Адептус Астартес: Омнибус. Том II (ЛП) - Коллектив авторов - Страница 795

— Ты уверен? — спросил Лепид.

— Абсолютно, — ответил картограф. Среди неаугментированных людей, служивших в звездном форте, он обладал высоким званием, но почтение, с каким он относился к космодесантнику, не вызывало сомнений. Он не мог смотреть Лепиду в глаза, словно тот представлял собой некую священную реликвию, и Скуне был недостоин взирать на кастеляна.

— Данные корабля очень старые и немного искаженные, но взаимосвязь очевидна.

Лепид стоял во главе командного стола, находящегося в центре палубы. Палуба напоминала залы в замке феодального мира, на облицованных камнем стенах висели щиты, мечи и гобелены с изображениями битв звездного форта. Голопроекторы и пульты управления станцией были скрыты внутри огромного стола из твердой древесины. Вдоль стен помещения сидели члены экипажа, их темно-синяя униформа и эмблемы с изображением золотого кулака указывали на то, что они — неаугментированные мужчины и женщины, служившие ордену Имперских Кулаков.

— Подготовить машинный дух к сражению и привести все вооружение в боевую готовность, — приказал Лепид и широко улыбнулся. — И предупредите астропата. Пусть сообщит ударному флоту Гелиос наши координаты и известит капитана Лисандра. Если он поспешит, то получит шанс подобрать трупы, которые мы оставим за собой.

Кастелян Лепид заслужил свой пост командира «Непоколебимого бастиона» несколькими сражениями против врагов ордена. Его доспех напоминал формой крепость, керамитовый горжет соответствовал богато украшенным зубчатым стенам, а наголенники — прочным контрфорсам. Броню увешивали трофеи, снятые с убитых им врагов: уши зеленокожего варлорда, изящные безделушки из призрачной кости провидца эльдар, зубы и позвонки множества уродливых ксеносов. Он ударил кулаком о нагрудник.

— Я припас место, — заявил он, — для части тела того еретика, что управляет «Железной злобой». Многие из нас поклялись уничтожить его, и я буду тем, кто исполнит клятву. Палец или челюсть, ребро или рука, не имеет значения! Какая-то часть кузнеца войны Шон'ту будет висеть здесь. — Он повернулся к экипажу, уже работающему за различными пультами управления, приводя многочисленные оружейные системы звездного форта в боевую готовность. — Ликуйте, сыновья и дочери человечества! Сегодня вы послужите своему Императору, принеся ему голову Железного Воина! Голову Шон'ту!

Глубоко в сердце звездного форта, среди адской жары и света мигающих зеленых огней, которые усеивали менгиры черного носителя данных, технодесантник Коргон ждал запуска духа машины «Непоколебимого бастиона». Разум был закодирован в миллионах плат информационного носителя, бессчетные триллионы расчетов каждую долю секунды сплетались, чтобы породить сознание, такое же старое, как сам Империум. Созданный в эпоху, предшествовавшую объединению человечества Императором, «Непоколебимый бастион» накопил больше боевых знаний, чем мог похвастаться целый орден Космодесанта.

Из выложенного черным кристаллом колодца поднялся мерцающий рой синих и зеленых светлячков. Они слились в фигуру, олицетворяющую нечто живое, возможно змея, извивающегося кольцами, или колонию полипов. Или же она могла быть выражением математического объекта, фрактала, который беспрерывно рассыпался и обращался в самого себя.

— «Бастион»! — заговорил технодесантник Коргон. — Мы в состоянии войны!

— Кто враг? — спросил дух машины. Его синтезированный голос наполнил информационное ядро «Непоколебимого бастиона». Дух был известен своей резкостью и грубостью, постоянным недовольством по пустякам.

— Железные Воины, — ответил технодесантник. Серворука на ранце доспеха вставила инфозонд в разъем на кристаллической стене позади Коргона, введя данные, которые сенсориум получил о вражеском корабле. — «Железная злоба», флагман кузнеца войны Шон'ту. Менее получаса назад он вышел в реальное пространство в пределах нашей досягаемости.

— Псы, питающиеся отбросами! — выругался дух машины. — О, если бы у меня были руки, чтобы свернуть им шеи! Если бы были кишки, чтобы опорожниться на их трупы!

