Адептус Астартес: Омнибус. Том I (ЛП) - Паррино Джо - Страница 662

+ Это потому, что мы движемся слишком быстро, чтобы они нас увидели, не говоря уже о том, чтобы дотянуться до нас. +

+ Даже «Карабела» не может развить такую скорость. +

+ Во время варп-полета «Карабела» представляет собой физическую конструкцию в царстве без физики. Она реальна в нереальном месте. Именно поэтому она борется и страдает, с трудом преодолевая течения. +

Он также страдал. Я чувствовал отголоски его боли. Он не мог скрыть их полностью.

+ Насколько ты силен? +

Я почувствовал слабое веселье Торкрита.

+ Недостаточно силен, иначе Армагеддон не стал бы неожиданностью для ордена. +

Пока мы пронзали вопящий океан, я чувствовал, как его сосредоточение непрерывно ширится и смещается, разлетаясь во всех направлениях.

+ Я читаю течения, + ответил он на незаданный мною вопрос. + Ищу смысл вторжения в материальную вселенную. Они текут, когда океан распадается на реки, а реки сливаются в океан. Тысячи, тысячи и тысячи каждую секунду, на мирах и аванпостах в глубоком космосе, на кораблях, затерявшихся в варпе… +

Так вот чем он занимался? Вся его жизнь превратилась в проецирование своей души в эмпиреи, ночь за ночью, отслеживая каждую нить в человеческой империи?

+ Да. Но я лишь одинокий охотник, Гиперион. Я не могу проследить каждую нить до конца. Для меня важны только самые крупные вторжения. Самые заразные. Самые опасные. Те, которые наполнены пророчеством. +

Я почувствовал, как Торкрит собирается с силами, но он не дал нам времени приготовиться. Мы прорвались обратно через завесу и во внезапном взрыве абсолютной тишины очутились в настоящей пустоте.

Почему-то это встревожило меня куда больше, нежели вопль.

+ Как… как мы оказались здесь так быстро?.. + спросил кто-то из моих братьев. Я не знал, кто именно, поскольку сознание Торкрита накладывалось на все наши. + Чтобы достичь этого мира, «Карабеле» потребовались бы недели. +

Торкрит не ответил. Он лишь предложил нам осмотреться.

Армагеддон ничем не отличался от Терры минувших времен, в языческие века Старой Земли. Экваториальные регионы были опоясаны джунглями, которые с орбиты казались густыми и зелеными. На большей части суши раскинулись блеклые пустоши — тундра у полюсов и пепельные пустыни в глубине материков. Почти весь шар занимали глубокие моря, которые еще больше делали его похожим на Старую Землю. Океаны Тронного мира испарились за тысячелетия до моего рождения.

Я отвернулся от планеты, чтобы посмотреть на имперские корабли на орбите. Зная об осажденном мире и захваченных Извечным Врагом городах, я ожидал увидеть армаду боевых кораблей и транспортников Имперской Гвардии, не говоря уже о крейсерах Космических Волков.

Но за исключением сети спутников и орбитальных швартовочных станций над городами-ульями я не заметил активной деятельности. Возле Армагеддона находилось всего три корабля Космических Волков: древняя и величественная боевая баржа, недалеко от которой дрейфовала пара меньших по размеру эсминцев.

+ Где флот отвоевания? +

+ Видите те горящие города-ульи? Война идет всего пару недель. Для людей, страдающих в городах, это вечность, но для имперских подкреплений она длится пока недостаточно долго. Волки отправили меньшие корабли с призывами о помощи — вроде посланий в бутылке — но тщетно. Извечный Враг отправился следом за ними, захватил их и заставил смолкнуть. +

+ Кроме «Морозорожденного», + пропульсировал я, + и «Верегельта». +

+ Они добрались до нас случайно, пусть и ценой крови. Я обыскивал течения, Гиперион. Другой помощи не будет. К тому времени, как Империум узнает об истинных масштабах войны, планета падет. +

+ Я не понимаю. Твоя сила привела нас сюда. Спроецируй себя в разумы губернаторов и генералов близлежащих миров. Собери их. Приведи сюда. +

+ Я видящий, а не оратор, + впервые я ощутил раздражение Торкрита. Он пытался смотреть на проблему под нашим углом, так сильно отличалось теперь наше восприятие вселенной. + Подумай об астропатии, брат. Это ведь невидимый мостик из одного разума в другой. Даже контакт между сильнейшими разумами представляет собой лишь обмен снами и вспышками воспоминаний, которые можно не понять или не услышать. Взгляни даже на сам наш разговор, когда рыцари нашего ордена общаются с помощью разумов. Насколько мы сильнее по сравнению с обычными смертными? Наши разумы создают слова из связи между сознаниями, но произносим ли мы их друг другу на самом деле? Конечно же, нет. Мы делимся эмоциями, намерениями, смыслами… и наше собственное восприятие искривляется, чтобы с легкостью обработать поступающую информацию. +

Нет. Так не пойдет.

