Адептус Астартес: Омнибус. Том II (ЛП) - Коллектив авторов - Страница 448

Астартес мускулистой рукой приподнял висевшую на шее цепь и поцеловал чёрный металлический крест Храмовников. Затем, почти не задумываясь, словно приготовился заранее, опустился на колени. В то время как рыцарь стоял, склонив голову перед маленьким, посвящённым примарху алтарём, свет свечей на коротко подстриженных светлых волосах стал похож на ореол, на мгновение окружив голову желтоватым нимбом. Поклонившись священным изображениям, Ансгар посмотрел на триптих, который защищало собственное небольшое энергетическое поле. Улучшенные чувства позволяли слышать тихий шум работы стазисного генератора укрытого внутри гладкого гранитного алтаря и обонять запах озона потрескивающего в сухом переработанном воздухе корабля.

На трёх секциях священной реликвии были представлены три самых почитаемых Чёрными Храмовниками личности. В центре располагалось богато украшенное изображение Императора на Золотом троне. Его святое сияние омывало устремлённые вверх лица верующих, и вызывало блаженный экстаз.

На левой откидной створке нарисовали примарха, чьё генетическое наследие соединено с Ансгаром на молекулярном уровне, как и с каждым посвящённым боевым братом и перспективным неофитом. Рогал Дорн — примарх Имперских Кулаков одет в жёлтую броню с изображением чёрной сжатой перчатки. Такие же цвета и геральдику сейчас носит одноимённый орден. Первый основатель не только Чёрных Храмовников, но и Багровых Кулаков и только Архивиум Астартес ведомо скольких ещё орденов. Дорн стоял широко расставив ноги и прижимая болтер к нагруднику доспеха, звёздное небо за ним в левом верхнем углу было похоже на небеса древней Терры.

Последняя фигура, выполненная рукой давно почившего художника с величайшим мастерством и почтением, с таким же скрупулёзным вниманием к деталям, как и у предыдущих портретов, принадлежала облачённому в чёрную броню Сигизмунду — первому верховному маршалу Чёрных Храмовников, который начал величайший среди Адептус Астартес крестовый поход в истории Империума. Десять тысяч лет минуло с этого знаменательного события, и орден продолжает крестовый поход во имя чести и Императора. Рыцари повсюду несли Его праведное воздаяние, месть и гневный суд врагам человечества, ибо само присутствие недругов пятнало лик величественного Империума.

Ансгар оставаясь на коленях начал читать молитву Священной просьбы. Песнопение очищало разум от посторонних мыслей, бесполезных эмоций и помогало сосредоточиться на предстоящей высадке на планету. Храмовник открыл сознание для любой воли Императора.

Во время молитвы рыцарь чувствовал, как разум реагирует на психические колебания и импульсы, что отражаются от плиток пола и стен кельи, а исходят от каменного алтаря. Психические воспоминания божественного святилища несли свидетельства бесчеловечных жестоких смертей множества служивших ордену душ: посвящённых боевых братьев, адептов, слуг. Ансгар в очередной раз болезненно переживал их потерю, разделял их мучительную агонию — воспоминания смела волна скорби и вины за…

… Зал героев. Замок ордена на Солемне.

Звуковая волна сотрясла могучую крепость и прогремела далеко за горами подобно раскату грома. Каменная пыль и известковый раствор посыпались вниз с огромной, сложенной из древних каменных блоков стены. Храмовник ощутил, как под ним зашатался пол — плиты ломались и вздымались, словно расколотые льдины.

Второй грохочущий рёв раздался уже над головой и сотряс замок до самого основания. Жгучее копьё изумрудной лазерной энергии уничтожило витраж — разлетающиеся стёкла испарились от раскалённого, словно солнце, луча — и распылило большую каменную трибуну. Лазерный заряд зазмеился к центру колонного зала, в огненных вспышках плавя плиты в магму. Ударная волна расколола тёсаные камни, что обрамляли окна, и разбила одну из многочисленных резных мраморных плит с именами воинов, которых посвятили в Храмовники в замке и которые отдали жизни в крестовых походах.

