Адептус Астартес: Омнибус. Том II (ЛП) - Коллектив авторов - Страница 702

— Я могу сражаться, — произнес Газин.

— Нет, брат, не можешь! — отрезал Саар. — Иначе мое лечение пойдет насмарку. Нам не будет пользы, если ты убьешь себя, будучи не в силах сопротивляться противнику. Когда наша операция завершится, я смогу заняться тобой плотнее и вернуть тебя в строй, но до тех пор тебе лучше воздержаться от участия в бою.

Каждым движением Газин демонстрировал, что обязан драться. Благородный сын Обсидии не отступал даже, когда разумнее было так поступить, и эта черта характера удерживала Астрального Рыцаря. И все же он прекрасно понимал, что Саар прав. Если он навредит себе, сражаясь, когда этого делать не стоит, то лишит орден боевого брата точно так же, как если бы противник убил в сражении космического десантника.

— Тогда я хотя бы должен сам подняться на ноги.

Саар заменял нагрудник Газина. Прибор, что он вставил внутрь, представлял собой небольшую трубку, подключенную в один из портов жизненных показателей на нагрудной пластине.

— Это не позволит давлению повышаться, — объяснил он. — А теперь вставай.

Газин почувствовал себя слабым, как дитя. Ноги, казалось, едва ли способны удерживать его вес. Болтер в руке весил тяжелее, чем когда он впервые взял его, будучи рекрутом без каких-либо физиологических улучшений, наделявших силой, чтобы держать оружие без проблем. Он и раньше получал ранения в битве; ни один Астральный Рыцарь за свою службу не обходился без повреждений, но такой серьезной травмы у Газина не было никогда.

Хиалхи вместе с почетной гвардией разделался с последними некронами и теперь продвигался по залу переработки трупов. Остальные воины отреагировали на увиденное подобно Фелхидару, пообещав уничтожить Борсиду и отплатить за преступления ее обитателей. И хотя мир-механизм разрушил целые миры и погубил несчетное множество имперских граждан, зрелище того, как их трупы разбирают на части, как некогда живых людей низводят до строительного материала или валюты, откровенно подчеркивало происходящее здесь зло. Вначале Борсиду считали стихийной силой вроде сверхновой или астероида, действующей без того злого умысла, с которым они встретились здесь. Неведомый мир-механизм внушал страх и уважение, к Борсиде же можно было питать только ненависть.

— Тех, кто перестал быть ценен как раб, — догадался Хиалхи, осматривая большой перерабатывающий агрегат, — лишних или дефектных отправляли сюда. Некроны, должно быть, нашли применение их останкам. Монстры натягивали на себя их кожу, но это не объясняет множества усилий, прилагаемых для переработки стольких трупов.

— Тогда зачем же они им? — удивился Фелхидар.

— Ответив на этот вопрос, мы узнаем больше, — сказал Хиалхи. — Это одно из препятствий, которые мы должны преодолеть, если хотим дать бой некронам или повредить мир-механизм. Нам нужно больше знаний. За этим мы пришли сюда. Борсида желает поведать свои секреты, и нам остается только найти способ услышать их.

Газин, прихрамывая, подошел к остальным членам отделения. Всюду лежали сломанные детали некронов и лоскуты кожи.

— Ну, машине досталось и того хуже, — сказал Фелхидар, глядя на раны Газина. — И прими мою благодарность за то, что завершил начатое мною.

— Я увидел, что тебе это не по зубам, и решил, что не по-братски оставлять тебя валяться на полу, — пошутил Газин.

— Они останавливаются, — прервал их Саар и оказался прав.

Одна за другой поточные линии и установки с обрезочными ножами выключались.

— Наверное, мы повредили их, — предположил брат Масад.

— Все сразу? — критически высказался Фелхидар.

Газин перевел взгляд на движение у его ног, где десятки крошечных скарабеев роились по полу, петляя меж Астральных Рыцарей.

Старший библиарий присел, чтобы рассмотреть их поближе. Они стремительно пробегали мимо него в дальний конец зала. Когда затихли последние установки, оставив на конвейере расчлененные трупы, Хиалхи скомандовал следовать за насекомообразными роботами и быть начеку.

