Адептус Астартес: Омнибус. Том I (ЛП) - Паррино Джо - Страница 591

— Таддеус, доложи! — приказал Арамус.

В воксе были слышны звуки болтерной стрельбы и завывание цепных мечей.

— Ликторы, Арамус! — прокричал Таддеус, и напряжение кипящего боя, казалось, передалось его голосу. — Пять, шесть. Нет, стая из семи тварей! Они появились словно из ниоткуда!

— Потери?

— Пока нет, — передал сержант штурмовиков. — Мы держимся. Но Арамус.

— Да? — Арамус поднял свой болтер, быстро проверив патронник, и передернул затвор оружия.

— Эта разновидность ликторов, похоже, не имеет ядовитых симбиотов. Это означало, что поиски все еще не окончены.

— Принято, Таддеус.

Арамус переключил вокс на общий канал.

— Кровавые Вороны, седьмое отделение вошло в контакт с противником. Повторяю, состоялся контакт с противником. Присутствие тиранидов

подтвеждено.

Но нам по- прежнему необходимо найти особей с ядовитыми симбиотами.

Моргнувшие в визоре сержанта руны сигнализировали, что сообщение принято — это позволяло десантникам не тратить времени и усилий на головой ответ.

— Собери своих людей, — громко сказал Арамус старосте. — Не духи джунглей напали на вас. Все гораздо, гораздо хуже.

Боевой брат Войрэ и остальные десантники третьего отделения получили инструкции от сержанта Арамуса. Они были всего в нескольких километрах от деревни, и за несколько часов не смогли найти ничего интересного. Ауспекс Войрэ показывал окружающую местность, и, судя по его показаниям, десантники находились менее чем в получасе перехода от места, где Таддеус столкнулся с тиранидами.

— Ликторы — разведчики, — сказал Войрэ брату Цирраку, стоявшему рядом, пока они обсуждали дальнейшие действия. — Они движутся впереди стай наземных тиранидов, выискивая формы жизни для поглощения.

— И врагов, чтобы атаковать их, — мрачно добавил Циррак.

Войрэ показал ему карту местности, отображенную на экране ауспекса.

— Если Таддеус и его отделение столкнулись с ликторами здесь, — сказал он, указывая на точку на карте, — значит, скорее всего, они пришли отсюда.

Он провел пальцем линию по карте с юго-запада на северо-восток, пересекающую траекторию движения седьмого отделения, и продолжил:

— Из этого следует, что основная часть тиранидской стаи может находиться вот в этом направлении.

Циррак кивнул.

— Похоже на то, — согласился он.

— В этом случае, — сказал Войрэ, вглядываясь в обманчиво пустые джунгли вокруг, — нам стоит отправиться на юго-запад и посмотреть, что мы там сможем найти.

— Или что найдет нас, — с прежней мрачностью ответил Циррак.

— Как бы то ни было, — сказал Войрэ, крепче сжимая болтер, — нам еще долго придется тащиться по этим дебрям.

Циррак усмехнулся.

— Тогда веди, брат, веди нас.

В седьмом отделении было восемь космических десантников, вооруженных болт- пистолетами и цепными мечами. Вместе они сражались с ордами Горгрима и дикими орками на Кальдерисе, вместе прошли через кровавую войну на Заламисе, и за все это время потеряли только двух боевых братьев, по одному на каждом из миров. Таддеусу часто казалось, что пока они действуют вместе, не будет такой угрозы, с которой они не могли бы столкнуться и преодолеть ее. Их вера в седьмое отделение и в свою коллективную силу была почти безгранична.

Теперь, оказавшись лицом к лицу с горсткой ликторов, он понял, что это будет серьезным испытанием для такой веры.

— Отделение, оставаться на месте! — прокричал Таддеус, парируя изогнутый коготь тиранида цепным мечом. — Не давайте пощады врагу и сами не просите ее! Когда они столкнулись с ошеломляющим количеством диких орков у стен Аргуса, Таддеус шел в битву с улыбкой на устах. Даже когда он впервые увидел сомкнутые ряды войска Горгрима, даже после того, как увидел мертвого брата Ренцо, он сражался с легким сердцем. Таддеус смотрел на битву как же, как на тренировочный бой, видя лишь приятное испытание силы и мастерства. Несмотря ни на что, он исполнял свой долг в служении. Памятуя о заветах Императора и ордена и осознавая торжественный груз ответственности, возложенной на него как на космического десантника и Кровавого Ворона, Таддеус все же находил какое-то наслаждение в яростном столкновении металла с металлом, противостоянии мышц мышцам и силы — силе.

