Адептус Астартес: Омнибус. Том II (ЛП) - Коллектив авторов - Страница 420

— Этого нельзя допустить. Здесь что-то очень неправильно. Я что-то видел. Люди Гхаскара пропали.

— Ясно, брат.

Они разошлись, а затем направились с двух сторон к месту, где Браск заметил бледного человека. В темноте белые наплечники Санно выглядели грязно-серыми, и сильно бросался в глаза чёрный крест. Красный крест, отмечавший, что Браск — Брат меча, был незаметен на чёрном фоне. Старый Храмовник выглядел теневым гигантом, его доспех угрожающе гудел, как и ветер. Ненадёжный пол опасно прогибался под их большим весом, но они не отвели ни оружия, ни взгляды от целей.

— Брат, — произнёс Санно, вытянув руку. В другой он держал болтер. За кучей обломков лежало тело. Авточувства Браска определили, что это было раньше, чем он сам увидел. Перед глазами замелькали данные. Слева внизу в визоре появился и неумолимо увеличивался индикатор угрозы.

— Мёртв, — сказал Санно.

Браск подкрался ближе, старясь не скрипеть. Внимательный осмотр явил целый список ужасов.

— Не просто мёртв. Покалечен.

Челюсть вырвана, язык почти полностью вырезан, а то, что от него осталось, исследовало воздух. Век не было, от чего взгляд несчастного стал безумным, как не было и кончиков пальцев. Живот осторожно удалили, кишки и ткани аккуратно сложили рядом.

— Судя по температурным показателям смерть наступила недавно. Кто это? — Спросил Браск. Приблизившиеся гвардейцы пришли в ужас. Один из них сорвал респиратор и тяжело дышал.

— Тат Баполи, повелитель, — ответил Суфлимар. — Это сделал орк?

— Возможно один из их мучителей. Один из их диверсантов, но я не вижу следов. Даже самый хитрый орк выдает себя. — Он искал экскременты или беспорядок в разбросанном мусоре, но ничего не нашёл.

— Это не работа орка, брат, — тихо сказал Санно.

— Нет. Не орка. Говори осторожней.

— Да, брат.

— Император хранит нас, — сказал Гхаскар.

— Будем молиться, чтобы так и было, — громко ответил Брат меча. — Будьте бдительны! Император не помогает тем, кто не помогает себе сам.

Санно ушёл вперёд. — Вот наша дверь.

Стволом болтера он показал на тёмный прямоугольник в камне, такой глубокий, что сенсоры доспехов не могли проникнуть вглубь. Увидев его, Суфлимар выдал длинный поток неразборчивого низкого готика. Другой йопалец взволновано отвечал ему.

— Он утверждает, что этой двери не было ни три часа назад, когда он лично проходил здесь, ни когда проходил последний патруль, — пояснил лейтенант.

— Но теперь она есть, и она открыта, — заметил Санно. В отличие от остальных стен карьера, которые вырезали горными машинами, эта выглядела грубой, словно использовались примитивные инструменты. — Похоже ей уже тысячи лет, брат.

Из темноты донёсся шёпот. — Брассссскккк.

Раздался лязг, когда Браск крепко прижал болтер к доспеху, чтобы лучше прицелиться.

— Что? — спросил Санно.

— Ты не слышал?

— Слышал что?

— Шёпот, — ответил Брат меча. Понимая, что их разговор пугает людей, он переключился на вокс.

— Я ничего не слышал.

Из-за двери раздался крик. Он становился всё громче, достигнув отвратительного крещендо и превратившись в ужасный смех.

— Теперь слышу. — Санно сместился, ища цель в темноте.

— Что-то жестокое действует здесь. — Браск снова переключился на спикер шлема. Его слова были резкими, голос бессмертного ангела Императора успокоил людей. — Оставайтесь с моим братом. Я войду в темноту и попробую найти вашего товарища. Если не вернусь в течение часа — сворачивайте лагерь и немедленно уходите. Всё ясно?

— Да, повелитель, — ответил Гхаскар. Получив приказы, гвардейцы успокоились.

— Не разменивай себя напрасно ради одного человека, брат, — сказал Санно.

— Сейчас на кону больше чем жизнь.

— Тогда позволь мне пойти с тобой, позволь помочь тебе.

Брат меча уже направлялся к двери. Шёпот звучал так, словно шёл изнутри его же шлема.

