Адептус Астартес: Омнибус. Том II (ЛП) - Коллектив авторов - Страница 290

— Не понимаю, зачем вы мне это рассказывает, сеньор.

— Как чемпион Императора, Баярд, — ты рыцарь Внутреннего круга. У тебя есть право знать.

— Какое имеет значение, знаю я или нет? Мои видения становятся всё сильнее — они переросли сны и стали беспокоить наяву. Я скоро погибну. Разделение этого знания не принесёт пользы никому из нас.

Хелбрехт остановился и положил бионическую руку на наплечник Баярда. — Пока ты жив и сжимаешь чёрный меч, брат, ты — лорд нашего ордена. Не покоряйся судьбе столь легко. Ты можешь многое дать, и до твоей смерти могут быть ещё годы. Все мы умрём, Баярд. Делай то что можешь, пока можешь. Император выбрал тебя — именно поэтому ты в нашем совете. Предай забвению свои предчувствия. Величайшие силы направляют не только твою руку, но и твои слова, и к ним прислушиваются.

— Да, повелитель. — Баярд замолчал.

— Что-то ещё тревожит тебя, чемпион?

— Вы хорошо знаете своих воинов, сеньор. Я не могу утаить от вас свои самые сокровенные мысли.

— Говори.

— В этом и дело. Я знаю свою судьбу, и я не хочу впустую потратить жизнь, но ожидание… — он подбирал подходящее слово, — …развязки даётся мне тяжело. Мне оказана великая честь. — Он сжал рукоять чёрного меча, покачивающегося на поясе. — Мне нравится сражаться им. В этом Гримальд прав. Почему мы должны ждать? Защита, ожидание… Ничто из этого никогда не было путём нашего ордена.

— Чемпион Баярд, скоро тебе представится твой шанс, — уверенно произнёс Хелбрехт. Такая уверенность в своих силах, такая уверенность в цели. Баярд очень восхищался верховным маршалом и поэтому принял сказанное им далее на удивление хорошо. — Ты останешься вместе с реклюзиархом Гримальдом и магистром кузни Юрисианом.

— Сеньор, я… Я не знаю, что сказать.

— Ты не знаешь, что я ожидаю от тебя услышать, — поправил Хелбрехт. — Ты примешь эту честь без возражений, как и должен, или воспротивишься моей воле, желая остаться со мной, как воспротивился Гримальд? Я знаю, какой вариант ты считаешь позором. Я знаю тебя давно, Баярд. Орден для тебя всё. Вот почему Император благословил тебя. Ты не станешь противиться мне. Ты не можешь даже помыслить об этом. Но тебе не нравится моё решение.

Чемпион не стал это скрывать. — Нет, сеньор. Не нравится.

— Тебе оно не нравится, потому что тебе отвратительна мысль погибнуть, защищаясь, когда каждая частичка нашей души рвётся в наступление. И тебе оно не нравится, потому что тебе не нравится Гримальд. Ты выступил против его назначения. Меня не заботят такие мелкие чувства. Он борется с принятием великого наследия, и ты видишь недостаток в нём. Он испытывает себя, Баярд. Как ты справедливо заметил, он — осторожный человек и не станет опрометчиво мерить себя по стандартам своего предшественника, независимо от того, что он достоин. Я говорю тебе это — также как Император велел, чтобы я стал верховным маршалом, также и Гримальд достоин бремени, опустившегося на его плечи. Его единственный недостаток в том, что он ещё не знает, что готов. И всё же ты раздражён, ты недоволен, ты считаешь его замкнутость слабостью. Разве подобает чемпиону Императора сомневаться в Его величайшем воине-жреце?

Лицо Баярда побледнело за шлемом. — Я… Я… сеньор! — запротестовал он. — У меня и мысли не было ослушаться своего повелителя. — Он резко опустился на колени, суставы доспеха заскрежетали, уравновешивая неожиданное движение. Баярд склонил голову.

— Да, ты сомневался. Гримальд запутался, но его поступки запятнали нас. Ты не подверг бы меня подобному мелкому бесчестью. — Верховный маршал схватил его за руку и потянул. — Встань, чемпион. Ты владеешь чёрным мечом — вторым по святости клинком после моего. Ты — избранный Императора, выбранный Им чемпион. Смирение не для таких, как ты.

