Адептус Астартес: Омнибус. Том II (ЛП) - Коллектив авторов - Страница 563

— Хватит и того, что ты знаешь, что это работа Инквизиции, — ответил птицелов на скрипучем ломанном готике. — Остановишь меня — миссия будет провалена.

— Что ты имеешь в виду? — проворчал Павле, покачнувшись, когда “Валькирия” влетела в очередной поток восходящего воздуха.

— Офицер хотел блестящие серебряные штуки. Только он знал почему. Только он знал зачем. Если я не сделаю это — они окажутся бесполезны. Сержант хочет объяснять господину Клагье, почему они оказались бесполезными и почему задание провалено?

Хотя его и раздражал такой моральный выбор, что было правильно и верно пред взором Императора, но, как и любой здравомыслящий гражданин Империума, Бориско испытывал здоровый страх перед Инквизицией Его Императорского Величества.

— Тогда делай то, что должен, — ответил Павле, чувствуя желчь во рту.

Зловонные зелёные просторы испускающих пар джунглей пролетали внизу, словно какое-то изумрудное море под носом плывущего по океану корабля. Сержант отвернулся не в силах смотреть. Чавкающие глотающие звуки оказались слишком даже для несгибаемого охотника на орков. Подобное варварское поведение просто не укладывалось у него в голове. Достаточно того, что он вообще допустил столь отвратительные еретический акт высокомерия. Павле не мог оправиться от потрясения, что вообще разрешил столь ужасное осквернение человеческого тела. Он услышал, как в углу тихо застонал Жрец. Остальные имперцы хранили ужасающее молчание, а ужаснуть шкуродёра было совсем непросто.

— И? — спросил Бориско, когда крут закончил. — Что ты узнал?

Пангор Юма шумно сглотнул. — Узнал многое, — ответил он почти гордо.

— Не сомневаюсь, чёртов ксено-ублюдок, — прорычал Павле. — Но что ты узнал о канистрах? Что мы везём в “Церберу”?

И крут ответил ему.

Лицо сержанта посуровело и превратилось в бесстрастную маску стальной решимости. — И ты узнал всё это, съев мозг человека?

— Да. Поедая плоть мёртвых, крут может узнать то, что знали они.

— И мы можем рассказать твоим хозяевам из Инквизиции о том, что удалось успешно разработать магосам-генеторам и помочь им доделать остальное.

— Пангор Юма сам расскажет своему господину, — прощебетал наёмник.

— Не думаю, — проворчал Бориско, — Пангор Юма погиб на задании.

На долю секунды на ястребином лице появилось выражение птичьего удивления.

Прежде чем крут успел отреагировать, Павле одним плавным движение направил пистолет ему в голову и выстрелил.

Тело ксеноса согнулось пополам и почти лениво вывалилось в открытый люк “Валькирии” навстречу хищным джунглям.

Сержант спокойно убрал пистолет и повернулся, посмотрев на изумлённые лица своих людей. — Ненавижу чёртовых ксеносов, — сказал он с улыбкой акулы, растягивая уголки немногословного рта.

А “Валькирия” неслась всё быстрее над морем джунглей к восходящему солнцу и “Цербере”.

Двадцать первая глава

Ярость Императора

Хротгар Гневный, Разрушитель Миров, чемпион Кхорна запрокинул голову и взревел от жажды крови в затянутые штормом небеса. Вой разнёсся по кратеру, отразившись рычащим эхом от изменённых камней. Смертоносный рубящий удар поверг последнего зелёнокожего, орк пал, рассечённый на две половины от макушки до паха демонической секирой.

Ярость кипела в берсерке, пылая в венах, словно текучая магма, вулкан неистовства готов был взорваться. Повелитель Кхорн перенёс их сюда, дабы они продолжили собирать души и черепа во имя его, а вместо этого им пришлось вступить в бой с ордой деградировавших ксеносов. Но и это оказалось волей Кровавого Бога, потому что когда Пожиратели Миров собрали урожай недостойных паразитов, в физическом мире начали появляться демонические отродья Кхорна, торопясь принять участие в убийственной атаке берсерков.

