Адептус Астартес: Омнибус. Том II (ЛП) - Коллектив авторов - Страница 807

Культисты на судоходных линиях Империума направляли лайнеры и суда пилигримов в мертвый, необитаемый космос вокруг Малодракса. Их живой груз выбрасывался в ямы смерти, и Танцующие в Пропасти среди прочих демонов и безумцев приветствовали несчастных в их новом и последнем доме — лавовых камерах и гнездах с паразитами, в бесконечных туннелях, обшитых сталью и увешанных содранной кожей, в кислотных родниках и погребах, наполненных острыми клинками.

Железные Воины увидели место поклонения и боли, но оно также было неэффективным и бесполезным. Космодесантники этого легиона высадились на планете и превратили банды демонов в армии, ямы смерти в заводы. Были вызваны и созданы демоны-ученики, чтобы вести учет каждой пожертвованной варпу жизни и каждой пытке, открытой среди этого безумия.

Затем из варпа прибыл космический корабль в сопровождении славословящих герольдов Тзинча. Говорили, что каждый демон прекратил свою кровавую работу и наблюдал, как он спускается с разорванных небес Малодракса. Судя по вспученному корпусу и ветхому состоянию, корабль многие годы блуждал в варпе, но символика Имперских Кулаков угадывалась безошибочно. Это был «Щит мужества», который десятилетия считался погибшим в варпе, и эфир изверг его в качестве дара демонам Малодракса. Железные Воины сформировали стражу, чтобы сопроводить пассажиров корабля, и даже в тот момент не было сомнений в гордости и боевых возможностях этих людей, ведь они были Имперскими Кулаками. Первым среди них был капитан, подобно зверю заключенный в клетку своего золотого доспеха. Один его взгляд говорил тем, кто смотрел на него, что он сделает с ними, когда освободится.

Все Имперские Кулаки были брошены в ямы. Один за другим, они погибли. Космодесантники держались долго, и уникальные возможности физиологии Астартес не были впустую потрачены демонами, вообразившими себя хирургами. Железные Воины особенно следили за капитаном, зная, что он протянет дольше остальных. Они были разочарованы тем, что он умер так быстро после своих боевых братьев, и что демоны со своим энтузиазмом испытали на нем так много различных способов убийства, что невозможно было сказать, какой именно покончил с ним.

Железные Воины спорили с демонами-палачами. Среди последних были Танцующие в Пропасти, новорожденные и уже возмущавшиеся узами, вынуждавшими их либо подчиниться Железным Воинам, либо покинуть реальный мир. Они отрицали, что потратили впустую жизнь Имперского Кулака, ведь его душу теперь рвали на куски их собратья демоны варпа, и, более того, утверждали, что это Железные Воины были расточительными, так как слишком долго отказывали варпу в смертях.

Космодесантники Хаоса обнажили оружие. Демоны оскалили клыки. Железные Воины и исчадия варпа готовы были принести в жертву варпу свои жизни. Затем один из них заметил, что тело капитана Имперских Кулаков исчезло.

То, что случилось потом, запомнилось только обрывками. Некоторые детали были нацарапаны на стенах крепости в варпе, где на огромных несущих блоках были запечатлены подробности миллиарда битв. Другие проявились годы спустя в спиритических сеансах и наполненных демонами кошмарах. Имперский Кулак стал Золотым Гневом Малодракса, и демоны говорили о нем так, как люди говорили о демонах. Он проложил путь через ямы смерти и к тому времени, как достиг поверхности Малодракса, его сопровождали все, кто, освободившись от своих цепей, мог идти и сражаться. А Имперский Кулак убил каждого демона на своем пути.

Каким-то образом известие достигло Имперских Кулаков. Отряд, отправленный на Малодракс, нашел боевого брата, сдерживающего волну ужасов на берегу химического океана. Там с ним бились Танцующие в Пропасти. Из их числа он выхватил того, кто был их главарем, тварь, более остальных походившую на вожака.

Имперский Кулак оторвал демону голову и выбросил ее в море. И в ответ на его вызов словно закрылось око — наступило затмение солнца Малодракса. Космодесантник закричал, что он Дарнат Лисандр и что ни один демон не сможет убить его. А те из надзиравших за ним Железных Воинов, что были достаточно смелы, выходили против него и бились насмерть, так как никому не дано лишить свободы Имперского Кулака.