Баярд поднялся.

— Я приказываю тебе идти с Гримальдом, поэтому ступай с ним, брат, без неприязни и с железной праведностью в душе. Исполни мою волю без сомнений в сердце и пусть на первом месте в твоей душе будет честь. В правой руке ты держишь наследие самого Сигизмунда. Не опозорь его. Не опозорь меня.

— Слушаюсь, сеньор.

Хелбрехт протянул ему руку. Баярд склонился в поясе, взял её обеими руками и приложился к пальцам в бронированной перчатке.

— Я возвращаюсь на “Вечный Крестоносец”. Пусть Император дарует тебе достойную смерть, чемпион Баярд. Не разменивай себя напрасно.

Они преодолели путь до посадочных площадок, тихо обсуждая тактику и общую славу прошлого, чаще храня молчание, чем разговаривая.

Наступал рассвет. Когда они подошли к транспорту Хелбрехта, тот готовился к полёту на низкую орбиту и разогревал двигатели. Здесь верховный маршал оставил Баярда с суровым благословением.

— Умри достойно, чемпион.

Баярд судорожно вздохнул. Его судьба предопределена. Насколько сильно он желал устремиться навстречу славной смерти, настолько же сильно он ощутил поразительное прикосновение предчувствия.

Он наблюдал за уходящим Хелбрехтом, зная, что никогда больше не увидит своего повелителя.

Пятая глава

Первые действия

За день до начала дальнего сражения с объединёнными силами орков подошла боевая группа адмирала Пэрола, отступившая с окраин системы. По всему корпусу флагмана типа “Апокалипсис” “Его Воля” виднелись следы боёв. За ним медленно следовали остальные корабли, из их повреждённых двигателей тянулись облака выбросов. И им ещё повезло, более тяжело повреждённые отступили к базе флота у Доков святого Йовена, орки к счастью обошли её в своём стремлении к столице системы, выделив мало судов для атаки.

Когда повреждения “Его Воли” стали очевидными, и по ожидавшему флоту распространились новости о потери корабля аналогичного типа “Триумф” настроение стало мрачным.

Орки приближались, и едва самая большая из их посудин превратилась в алмазную россыпь света, объединённый имперский флот начал сражение. Все корабли повернулись и открыли мощный огонь из бортовых батарей. Четыре огромных линкора имперского флота, каждый из которых мог в одиночку превратить целый континент в руины. Их палубы дрожали час за часом, выстреливая снаряды в наступающую орду орков. А те всё приближались. День и ночь космос мерцал светом миллионов ложных звёзд и миниатюрных сверхновых, когда флот зелёнокожих влетел в открытый имперцами обстрел.

А затем с ошеломляющей внезапностью орочьи корабли подошли ближе. Уже несколько дней они являлись непосредственной угрозой, но всё же отдалённой. Бесконечная армада скрап-крейсеров и модифицированных космических скитальцев заполнила пустоту насколько мог видеть человеческий глаз. Реальность их прибытия ожесточила сердца и предала решимости колеблющимся. Отступление стало невозможным. Трусость ничем не поможет человеку.

Выбросив перед собой примитивные ракеты, орочья армада двинулась в наступление со всей элегантностью оползня.

Третья война за Армагеддон началась всерьёз.

— Скорректировать отклонения огня! — проревел верховный маршал. — Корабль Десантников Омеги “Дурная Слава”, отступить. Из-за реакции разряда вы отклонились от курса и оторвались от своей атакующей группы. Повторяю, отступить! Штурмовое крыло Рапторов “Гамма”, держаться! — Хелбрехт отдавал приказы объединённому флоту двух десятков орденов, чьи ударные крейсеры и боевые баржи полагались на его решения. Имперский флот превратился в стену, а орки в осаждающую орду дикарей.

Здесь не было никакой тактики, никаких манёвров. Флот космических десантников значительно превосходил числом линкоры Линейного флота Армагеддона, но их боевые баржи и ударные крейсеры предназначались для планетарных штурмов и не слишком хорошо подходили для войны кораблей. Волна за волной неказистых орочьих крейсеров накатывала на имперский флот, выпустив перед собой лавину ракет. За ними выжидали семь скитальцев. Адептус Астартес обрушили на нападавших мощные залпы, но их бомбардировочным орудиям не хватало точности флотской артиллерии.