Адептус Астартес: Омнибус. Том II (ЛП) - Коллектив авторов - Страница 515

Добежав до позиции кастеляна, Ансгар осмотрелся. Раньше космических десантников атаковали дикие орки всех видов, вооружённые в лучшем случае рубилами-секачами и примитивным огнестрельным оружием — впрочем, его всё же хватило, чтобы окружённая рота понесла большие потери — теперь в дело вступили совсем другие враги.

Прокладывая путь между деревьями, и выбегая из душных зелёных сумерек, на поляну выплеснулась толпа, представлявшая собой угрозу совсем другого уровня. Каждый монстр был неуклюжим огромным орком, сильно изменённым ржавой сочащейся маслом бионикой и искрящими электронными устройствами ксено-происхождения.

Чемпион уже сражался с такими кибернетическими существами на диком Фоссале и луне Конлаоха. Встречались такие и среди буйных толп Кровавого Шрама. Но он совсем не ожидал увидеть их в зловонных дебрях экваториальных джунглей Армагеддона. И тем более сражавшихся рядом с племенем диких орков. Для этого подвида зелёнокожих это было слишком “технологично”.

Из-за механической аугметики киборки выглядели крупнее и опаснее обычных орков. И, конечно же, они были более эффективными убийцами.

Ксеносы набросились на остатки роты Герхарда, обрушив на космических десантников опустошительный огонь. Стебли саговника взрывались под его мощью. Резкий запах кипящего сока и горящих волокон ударил в ноздри.

А затем в воздухе повис красный туман из крови Храмовников и ксеносов.

Чемпиона отшвырнуло спиной в дерево, удар был такой силы, что ствол в сырой яме закачался, а прогнившая кора лопнула. От прямого попадания ракеты и взрыва треснул нагрудник, из обгоревшего отверстия показалась струйка дыма.

Киборки набросились на рыцарей, атакуя непропорциональными механическими когтями. Грубые, но эффективные цепные клинки ксеносов столкнулись с лезвиями и болтерами космических десантников.

Ансгар уже сражался с такими существами — во имя Императора он бился с вожаком Кровавого Шрама, Моркруллом Гримскаром — но никогда врагов не было так много.

Какую предательскую эмоцию испытал он в этот момент? Отчаяние? Страх, что он и его братья не смогут победить, что об их гибели никто не узнает, и их призывы о помощи так и не услышат на орбите охваченного войной мира?

Храмовник разозлился на себя и своё отчаяние, и в этот момент на него набросился рычащий орк с железной челюстью. “Я — чемпион Императора”, — подумал Ансгар, рубанув потрескивающим синими молниями клинком по бронированному экзоскелету киборка. — “Разве имеет значение, что я погибну здесь и сейчас, если это будет смерть на службе Императору, и я повергну столько нечестивых подонков, сколько будет в моих силах”?

Силовой меч глубоко погрузился в тело орка, пройдя и через механическую и через живую плоть. Из бока зелёнокожего брызнуло грязно-коричневое гидравлическое масло. Тварь взвыла, и Ансгар неожиданно почувствовал холодный болезненный удар, словно повеяло с ледника. На дисплее визора замигали предупредительные руны, поменяв цвет с янтарного на красный. Он потянул меч, пытаясь вытащить клинок из туши ксеноса. Вонючая металлическая пасть оказалась всего в нескольких сантиметрах от лицевой пластины, визор запотел от нечестивого орочьего дыхания.

Неожиданно рыцаря подняли в воздух на конце ржавого крюка бионической клешни. Он смутно видел кипевшее вокруг сражение: апотекарий выпустил последний болт в аугметический красный глаз зелёнокожего, разбив линзы громоздкого имплантата; кастелян Герхард обрушил украшенное священными надписями лезвие секиры, во вспышке белых искр отрубив половину бионической руки, обнажились рассечённые кабели, потрескивающие провода, разорванные механические сухожилия и огромные искусственные мышцы.

Наконец клинок освободился. Крепко сжимая древний меч обеими руками, Ансгар высоко поднял оружие над головой.

— Без пощады! Без сожалений! Без страха! — сорвалась с губ боевая клятва Храмовников. Священная реликвия загудела, когда он рассёк воздух и разрубил защищённый металлическими пластинами череп орка.

