Адептус Астартес: Омнибус. Том II (ЛП) - Коллектив авторов - Страница 784

Они подходят к каменным столбам и понимают, что находятся в начале неестественной горной гряды. Взбираясь по склону, Реликторы видят еще дюжины раскачивающихся шпилей, которые тянутся вдоль горизонта.

— Ты уверен, что это нужное место? — обращается сержант Хальсер к брату-библиарию сквозь вихри пыли.

Комус кивает. Его подбородок и шея покрыты кровью, а лицо побелело от боли. Он тяжело опирается на одного из братьев.

— Ксеноустройство указывает это место. Скрипторий Зевксиса скрыт где-то в этих горах. А воздух так наполнен молитвами, что я едва могу дышать. — Комус, слабо шевельнув рукой, указывает поверх плеча сержанта. — Они идут поприветствовать нас.

Хальсер всматривается и видит группу крошечных силуэтов, бредущих сквозь бурю. Он дает знак своим людям развернуться и взять на прицел приближающиеся фигуры.

Даже в своих доспехах с сервоприводами космодесантникам крайне непросто продвигаться по пересеченной местности, у них уходит пятнадцать минут, чтобы добраться до людей. Их трое: тощие, бритоголовые бедолаги, одетые в белые жреческие мантии. Когда они кланяются в знак приветствия, в прикрепленных к их лбам кристаллах звездообразной формы мигает свет. У каждого из них на месте глаз линии черных толстых швов.

— Еретики, — бормочет Пилкрафт под своим капюшоном, достаточно тихо, чтобы сержант Хальсер не услышал. — Как они могут видеть без глаз? Только если у них есть колдовское зрение.

— Друзья! — выкрикивает один из людей на низком готике с сильным акцентом, приветственно воздев руки.

— Кто вы? — Сержант Хальсер отмечает, что никто из них не вооружен, но, тем не менее, болтер не опускает.

Человек широко улыбается ему, радуясь вопросу.

— Мы — Сыны Астрея.

Он дает знак двум товарищам приблизиться.

— Я — брат Гортин. Это — брат Эвсебий, а это — брат Кармина. Мы — пилигримы Священного Света. — Человек указывает на башню позади них. — Это по нашей воле и воле самого Астрея вам было позволено найти дорогу сюда.

Сержант Хальсер ощущает, как при слове «позволено» у него поднимаются волоски на загривке, но умудряется ответить довольно вежливо:

— И где это «сюда»?

Брат Гортин делает шаг к нему. Его руки все еще протянуты в приветственном жесте, и Хальсер замечает, что они закутаны в шелковую сеть, которая обвивает пальцы, так, что кажется, будто они срослись.

Улыбка пилигрима становится шире.

— Вы нашли то, что враг никогда не смог бы найти. — Он смотрит мимо космодесантников на скалистый пласт на краю равнины. — Но мы снова поговорим, как только окажемся в безопасности катакомб. Даже сейчас Великий Враг не окончательно покинул Илисс. Астрей недавно обратил свои мысли на небесные тела. Он не может посвящать много времени материальным заботам, как когда-то. — Пилигрим указывает на горы: — Мы сможем отдохнуть, как только окажемся в городе.

Сержант Хальсер вопросительно смотрит на Комуса, но библиарий только пожимает плечами.

Брат Гортин видит, что Хальсер сомневается, и его улыбка меркнет.

— Что-то не так?

— Мы прошли долгий путь, — отвечает Хальсер. — Мы прибыли с небесных тел, о которых ты говорил, в поисках древнего скриптория. Ты слышал о нем? Когда-то он был известен под названием скрипторий Зевксиса.

Пилигрим снова улыбается и странно жестикулирует, словно рассеивая свет из кристалла в своей голове.

— Астрей знает все, — произносит он нараспев. — Все вопросы получат ответы. Вся правда будет раскрыта.

Хальсер минуту изучает фигуры в белом, рассматривая худые, изможденные тела, хилые, неуклюжие конечности и вытянутые безглазые лица. Несмотря на узоры орла на мантиях, все в них кричит о ереси. Он и раньше на сотнях миров видел такие же пустые, блаженные улыбки, и это всегда означало только одно: порчу. Даже не оглядываясь, сержант чувствует, как лакей инквизитора Мортмейна пристально смотрит на него, желая, чтобы он казнил их, и впервые он не уверен, что пуританство Пилкрафта неуместно. Сомнение овладевает им и быстро обращается в гнев. Хальсер чувствует себя балансирующим на краю, не зная куда прыгать. Он бросает сердитый взгляд на своих людей, которые терпеливо ждут его распоряжений. Их вера в него абсолютна и не терпит сомнений. Даже Комус не отрывает на него взора, так же полного надежды, как и крови. Хальсер смотрит мимо него на закат. Дневной свет ускользает с неба, и причудливые облака приобретают багровый оттенок.

