Адептус Астартес: Омнибус. Том I (ЛП) - Паррино Джо - Страница 580

Тул рванулся вперед и сошелся с монстром, рассекая затхлый воздух лезвием меча. В темном пространстве склада было не слишком много места для маневра, так что капитан не мог использовать свою фехтовальную технику в полную мощь. Важнее всего для десантника в этих условиях были скорость и сила.

Если бы Тул и Арамус были должным образом вооружены, противостояние с одним- единственным воином тиранидов вряд ли заняло бы много времени. Нескольких точных выстрелов «Адскими огнями» или противотанковой гранаты было бы достаточно, чтобы уничтожить эту мерзкую тварь. Однако прибывшие на Кальдерис Кровавые Вороны были экипированы для сражений с орками, совершенно не ожидая, что спецвооружение и тактические приемы, разработанные за долгие годы Тиранидских Войн, понадобятся им на этой пустынной планете.

С нечеловеческим завыванием тиранид парировал удар Тула одной из передних конечностей; Мудрость отсекла кончик хитинового когтя воина, что, впрочем, не слишком повлияло на его боеспособность.

Мудрость вздрогнула в руке Тула, и капитан тут же попытался возвратным ударом поразить грудную клетку тиранида, но прежде, чем клинок коснулся воина, тварь выстрелила семенной капсулой колючего душителя из слитой с одной из средних конечностей трубки. Мудрость отскочила от бронированного панциря тиранида в тот момент, когда капсула ударила Тула в плечо, закрепившись на доспехах словно приклеенная каким-то сверхмощным адгезивом. Прежде, чем Тул успел сделать что- нибудь, капсула с умопомрачительной скоростью созрела и выпустила во все стороны множество утыканных шипами плетей, мгновенно опутавших его шею, плечо и руку с мечом столь же прочно, как железные кандалы.

— Капитан! — громко прокричал Арамус.

Тул попытался разорвать путы или хотя бы перебросить меч в другую руку, но не смог; тем временем получивший мгновенное преимущество тиранид не стал сдерживать свой инстинкт убийства. Игольный кулак, сросшийся с другой средней конечностью воина, снова исторг из себя залп алмазно-твердых шипов, которые при стрельбе со столь близкого расстояния оказались сосредоточены на площади всего в несколько квадратных сантиметров в центре живота капитана, немного ниже грудины. Хитиновые иглы довольно глубоко вошли в керамит, некоторые на сантиметр или даже более, и внешний слой брони Тула покрылся паутиной трещин.

Тул слышал как Арамус раз за разом стреляет из болтера и краем глаза видел огненные розочки на стволе оружия, но поле его зрения быстро уменьшалось по мере того как душитель продолжал расти и обвиваться вокруг его шлема.

Воин вновь атаковал Тула, ударив массивным когтем точно в центр радиально расходящейся паутины трещин на животе десантника. Один удар, за ним другой, и, наконец, после третьего удара керамит поддался, и коготь монстра вонзился в плоть под ним.

Воин вгонял коготь все глубже и глубже в тело десантника, так что капитан и ксенос находились всего в нескольких сантиметрах друг от друга. Через щели между опутавшими его шлем плетьми душителя Тул мог видеть выбоины и трещины в панцире твари в тех местах, где в него угодили выстрелы Арамуса. Это походило на панораму из лунных кратеров, сочащихся ихором.

Колючий душитель полностью сковал руку Тула, а пронзивший тело коготь не позволял сдвинуться в сторону, но если бы он смог немного изменить положение меча, то затем. Капитан Тул вытянул свободную руку и схватил тиранида за верхнюю часть тела.

— Если я умру, тварь, — прошипел он сквозь зубы, — я умру не один.

До боли напрягая мышцы, Тул согнул руку в запястье, насколько это было возможно, так что клинок Мудрости оказался направлен на покрытый выбоинами участок панциря тиранида. Затем, игнорируя пульсирующую боль от вошедшего в живот когтя, и чувствуя как силы оставляют его по мере поступления ксенотоксинов в кровеносное русло, Тул резко подтянул себя к чудовищу, всадив Мудрость на половину длины клинка в тело воина.

Арамус увидел как воин-тиранид сбросил опутанное плетьми душителя тело капитана Тула со своего когтя. Когда капитан рухнул на пол, тварь протянула одну из передних конечностей и с нечеловеческим воплем вырвала силовой меч из тела, и затем отшвырнула Мудрость в дальний угол склада.

Арамус ринулся вперед, паля на ходу из болтера, но мгновение спустя тиранид издал еще один оглушительный вопль и завалился вперед, рухнув сверху на тело Тула. Все было кончено.