Обломки падали рядом с рыцарем, подобно метеоритам. На месте высоких как титан ворот появились оранжево-фиолетовые очертания — Ансгар устремился в их сторону.

Тёмно-фиолетовое небо почернело. Опускалось что-то огромное и ужасное. Громадина размером с айсберг и усеянная орудиями, словно кактус колючками, во время приземления подняла звуковую волну, которая сбила с ног всех вокруг.

Астартес пошатнулся — боль в ушах была столь сильной, что хотелось кричать. Стиснув зубы, он продолжил идти вперёд, сервомоторы доспеха увеличили обороты, облегчая продвижение. Давление отдавалось в теле так, как будто Храмовник оказался на планете штормов Индре во время урагана. Он чувствовал, как броня давит на напряжённые мышцы и был уверен, что видит микротрещины и линии разломов в местах, где раскололся чёрный керамит.

С воем жаркая волна перегретого воздуха захлестнула замок. Ансгар приготовился к последствиям взрыва, инстинктивно вскинув руку, чтобы прикрыть визор шлема. Он ощутил стремительное повышение температуры, как будто ветер дул из самого ада. Услышал, как растворялась, пузырилась и шипела краска на доспехе — затем быстро вспыхнула и испарилась. На ретинальном дисплее замигали предупреждающие красные руны, шлем треснул от жара взрывной волны, коварный пылающий воздух проник внутрь, ослепил рыцаря, и мозги внутри черепа закипели…

…Ансгар открыл глаза и увидел, как колышутся от ветра поля саванны. Солнце ярко светило над богатыми травяными лугами, приятно нагревая воздух. Стада могучих мастодонтов трубили и следовали по пути ежегодной миграции — через равнины на юг к разливам.

Он стоял на краю изогнутого горного хребта, который плавно возвышался над равниной. Справа и слева построились многочисленные ряды Чёрных Храмовников с приданной бронетехникой: танками “Хищник”, бронетранспортёрами “Носорог” и грозно нависающими “Лэнд Рэйдерами Крестоносец”. В воздухе парили “Лэндспидеры” поворачиваясь к северному флангу рыцарей.

Слабый ветерок приносил ароматы пыльцы цветущих трав и деревьев джоджакации. Улучшенное обоняние Ансгара анализировало, а имплантированный в задней части рта нейроглоттис разделял феромоны и молекулярные химические связи на составляющие.

Присутствовал и другой запах, что смешался с природным — биохимическая инопланетная вонь, которая означала кровь, боль и бесконечный ужас.

Храмовник вспомнил — Йенкатта, Аркадский пролив.

Враг — разведывательное щупальце флота-улья Левиафан.

Он смотрел на него сейчас: мицетические споры, словно чёрный снег падают на далёкие фиолетовые горы. Но тираниды уже рядом. Волна резко снижающихся, как метеориты, спор, которые видел рыцарь — это подкрепление к шумной орде, что приземлилась на экваториальных равнинах.

Благодаря модифицированному визору в шлеме и биологическим улучшениям Ансгар видел наступающих, затмивших пышную равнину, словно поток, множество молотящих когтями существ.

Космический десантник внезапно уловил мелькнувшее движение — что-то большими скачками перемещалось в высокой траве. Раздался удивлённый жуткий вопль и один из древних мастодонтов рухнул наземь — ноги тщетно двигались, разбрызгивая фонтаны крови.

— Они приближаются, — прошептал он в микрофон шлема.

В это с трудом можно было поверить, но уже несколько секунд спустя тираниды набросились на рыцарей: авангард прыгающих, бьющих, хлещущих хвостами тварей стремительно нёсся вверх по горному кряжу на болтеры и пробудившиеся цепные мечи Храмовников.

С пронзительным визгом прямо перед Ансгаром появилась блестящая костяными пластинами голова, распахнула пасть острых, как иглы зубов, а затем сокрушила хитиновыми клинками керамитовый нагрудник…

… Груды тел, беспорядочно разбросанные костры из человеческих трупов, увенчанные железными флагштоками с изображением металлической угловатой клыкастой головы, которую пересекал неровный красный шрам.