+ Тебе все равно стоило попытаться. +

+ Правда? Может, и стоило. Может, я так и поступил бы, но все эти могучие подкрепления не успеют вовремя. Какие еще корабли смогут идти в варпе с такой же скоростью, как наши? Да никакие. И даже если эти легионы подкреплений придут, сумеют ли они победить Главное Зло? Ни в жизнь. +

+ Жаль, + пропульсировал один из моих братьев. + Они смогли бы задержать врага до нашего прибытия. +

Значит, Думенидон. Я прекрасно его знал. Ответ Торкрита зарябил от холодной искренности.

+ Ты говоришь так же, как многие из нашего ордена, но здесь предстает выбор между моралью и прагматизмом. Каждая душа на планете, увидевшая Извечного Врага, будет предана смерти за знание того, что демоны существуют. Если я призову больше имперских солдат, не обречет ли их это на ту же участь? Армагеддон живет и умирает своими защитниками, брат. Рядом с ними стоят Волки. А вскоре и мы к ним присоединимся. Боюсь, смертей и так будет предостаточно, даже не втягивая в бойню других. +

+ Я все еще не понимаю, + признался Галео. Его беззвучный голос, такой знакомый для моего разума, угадывался без сомнений. + Я чувствую скверну на этом мире не больше, чем на любой другой планете. +

+ Я почувствовал то же самое, + признался Торкрит. + Во-первых, взгляните на небо. Видите, как горят падающие обломки. Здесь вспышка пламени, там — искра огня. Это все, что осталось от Пожирателя Звезд, уничтоженного Космическими Волками, и которому суждено обратиться в пепел. Изначально он был оскверненным скитальцем, достаточно крупным, чтобы вместить на своих зараженных скверной палубах тысячи воинов и нерожденных. Он прибыл сюда по Морю Душ, ведомый рукой Темных Богов. Я не ощутил ни его путешествия, ни прибытия. И теперь я понял, почему. +

+ Покажи нам, + отправил Галео.

Мы начали падать на планету, пролетев над закопченными руинами города. В воздух поднимался дым, скрывая от нас обзор, пока мы не нырнули под нездорового вида облака.

В центре города одичалые воины, закованные в керамит алых и бронзовых цветов, пели и кричали в темнеющие небеса. Они сжимали топоры, выкованные на заре Империума, цепные зубья ревели не в лад с безумными воплями берсерков, которые и сами едва придерживались ритма. Многие походили на согбенных и вопящих чудищ, они оскверняли покойников, пожирая их плоть и забирая трофеи. Другие орали, смеялись, скидывая обезглавленные тела защитников в ямы для трупов.

Но там было что-то еще. Что-то гигантское и ярко-красное, сознание, лучащееся угрожающими размерами и опустошающим жаром, хотя оно полностью не раскрывало себя.

+ Вы не видите его, + пропульсировал Торкрит, + не так ли? +

Я посмотрел на опустошение, потянувшись своими чувствами, будто слепец руками, и натолкнулся на нечто неподатливое, словно пальцами нащупал стену.

И я увидел. За пеленой тошнотворной сырости и вони свежепролитой крови — тень, обагрившая сердце орды. Она вырастала из руин храма, расправив чудовищные крылья в небо.

+ Трон Императора, + выдохнул кто-то из моих братьев. Возможно, даже я сам.

Кость и керамит броней покрывали его влажную плоть, кожа была опаленным и растрескавшимся нечеловеческим красным мясом, под которым пульсировали вздувшиеся вены из черного железа. Из затылка обезображенной головы демоническим гребнем торчала извивающаяся копна спутавшихся кабелей. Некоторые из них были медными цепями, оканчивающимися привязанными к ним черепами. Другие крепились к доспехам, орнаментированным бронзовой чешуей.