Глава седьмая

Напрягая усиленные мускулы и сервоприводы брони, Арамус поднял массивную тушу мертвого воина тиранидов и, крякнув от усилия, сбросил ее с тела капитана Тула. Воин безжизненно шлепнулся на холодный рокрит пола, и Арамус, быстро убедившись, что тиранид больше не представляет угрозы, опустился на одно колено подле капитана. Раны Тула были очень серьезными, возможно даже смертельными, но, как бы то ни было, он был еще жив. Жив, но держался на самом краю между жизнью и посмертием. Арамус был лишен превосходных знаний апотекария о физиологии Адептус Астартес, но, насколько он мог судить, коготь тиранида серьезно повредил внутренние органы Тула, и, может быть, вместе с ними некоторые из имплантатов, делающих его космическим десантником.

Если Тул не умрет в ближайшее время, ему понадобится помощь апотекария Гордиана. Исходя из приказов капитана, Гордиан сейчас уже должен был быть в точке эвакуации, ожидая остальных Кровавых Воронов, чтобы, наконец, покинуть Кальдерис раз и навсегда. Насколько знал Арамус, вызывать апотекария сюда было бы бессмысленно; лучше было бы перенести самого Тула, так как его в любом случае следовало как можно быстрее переправить на «Армагеддон», где капитан мог бы получить более адекватное лечение, чем полевых условиях.

Более нельзя было медлить. Арамус потратил еще несколько драгоценных мгновений, разыскивая взглядом силовой меч капитана, но среди составленных повсюду друг на друга коробок и ящиков не смог найти его. Мудрость была потеряна.

Повесив болтер на плечо, Арамус наклонился, и, подняв Тула, перекинул руку капитана через свою шею. Затем, вместе с раненым Тулом, он торопливо покинул здание склада.

Сержант Таддеус и остатки первого и седьмого отделений пробивали путь через скопление орков, как диких, родом с Кальдериса, так и хорошо вооруженных членов орды Горгрима. Они двигались на запад, к точке эвакуации, но уже с самого начала было весьма сомнительно, что они успеют добраться до космопорта вовремя. Четырнадцать выживших цепными мечами, разрывами гранат и ударами кулаков прокладывали путь назад от первоначального местонахождения орды, но до сих пор сумели добиться лишь небольших успехов, в конечном итоге оказавшись зажатыми между дикими орками спереди и справа и войском вождя Горгрима сзади и слева. Если бы вместе с Таддеусом сейчас были только члены его штурмового отделения, они могли бы попытаться ускорить продвижение, задействовав прыжковые ранцы, чтобы перемахнуть через многочисленных орков, с которыми сейчас приходилось сражаться. Однако выжившие члены первого отделения не были экипированы такими ранцами, и, насколько знал сержант, восемь его Астартес никак не могли бы перенести вместе с собой шестерых вооруженных братьев в полной силовой броне. Таким образом, если штурмовики все-таки поднимутся в воздух, тактическое отделение останется на произвол судьбы посреди армии орков. Таддеус поклялся, что не бросит более ни одного Кровавого Ворона, а значит, они все вместе доберутся до цели — или не доберется никто.

следить за вероятными угрозами со всех сторон, и лишь потому, что Кровавые Вороны действовали, постоянно поддерживая друг друга и взаимодействуя подобно частям одного хорошо смазанного механизма, им удавалось до сих пор оставаться в живых.

— Таддеус! — услышал сержант голос брата Лёва в воксе.

Лёву было поручено прикрывать отделение сзади, в то время как Таддеус был в числе тех, кто сражался с орками спереди.

— Сзади! — снова прокричал Лёв.

Таддеус ударил дикого орка перед собой цепным мечом, отрубив руку зеленокожего в районе локтя. Орк, похоже, едва заметил свое увечье и сделал выпад оставшейся рукой, так что Таддеусу пришлось отпрыгнуть в сторону, чтобы избежать удара. Десантник выпустил очередь из болт-пистолета в голову зеленокожего и отступил немного назад, пока тело орка постепенно начинало понимать, что больше не получает сигналов от мозга. Получив, наконец, передышку, достаточную, чтобы взглянуть на то, о чем предупредил Лёв, Таддеус обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть массивную фигуру, больше машину, нежели живое существо, с грохотом надвигающуюся на него. Это был член ударной группы войск Горгрима, орк, большая часть тела которого была заменена грубой кибернетикой. Верхняя часть головы зеленокожего скрывалась за полусферой из потемневшего металла, на месте глаз светились красным линзы аугметики, а к плечам посредством громоздких металлических соединений крепилась пара бионических рук, заканчивающихся гигантскими силовыми клешнями.