— Если я прав и там тот о ком я думаю, брат. То только Император может мне помочь.

Он шагнул в дверь, шепча молитву, и мгновенно пропал из вида. Тьма поглотила чёрную броню.

— Что ты слышал? — спросил по воксу Санно. — Что ты слышал, брат?

Ответом стали только помехи.

Темнота почти сразу прошла. Её сменили отблески пламени. Браск спускался по лестнице, созданной не для ног человека. Мерцавшие в подсвечниках факелы не могли осветить всё помещение. Лестница по спирали уходила всё глубже и глубже.

— Лорд Император — мой защитник. Он — щит человечества. Я — Его меч.

Брат меча был стар, очень стар. Шестьсот лет он сражался за Империум, его боевым крещением стал Калидарский крестовый поход — очередная война с орками. Следующие годы стали свидетелями, как Чёрные Храмовники бороздили опустошённое пространство, помогая славному приключению лорда Соляр Махария. Прежде чем стать посвящённым он сразился с множеством врагов.

Но не с демонами. С ними он столкнулся гораздо позже. Адептус Астартес были лучше остальных информированы о природе варпа, но даже среди них мало кто знал всю правду. Как Брат меча чёрных рыцарей Дорна Браск был одним из тех, кто знал.

Он сражался с демонами. Он убивал их. Он видел, как они высасывали души его братьев. Он видел, как принесённые демонами ужасы извращали реальность.

Здесь был демон. Ненависть, молча пылающая между двумя сердцами, убедила его в этом. Зубы зудели, во рту появился металлический привкус. Верный признак колдовства. Вот единственное подходящее слово.

— Пусть свет Императора осветит мне путь. Пусть Его свет идеально сияет, отделив истину ото лжи. Пусть ложь станет ложью, а обман обманом.

Молитва становилась всё громче, пока не стала отражаться от стен туннеля. И тут его зрение изменилось — туннель превратился в пищеварительный тракт огромного существа. Краткое видение, словно издёвка над просьбами об истинности, но его воля отринула ложь.

— Пусть Его свет ослепит моего нечестивого врага. Пусть Его свет явит мне врага. Я — сын Рогала Дорна. Я — избранный Императора. Я — сосуд Его мудрости и мести. Я — космический десантник Чёрных Храмовников, адепт звёзд и я не знаю страха. Я приказываю — покажись.

Ответом стал глубокий хриплый смех, абсолютно нечеловеческий звук, включавший урчание хищников и бульканье сосущей раны. Это был смех вызывавший безумие.

— Маленький солдатик, маленький солдатик. Как ты смешон. Разве у тебя есть власть приказывать мне?

Послышался скребущий шум, словно чешуя тёрлась о камень. Отвратительный вопль взорвался прямо в ушах Браска, пройдя мимо звуковых фильтров шлема. Он споткнулся, в ушах зазвенело от очередного раската смеха невидимого врага, который завершился угрожающим многоголосым рычанием.

Брат меча, шатаясь, миновал последний поворот и вошёл в каменный зал, залитый кроваво-красным светом. В центре стоял обелиск из тёмного кристалла. Многогранный и неправильной формы, с острой вершиной и начинавший сужаться примерно на высоте бедра Браска. Изгибавшийся над ним купольный свод покрывали отслаивающиеся фрески кошмарных видений.

Демон наблюдал. Длинные змеиные кольца обвивали обелиск мерцающей чёрной чешуёй. Его тело было полностью змеиным, кроме головы. Лиц оказалось целых три и все человеческие. Левое и среднее оказались сморщенными и мёртвыми, иссохшими, словно мумии. Но правое рассматривало Храмовника с мерзким интересом. От него исходил странный запах — не едкая вонь рептилии, а неожиданно мускус. Приятный, пока после глубокого вдоха не повеяло ароматом гнилого мяса.

Зал наполнился тревожным невнятным лепетом, множеством голосов, множеством языков. Громкость этих странных разговоров всё время менялась, падая ниже уровня слышимости и поднимаясь снова, пока слова не становились почти различимыми. Голоса мучились от боли или дразнили Браска и его Императора или просили положить конец их мукам или упрашивали присоединиться к ним. Рык и шёпот животных переплетались с человеческими звуками. Слышались и голоса ксеносов. Ни один из них не был правильным.