Короткая острая холодная боль. Ансгар почувствовал себя так, словно полетел вверх, но одновременно он с самых разных ракурсов видел своё тело, которое киборк пригвоздил к огромному стволу клешнёй, а другой сжимавшейся клешнёй разрезал шею. Только вот сейчас это было уже не его тело. Спустя долю секунды сознание навсегда покинуло Храмовника, но он успел понять, что ему отрубили голову…

Шипя гидравликой, рампа “Лэндрейдера” “Крестоносец” опустилась, и в мрачный отсек танка неожиданно хлынул грязно-коричневый свет охваченных битвой болот.

Истребительная команда Вольфрама только этого и ждала. Держа оружие наготове и с криками “За Солемн!”, рыцари бросились в бой. Их атаку возглавляли и воодушевляли поднявший высоко над головой крозиус капеллан и указывавший чёрным мечом на врагов чемпион Императора.

Два героя вели за собой десять боевых братьев истребительной команды. Последним из кормовой части “Лэндрейдера” показался огромный брат Джерольд, с большим трудом поместившийся в танк. Дредноуту пришлось пригнуться, чтобы выбраться наружу, но он всё равно задел крышу бронированной машины зубчатым железным нимбом, который венчал его украшенный крестом корпус.

Недавно сформированное отделение Вольфрама быстро направилось к джунглям и логову диких орков, разбрызгивая вонючую застоявшуюся болотную воду. За ними топал Джерольд, призывая обрушить на головы зелёнокожих божественную месть Императора.

Все Храмовники услышали растущий заунывный вой, который сообщил о быстро приближавшемся объекте.

Крупнокалиберный фугасный снаряд врезался в болото прямо перед космическими десантниками. Взрывная волна взметнула четырёхметровую стену грязной воды, забрызгав рыцарей, и обрушив на них комья чёрной грязи и торф с камышами. Но Храмовники не замедлили шаг, а наоборот ещё быстрее бросились в сторону тёмной бесформенной линии деревьев. Здесь нависавшие мрачные джунгли встречались с затянутыми туманами огромными болотами, которые создавали буферную зону между Зелёнкой — как говорили в местных полках Охотников на орков — и неторопливой рекой Минос.

Сквозь испарения топей — размытые очертания совмещались с оранжевыми каркасными моделями, которые проецировали таинственные авточувства увенчанного венком шлема — Ансгар видел огромных фыркающих чудовищ, приближавшихся к линиям имперских танков и военных шагателей. Громкий звериный рёв и низкое гортанное рычание в густом тумане звучали ещё сверхъестественнее и страшнее.

На краю визора замигали предупредительные руны. Одна из каркасных моделей стала красной — когитатор доспеха пытался повторно воссоздать изображение существа, которое быстро приближалось к космическим десантникам.

Оно было слишком близко, слишком огромно и невероятно стремительно, чтобы оказавшиеся посреди трясины и облачённые в тяжёлую броню воины сумели уклониться. А затем оно обрушилось на них сверху всеми бивнями, рогами и растопыренными ступнями…

Красная молния расколола тёмные муссонные облака на западе. И именно на западе находилась их цель.

— Похоже, радиационный шторм застигнет нас в самом сердце джунглей, — недоверчиво произнёс Ансгар. Его слова доносились, словно издалека и были какими-то искажёнными. — Нам едва удалось избежать такого же метеорологического монстра в ядовитых пустошах за пределами цитадели Клейна.

Но как он мог оказаться в экваториальных ливневых лесах? Радиационные штормы Армагеддона — нечестивый результат тысячелетий необузданного промышленного загрязнения всей планеты и нескольких разрушивших экологию войн. Храмовник понимал, что обычно они не выходили за пределы пепельных пустошей Прайма и Секунд.

— Это — не радиационный шторм, — мрачно ответил Вольфрам. — Разве ты не чувствуешь их? Болезненные миазмы в воздухе?

Ансгар чувствовал. Он чувствовал их и раньше, но только не в присутствии орков.

Он столкнулся с ними во Вратах Дуранона на реликтовом мире Казалт. Испытал во время защиты Храма Бессмертного Императора на Макарис Тертии. Чувствовал на борту “Красной Резни”, когда рыцари Бранта брали на абордаж крейсер предателей.