ее?

Риз сжал губы и опустил взгляд на лежавшие на столе бумаги, а потом принялся расправлять и разглаживать их.

— Ну нельзя же так жить, — закончила я и встала.

После короткой паузы он сказал:

— Мне приятно говорить с тобой, Силла.

— Я знаю.

Склонившись к нему, я на секунду прижалась щекой к его волосам.

— И все-таки он врет тебе. Врун не значит крутой. Мне следовало надавать ему, — пробурчал брат.

Я тихо засмеялась:

— Ты этого не сделаешь.

— Может, и сделаю.

— Мы разберемся с этим, обещаю.

Риз вздохнул, но звук больше походил на рычание дикого кабана, который проиграл схватку. Потрепав его по плечу, я сказала:

— Сейчас приду. Только схожу в туалет.

Я поднялась наверх и помыла руки. Мне стало немного легче. Проведя влажными пальцами по лицу, я облегченно вздохнула. Вода остудила мою разгоряченную кожу. Обернувшись, я сдернула с крючка полотенце и прижала его к лицу, затем посмотрела на себя в зеркало.

На полочке у стены, прямо рядом с дверью, лежал браслет Риза — тот самый, который ему подарил отец. Брат никогда его не носил. Рыжевато-коричневый тигровый глаз ярко выделялся на фоне пастельных тонов кафеля. Он казался живым. Отвернувшись от зеркала, я взяла браслет. Кольцо на моем среднем пальце левой руки прекрасно с ним сочеталось. Повертев украшение, я заметила, что на его внутренней поверхности были выгравированы три руны.

Я спустилась вниз и вошла в кухню:

— Риз.

Он, пробурчав что-то в ответ, не поднял голову от кипы бумаг перед ним. Похоже, он изучал какие-то списки. Я села за стол рядом с ним и стала терпеливо ждать, когда он обратит на меня внимание. Вскоре он посмотрел на меня:

— Да? — Заметив у меня в руке знакомую вещицу, он нахмурился и спросил: — Что ты собираешься с этим делать?

Я показала ему руны. Забрав у меня браслет, брат поднес его ближе к глазам и стал рассматривать гравировку на внутренней поверхности. Лицо его вдруг стало свирепым.