Именно по этой причине технодесантник Коргон предпочитал общаться с духом машины наедине. Он привык к его темпераменту, но то же самое нельзя было сказать про остальных Имперских Кулаков и слуг ордена, входящих в экипаж «Непоколебимого бастиона».

— Ты вторишь нашим собственным желаниям, — сказал Имперский Кулак. — «Железная злоба» принадлежит к классу гранд-крейсеров «Бичевание», это страшный враг. Мы просим, чтобы ты поделился своей мудростью для предстоящей битвы.

— Моей мудростью? — переспросил дух машины резко. — Против такого врага мудрость не нужна! Только ярость! Они погрязли в своей низости и представляют себе наши головы, насаженные на пики. Но я разорву корпус их корабля огнем моих лэнс-излучателей, а самих предателей превращу в замороженный туман. Мои сервиторы натянут их кишки на моих бойницах! Какие бы отвратительные данные не гноились в их системах, я полностью сотру их и выпотрошу этот корабль! Давным-давно «Железная злоба» открыла свой дух машины предателям и демонам! Я уничтожу то, что от него осталось. Тебе повезет, если останется хоть один Железный Воин, на котором ты сможешь попрактиковаться в стрельбе.

— Тогда я передам управление основным вооружением тебе, дух машины, — продолжил Коргон. — И оставлю оборонительные системы под командованием моего экипажа, чтобы ты мог сосредоточиться на враге. Я приказал им дать пристрелочные выстрелы…

— Тихо! — заревел дух машины. Фрактал света выровнялся и расширился, гололитический образ скользнул по бронированному телу технодесантника и вверх по кристаллическим стенам. — Я слышу их.

— Слышишь? Они все еще за пределами досягаемости сенсориума среднего радиуса действия. Мы едва улавливаем обычные сообщения.

— Они здесь, — сказал дух. — Я чувствую их. Ощущаю их грязь! Они наполняют радиоспектр своими нечистотами! Затапливают сеть данных кипящей гнилью! Технодесантник, это не физическая атака! Я… я блокирован!

Фрактал потемнел. В информационном ядре, напоминая фейерверки, сверкали пятна желтоватого света. Отросток фрактала ударился о край колодца, словно ослабевшая рука, удерживавшая от падения раненого бойца.

— «Бастион»! — с тревогой в голосе обратился к духу Коргон. — Говори! Что причиняет тебе боль?

— Колдовство! — воскликнул дух машины. — Демоническая магия! Беги отсюда, технодесантник! Беги! Эти мерзкие отбросы, этот блюющий гнилью сброд, они блокировали меня! Десять тысяч лет, целая эпоха Империума, и теперь эти трусы погубили меня!

Все информационное ядро задрожало. Посыпались осколки черного кристалла от треснувших блоков носителя данных. Пол наклонился и раскололся, под ногами Коргона разверзлись трещины.

— Что мне делать?! — выкрикнул Коргон сквозь грохот разрываемого металла.

— Уходи! Сейчас же! Беги! Возьми мои орудия и вышвырни этих нечестивцев из космоса!

— Я не могу оставить тебя! У меня есть долг!

— Твой долг — уничтожить наших врагов!

Сквозь сталь палубы и кристалл носителя данных просачивались завитки желто-зеленого света, словно извивающиеся змеи под поверхностью ледяной корки. Коргон упал, палуба раскололась под ним, и он схватился за кусок металла, чтобы не соскользнуть в колодец.

Цвет фрактала перетекал из черного в тошнотворный желто-зеленый и обратно, на его поверхности содрогалось подобие искаженного болью лица. Кроме того, в нем было что-то еще, нечто темное и извивающееся, дымчатые кольца скручивались вокруг духа машины, сжимая и подчиняя его.

Коргон с трудом поднялся, зашатавшись от усилий. Демонические кольца вцепились в его ноги и руки, но он разорвал их, бросившись бегом к выходу, который вел в технические секции «Непоколебимого бастиона». Рука, наполовину образованная из зеленоватого света, наполовину — из бурлящей тьмы, схватила инфозонд на конце серворуки технодесантника и с силой направила его к одному из стеллажей носителя информации. Зонд вошел в черный кристалл, и серворука ярко засветилась, когда через нее ворвался поток данных.