На Малодраксе высадились братья Лисандра и забрали его домой, прежде чем прибыли подкрепления демонов. Капитан сплюнул и проклял Железных Воинов. Демоны были воплощением ненависти и зла, но Железные Воины когда-то были людьми и сами выбрали свой путь. Лисандр никогда не простит их, не из-за того, что они сделали с ним, а из-за того, что они сделали с собой. И он увидит их всех мертвыми или же не исполнит свой долг перед человечеством.

Танцующие в Пропасти парили вокруг Лисандра. Они припали к потолку и полу, узловатые мышцы тел скрывались в непостоянных покровах теней, трепещущих, словно знамена на ветру.

— Я взял одного из вас, — сказал Лисандр. — Сразил его. Инквизиторы священных ордосов разыскали труды безумцев и пророков, и нашли в них законы, связывающие Танцующих в Пропасти. Я знаю, что, пролив вашу кровь, связал вас с собой. Вы должны подчиниться, только раз, но абсолютно. Разве это не так? Разве это не записано?

— Верно, — раздался шипящий ответ. — Это было записано на шкурах гравендранской гидры чернилами из слез Моргедрен. Это был договор, который призвал нас к жизни из изначальной материи варпа. Это была форма, обретенная по воле Тзинча.

— Значит, я могу один раз отдать вам приказ.

— Не убивать себя! — раздался ответ. Казалось все Танцующие говорили одновременно, но при помощи одной глотки, так много голосов сплелось в шумовой поток. — Не до конца сущего! Так записано.

Лисандр повернулся и посмотрел на Гестиона. Технодесантник тяжело дышал, под желеобразной плотью двигались сплавленные ребра. Он не смотрел на капитана, вместо этого сосредоточившись на сонме демонов перед собой. Лисандр отвел взгляд от технодесантника и произнес:

— Возьмите тело технодесантника Имперских Кулаков Гестиона. Я связываю вас с ним. Пусть его оболочка станет вашим узилищем. Такова воля Золотого Гнева Малодракса, и вы должны подчиниться. Так записано.

Демоны завопили. Они боролись, выли и цеплялись за реальность. Но были связаны судьбой — силой, такой же бесспорной и безжалостной в варпе, как и гравитация в реальном пространстве. Их формы вытянулись и исказились, притягиваемые властью судьбы к Гестиону.

Нельзя было сказать, понимал ли Гестион, что происходит, когда оказался в клетке из мучительного света, а его тело сливалось с телами демонов. Их спутанные конечности прорывались сквозь его кожу и мышцы, светящиеся глаза выступали из тела, а черты лица технодесантника искажались обликами исчадий варпа.

Тело Гестиона снова сжалось, втягивая в себя Танцующих. Он корчился на полу апотекариона, суставы трещали и лопались, пока его тело меняло форму. Под его кожей двигались лица демонов, красные глаза и смутные черты. Лицо Гестиона, как и тело, исказилось, челюсть отвисла, глаза зажмурились, из носа и глаз сочилась кровь.

— Теперь у вас есть тело, тело честного человека, — сказал Лисандр, поднимая над головой Кулак Дорна. — И теперь ты можешь умереть.

Танцующие завопили, отрицая услышанное, но, как было записано, победивший демонов Золотой Гнев подчинил их своей воле, и они не могли избежать уз судьбы, удерживающих их в теле Гестиона. Технодесантник тоже был с ними, и, возможно, один из криков, исходящих из кровоточащей глотки, принадлежал ему. Но он растворился в нечеловеческом реве, подобно буре вырывавшемся прямиком из варпа.

Лисандр закричал и обрушил Кулак Дорна. Гестион, которым управляли Танцующие в Пропасти, попытался встать и сразиться с капитаном, но тело было изломано, а Лисандр слишком быстр. Боек молота врезался в грудь Гестиона и отшвырнул его к стене апотекариона. Ребра хрустнули и вышли наружу, кровь технодесантника забрызгала стену. Из его изувеченного тела протянулись сломанные конечности Танцующих, вяло замахивающиеся на Лисандра, словно пытаясь отогнать его.

Второй удар Лисандра снес голову Гестиона с плеч. Его тело завалилось набок, и вопли демонов сменились ужасным пронзительным визгом и бормотанием, предвещавшими их смерть. Когда кровь Гестиона стекла на пол, Танцующие в Пропасти растворились и снова стали бесформенной субстанцией варпа.