Но на Проспероне, столкнувшись с нечеловечными, кровожадными отпрысками Великого Пожирателя, Таддеус впервые увидел, что сражение может быть чем-то иным, кроме того, чем можно наслаждаться. На Проспероне его отделение было отправлено на минорное задание, и, в конечном итоге, было вынуждено пробиваться сквозь подступавшие со всех сторон ряды тиранидов, понеся тяжелые потери как ранеными, так и убитыми, и Таддеус впервые почувствовал первые намеки на чувство, которое могло быть

страхом.

Сейчас, окруженный стаей наседающих ликторов, явившихся из тьмы жаждя резни и человеческой крови, Таддеус обнаружил, что это позабытое ощущение вернулось. Сегодня улыбке не место на его устах.

Таддеус снова выстрелил из болтера «Адским огнем» и крутанул цепной меч в руке, чтобы нанести новый удар.

— Сержант Сайрус, — произнес Арамус в вокс, шагая через центр деревни к месту, где библиарий Нивен и капеллан Пальмариус проверяли местных юношей.

— Сэр? — ответил Сайрус.

— Где ты находишься?

— Проверяю периметр, сэр, — сказал сержант скаутов.

Как только стала известна новость о том, что седьмое отделение столкнулось с противником, вступили в действие протоколы Кровавых Воронов, велящие всем десантникам, не вовлеченным в битву, занять оборонительные позиции, если это не противоречит текущим приказам. Быстрого обмена взглядами между сержантами в центре деревни было достаточно, чтобы эти протоколы пришли в исполнение, и Сайрус вместе со

своим отделением исчез прежде, чем Арамус успел сделать хотя бы шаг.

— Хорошо, — передал в ответ Арамус.

Он находил несколько странным отдавать приказы тому, кто учил его что значит быть Кровавым Вороном и тому, кто сделал его тем космическим десантником, которым он сейчас был, но Арамус не позволил этому ощущению встать на пути исполнения долга.

— Я оставляю тебя и твое отделение защищать деревню. Староста соберет всех своих людей в центре поселения, там их будет легче защитить.

— А вы, сэр?

— Я присоединюсь к своему отделению в джунглях, — ответил Арамус.

— Принято, — передал Сайрус. — Хорошей охоты, сэр.

— Обязательно, Сайрус. Конец связи.

Он выключил вокс, подойдя к месту, где библиарий и капеллан, не обращая внимания на все происходящее вокруг, проверяли последних из селян.

— Сержант, — вместо приветствия произнес капеллан, и отраженные отсветы пламени причудливо заиграли на поверхности его серебряной череполикой маски

— Кому-то повезло? — спросил Арамус, кивнув на собравшихся неподалеку юнцов, глядящих на Кровавых Воронов с выражением все возрастающего страха и трепета.

— Нет, — раздраженно сказал библиарий Нивен.

— Я считаю, что у каждого из них, — объяснил капеллан Пальмариус, есть определенные примеси верований, несовместимые с дальнейшим приобщением к имперской вере.

— Примеси? — озадаченно переспросил Арамус. — Мы что, имеем дело с культистами? Он посмотрел через открытое пространство туда, где жались вместе староста и его последователи.

— Я не нашел никаких свидетельств поклонения Разрушительным Силам, — сказал Пальмариус. — Но только полное обследование деревни Инквизицией может достоверно подтвердить, что его и в самом деле нет. Ответы каждого из претендентов на мои вопросы, на данный момент, свидетельствуют об отсутствии верности основным принципам, на которых строится имперская вера. Наставления могут построить фундамент веры в сердцах претендентов, но не когда почва для этого фундамента столь зыбка.

— Забудьте об их сердцах, — вмешался библиарий Нивен. — Мое дело — их

разумы,

и они, каждый из них, слабы и легко поддаются внушению.

Арамус посмотрел на мальчиков и юношей, которых еще не успели проверить. Если предыдущие проверки не выявили подходящих кандидатов, то оставалась лишь призрачная надежда, что остальные подойдут. Но даже слабой надежды получить несколько претендентов для ордена было достаточно, чтобы оправдать необходимость завершения проверок. Хотя ни один из этих юнцов не выглядел способным пережить Испытания Крови, которые сами по себе были достаточно незначительными по сравнению с испытаниями, которые рекруты проходят при инициации, нельзя было прекращать их оценку до тех пор, пока не исчерпаны все возможности.