Пока Астральные Рыцари продвигались вместе с библиарием в глубину цеха, каждый из них ожидал, что из-за какой-нибудь машины на них выпрыгнет очередной монстр в липкой коже. Газин с хрустом давил останки сломанных некронов, идя в хвосте. Каждый шаг отдавался стреляющей болью в теле. Тысячи скарабеев роились у задней стены помещения, как блестящий ковер из миниатюрных металлических тел.

Посыпались искры, когда скарабеи принялись грызть запятнанную кровью сталь, и Астральные Рыцари инстинктивно рассеялись, готовые болтерным огнем встретить все, способное вылезти с другой стороны стены. Газин, прислонившийся к ближайшей установке, едва удерживал свой болтер.

Крошечные роботы закончили проделывать брешь и отошли назад, когда вырезанная секция с грохотом обрушилась. После этого они заползли на потолок, где образовали над головами у космодесантников огромный символ, похожий на тот, который технодесантник Саракос принял за иероглифический знак языка некронов.

«Помогите».

Темный проход по ширине и высоте как раз подходил для космодесантника, и Хиалхи направил вперед брата Масада. Узкий тоннель тянулся по служебным каналам и опорному каркасу, на который давила масса Борсиды сверху. Пахло многовековой пылью и засохшим машинным маслом, что было приятной переменой после вони от свежей крови и разлагающегося мяса в камере обработки. Газин ковылял в строю вторым с конца, и, когда ноги подводили, апотекарий Саар поддерживал его.

— Воздержитесь от любых действий, братья, — по воксу передал идущий впереди Хиалхи. — Это то самое послание, которое Борсида хочет нам передать. Так давайте узнаем, что она скажет, прежде чем мы решим уничтожить ее.

Астральные Рыцари вышли в просторное помещение, где не было никаких источников света, кроме слабого свечения от глазных линз космодесантников. Улучшенное зрение Газина показывало ему все в виде монохромного призрачного мира.

Зал оказался пустотой между двумя фундаментами или опорными колоннами, а значит, конкретной цели он никогда не служил. В качестве стен и пола выступали стальные балки, а потолок образовывала масса кабелей и труб. С металлических сталактитов капала смазка, собираясь в маслянистые лужи.

Здесь их встретила очередная жуткая машина, но на этот раз построенная не с характерной для пришельцев практичностью, которая ощущалась всюду на Борсиде, а созданная преимущественно с помощью человеческого мозга. Точнее, из множества свежих, влажных мозгов, растущих вокруг несущей конструкции из поршней и клапанов подобно спелым розовым ягодам. Собравшиеся у основания зловещей машины скарабеи забрались на нее и направились к мозгам и жилам, соединявшим их с агрегатом.

— Похоже, у этого мира для нас припасены одни только ужасы, — пробурчал Фелхидар.

— Может, и так, но Борсида хорошо их прячет, — сказал Хиалхи.

— От рабов? — недоуменно спросил брат Масад.

— Или от некронов, — предположил библиарий. — Кто бы ни управлял миром-механизмом, это место сокрыто от его глаз. Держу пари, что встретившиеся нам на пути существа не входят в состав их армий. Это своего рода падальщики, питающиеся объедками со стола цивилизации некронов. А здесь вполне подходящее место, чтобы хранить секреты подальше от лишнего внимания.

Скарабеи скрылись в длинной стальной трубе, торчащей из внутренностей установки, — Газин в буквальном смысле принял их за внутренности, заметив темно-красную скользкую массу, стучащую внутри стальной оболочки. Защелкали вентили, когда скарабеи извлекли щуп в виде тонкого серебристого шипа, подсоединенного к мозгам и системе клапанов переплетениями скользких проводов.

— Оно хочет переговорить с нами, — сообразил Хиалхи. — И наш долг — выслушать его. Прикрывайте меня, братья. У некронов здесь могут находиться еще воины. — Хиалхи перенастроил пси-защитный капюшон, откинув ту его часть, что закрывала коротко остриженную голову с несколькими портами на загривке, связанными с пси-проводниковыми микросхемами капюшона короткими кабелями. Их-то он и выдернул, чтобы оставить свой разум на какое-то время без защиты.