«Всего несколько часов», — думает он.

Он поворачивается к обезображенным пилигримам:

— Я — сержант Хальсер. Мы — Адептус Астартес Императора. Веди.

Глава 11

Капитан Тайер ван Тол рыдает на бегу, минуя толпы вопящих матросов, офицеров Имперского Флота и собственных хнычущих охранников.

Позади пожирают «Домитус».

Чудовище вгрызается в хрупкую плоть линкора, и корабль кричит вместе со своим экипажем.

Капитан распахивает дверь и бежит по трапу, стараясь сохранить равновесие в то время как серия сильных взрывов сотрясает коридор, вырывая опоры из стен и выбивая заклепки в раскалывающемся полу. Тайер пробирается сквозь бойню и выбегает на огромное, открытое пространство. Потолок исчезает в пещероподобном мраке. Здесь лишь немногочисленные крылатые святые печально взирают на толпу, бегущую в один из пусковых отсеков «Домитуса».

Присоединившись к перепуганной толпе, капитан Тайер понимает, что он не единственный, кто решил покинуть обреченный линкор. Тысячи отчаявшихся людей цепляются друг за друга в попытке добраться до внушительных рядов фрегатов и крейсеров.

— Дорогу Дому ван Толов! — кричит он, но его голос теряется, потонув среди общего ора. — Дайте пройти! — требует он, но его никто не слышит.

Хор воплей становится громче, когда сквозь одну из стен ангара прорывается огромная фигура. Пыль оседает, и становится очевидным, что Цербал вырос до невероятных размеров. Рядом с возникающими из теней конечностями кажутся маленькими даже осаждаемые людьми космические суда. Ноги демона сминают бронированные корпуса, как фольгу, занося чудовище в помещение. Затем появляется яйцеобразная голова, она нависает над вопящей толпой подобно блестящему, переливающемуся отражению луны в воде.

Капитану Тайеру снова удается отвернуться, прежде чем он видит всю кошмарность твари. Он чувствует, как его разум трепещет на грани безумия, но удерживается от полного погружения в бездну. Другие не столь везучи. Закаленные матросы вокруг него падают на колени, воют и выцарапывают себе глаза, пытаясь избавиться от зрелища, опустошающего их разум.

Навигатор поворачивается и бежит назад, выкрикивая на ходу молитвы и перепрыгивая через лежащих и бормочущих матросов. Он понимает, что невероятное чудовище прокладывает сквозь толпу путь к нему. Вопли снова становятся громче — это чудовище засовывает сотни несчастных в свою вибрирующую голову, проливая желтую жидкость на людей и пытаясь утолить страшный многовековой голод.

Тайер возвращается к дверям, но видит, к своему ужасу, что трап обрушился.

— Император, сохрани нас! — шепчет он, оглядываясь в поисках другого выхода.

Те, кто достаточно разумен, чтобы контролировать себя, теперь бегут прочь из ангара, и капитан оказывается прижатым в углу. Его наполняет ужас, и он выхватывает лазерный пистолет.

— Назад! — кричит Тайер, наведя оружие на мертвенно-бледные лица. Его никто не слышит, а после одного взгляда на паучьи ноги существа пистолет не производит сильного впечатления.

Толпа напирает, и Тайер теряет контроль над собой и начинает стрелять без разбора. Он не различает мужчин, женщин, детей, пытаясь пробить путь к другим дверям. Так же быстро, как тела падают на пол, новые устремляются в образовавшуюся брешь. Несмотря на беспорядочную стрельбу, капитану удается продвинуться лишь на крошечное расстояние. Все это время он чувствует приближение огромной фигуры, которая крушит оставшиеся корабли и вырывает статуи с балконов.

— Дайте пройти! — кричит Тайер снова, и на этот раз, к его изумлению, люди перед ним действительно расступаются. Капитан едва верит в свою удачу и бросается к двери.