Богохульное удовольствие вспыхнуло в мозговых имплантатах, когда он увидел щенков ложного императора, которые бежали присоединиться к кровавой бойне. В разуме всплывали смутные и далёкие воспоминания, подобно пузырькам на поверхности кипящего кровавого океана. Геральдика этих жалких глупцов ни о чём не говорила ему — их ещё не было, когда Пожиратели Миров пошли на славный финальный штурм дворца ложного императора десять тысяч лет назад.

Души этих выскочек придутся по вкусу Кровавому Богу. Разрушитель Миров лично убедится, что их черепа присоединяться к горам костей, над которыми возвышается жуткий чудовищный огромный медный трон Кхорна.

Но врата в другой Армагеддон закрылись, и их апокалиптический взрыв разорвал связь демонов с варпом. Шторм всё ещё бушевал в небесах, но его ужасающая ярость ослабевала, а физические оболочки кровопускателей, гончих плоти и других демонических тварей, что присоединились к берсеркам в битве в новом Армагеддоне, быстро разрушались. Но они продолжали безжалостно сражаться до конца, пока не пали от мечей и болтеров врагов Пожирателей Миров, и их плоть не растворилась в пузырящихся лужах слизи на осквернённой земле кратера, испаряясь в эфир.

Хротгар Гневный дал выход своей ярости в неистовой оргии кровопролития, он и его братья-берсерки сражались с ордой зелёнокожих с обновлённой дикостью, стремясь добраться до заблудших космических десантников.

Атакованные с двух сторон уцелевшие после разрушительной смерти вирдбоя ксеносы оказались разбиты Пожирателями Миров, Реликторами и Чёрными Храмовниками и были истреблены всего до одного.

Прорубив кровавую тропу сквозь диких зелёнокожих, Гневный и выжившие воины его отряда, наконец, оказались лицом к лицу со своими истинными врагами — щенками-молокососами слабых примархов, которые спрятались за своим ложным императором, когда явили себя истинные повелители человечества.

Тёмные Боги предложили неизмеримую власть, оставалось всего лишь преклонить колени, и Кхорн был самым могущественным среди Падших Сил и самым достойным воинской верности. Это легионы Астартес выковали Империум во имя ложного императора, а им предстояло униженно служить тем, кто не был достоин слизывать экскременты с их ботинок. Почему подобные ему служат, хотя могли бы стать повелителями галактики?

Снова подняв Смертоносный, визжащую от жажды крови одержимую секиру, Гневный направился по трупам зелёнокожих к предводителю Реликторов. Он хотел, чтобы враг увидел лицо того, кто возьмёт его душу во имя Повелителя Черепов. Он хотел, чтобы умирая, враг взглянул в лицо самого Кхорна, широко раскрыв глаза и обделавшись.

Он сорвал с головы шлем, из безгубого рта непрерывно вырывалось хищное рычание, глаза так налились кровью, что белый цвет просто исчез. Гневный направился к ненавистному врагу, позволив щенку увидеть кровавый символ его верности.

Реликторы сражались против последователей безумного отвратительно голодного бога-воина Хаоса, но цена оказалась ужасной.

Брат Эдред пал, его голову расколола на две половины рычащая пасть тяжёлого ржавого клинка, плазменная пушка Реликтора перегрузилась считанные секунды спустя — повреждённые другим ударом топора силовые элементы прикончили монстра, который поверг ветерана ордена.

Брат Плеох прикончил берсерка с демонической ухмылкой на решётке шлема, его болты пробили стеклянные глаза визора и взорвались в мозгу воина Хаоса, но одновременно жестокий миньон отрубил правую ногу космическому десантнику по бедро.

Другой демонический потомок падшего примарха обезглавил брата Киркора палаческим клинком, а братья Слесг и Родор в полёте изрешетили убийцу болтами и осколочными гранатами.

Брат Нериан выдавил нечестивую жизнь из Пожирателя Миров, сокрушив шлем воина непропорциональными пальцами карающего силового кулака.

Завизжал рассечённый металл, и меч Оберона пронзил бронированный панцирь забрызганного запёкшейся кровью воина. Потрескивающее разрушительное силовое поле клинка взорвало чёрное сердце. Последователь Хаоса забился в неистовой предсмертной агонии, его тело неистово задёргалось, кружась всё дальше от убийцы.