Адептус Астартес: Омнибус. Том II (ЛП) - Коллектив авторов - Страница 927

— Огонь из всех орудий.

Огнеметы и тяжелые болтеры стерли с лица земли банды циклопов, смерть которых сопровождалась истошными визгами умирающих демонов. Лазпушки и авто-пушки били по Астартес-предателям, отбрасывая их назад и оставляя несколько тел безжизненно лежать на баррикадах. На время справившись с подавляющим огнем противника, катаканцы и местное ополчение выскочили из укрытия и принялись добивать тех, кто был ранен снарядами танка. Но даже раненные демоны представляли для них реальную угрозу, размахивая зараженными мечами, плавящими плоть при соприкосновении с человеческими конечностями. Один такой демон убил девятерых человек, прежде чем умереть от множественных ран. Наблюдая в прицел пушки за полем боя, Страйк увидел, что Астартес-предатели снова начали движение, аккуратно передвигаясь от валуна к валуну, пока люди были заняты добиванием тварей варпа, которые упорно отказывались умирать.

— Вперед, — приказал он, закрывая люк и возвращаясь в командирское кресло.

Тамзариан развернул танк, стоявший позади скалистой стены, и машина понеслась вниз, прямо к наступающему противнику. Катаканцы и ополченцы разбегались в разные стороны от убийственной машины, которая, в свою очередь, давила тела демоном своими широкими гусеницами. Для команды внутри танка казалось, что танк двигался крайне медленно, отмечая прогресс продвижения хрустом костей демонов. Улучшения К’сии не просто касались орудий и брони танка. Адаптирующаяся термическая камера сгорания типа «Фаэтон» подпитывающая танк энергией, была улучшена и перенастроена так, что когда Тамзариан включил ее на плоской поверхности Терменоса, «Адский молот» в считанные минуты набрал скорость в сто семьдесят километров в час. Останавливаясь в пятнадцати метрах от новой линии фронта, командир орудийного расчета активировал орудие «Разрушитель» в первый раз за все время битвы. Оружие, используемое для уничтожения крепостных стен, прекрасно подходило для уничтожения валунов, за которыми прятались предатели. Каменные осколки, части тела и брони подлетали в воздух, пыль и шрапнель окутали спуск. Прикрываясь командной машиной, защитники Терменоса, продолжили обстрел предателей, заставляя тех прятаться за укрытиями, дабы те не смогли подавить пехоту катаканцев огнем крупнокалиберных орудий. Будучи ветераном, Страйк смог различить шум, доносившийся в промежутках между пушечными выстрелами.

— Прекратить огонь, — приказал он к удивлению стрелков.

Крупнокалиберные орудия замолчали, как и вспомогательные оружейные системы. Теперь полковник ясно слышал слабый, но узнаваемый звук двигателя. Он попытался рассмотреть источник шума с помощью прицельных систем танка, но не смог. В итоге ему пришлось слегка высунуть голову наружу. Пехота не прекращала вести огонь, поэтому предатели все еще прятались за укрытиями. Звук двигателя нарастал. Когда Страйк повернул голову на юго-запад, он смог увидеть сам источник. Закрыв за собой люк, Страйк уселся на командное кресло.

— Вражеские бомбардировщики на два часа. Всего три, плюс эскорт, — произнес он.

Все прекрасно понимали внезапно возникшую угрозу. Вся верхняя часть корпуса танка представляла собой мишень, в которую было просто невозможно не попасть, их шансы на выживание сводились к нулю.

— И что мне делать, вашу мать, — тихо выругался Страйк.

Неужели все, что они сделали, было зазря?

Численность противника была слишком мала для захвата крепости, и десантники-предатели явно не желали лезть под пули. Неожиданно раздался скрежет, и турель быстро и под четким углом развернулась к летящим целям. Экран командира стрелков заполнился значками, и, благодаря улучшениям К’сии, орудие мгновенно захватило цель.

— Цель захвачена, — произнес стрелок, оборачиваясь к полковнику.

— Стрелять по готовности, — скомандовал Страйк.

Стрелок без колебаний нажал на красную кнопку, шум вылетающего снаряда эхом отразился от стен командного отсека. Один из крупных значков часто замигал.

— Попадание, шеф. Мы сделали это! — с энтузиазмом крикнул стрелок.

Однако радость длилась не долго.

— Они разделяются.

Сердце Страйка екнуло. Если бы враг двигался в составе группы, у них был бы шанс уничтожить сразу два бомбардировщика. Если даже они скорректируют правильный угол, им, в лучшем случае, удастся сбить только одну машину. Не дожидаясь приказа, командир стрелков и К’сии захватили еще одну цель. В этот раз Страйк просто кивнул. Если последний бомбардировщик промахнется, у них появится шанс. Однако оставался открытым вопрос с эскортом, и вражеские пилоты обязательно не упустят момент попрактиковаться в стрельбе по крупным мишеням. Танк слегка затрясло, когда очередной снаряд вырвался из орудия.

— Еще одно попадание, шеф, — произнес стрелок.

К всеобщему удивлению он добавил:

— Другой бомбардировщик также уничтожен. И истребители. Они исчезли с экрана.

Не дожидаясь подтверждения от К’сии по поводу функционирования систем, Страйк откинул люк, чтобы видеть полную картинку. Воодушевленные крики его людей и ополчения подтвердили, что они не превратились в груду дымящихся обломков. Теперь небо наполнилось новым звуком двигателей. Более шумные и быстрые, пять боевых кораблей пронеслись прямо над Страйком, и он смог отчетливо увидеть их маркировку. Полковник испытал облегчение, наблюдая как четыре истребителя развернулись для нанесения удара по Астартес-предателям, засевших в укрытиях. Последний истребитель, похожий на миниатюрный храм, набрав высоту, развернулся на сто восемьдесят градусов и полетел по спирали к краю холма. Скрывавшиеся там предатели покинули укрытие, обрыв позволил им ускориться по направлению к джунглям. Резко набрав высоту в последний момент, черный истребитель, находясь на высоте пять метров, разрядил всю обойму в убегающего противника. Эффект отличался от того, что представлял себе Страйк. Большое количество предателей, добежав до конца склона, на мгновение застыли, словно время остановилось, сковав их в одном месте. Постепенно они снова начали набирать скорость, но убежать им не удалось, четыре истребителя поддержки развернулись и уничтожили львиную долю предателей. Несколько Астартес Хаоса смогли избежать гнева новых союзников катаканцев, и были уже совсем близко к подлеску. Страйк уже собирался приказать своим людям преследовать их, когда теневая часть джунглей озарилась вспышкой и, в мгновение ока, десять фигур в терминаторских доспехах материализовались прямо между деревьями. В следующее мгновение их штурмовые болтеры разорвали оставшихся ренегатов на части. Ошарашенный тем, что произошло прямо на его глазах, Страйк не сразу понял, что его вокс-оператор Укларис тянет полковника за штанину. Страйк опустил взгляд вниз, всматриваясь в темноту командного центра. Потный Уклариус пытался протянуть полковнику наушники портативного вокс-передатчика.

— Что там, Укларис? — спросил Страйк, его внимание все еще было частично сосредоточено на бронированных фигурах внизу склона, внимательно осматривавших мертвые тела предателей.

— Вас вызывают, шеф. Говорят, что они — Темные Ангелы, и их командир, лорд Азраил, желает говорить с Вами.

Григор Миттел, хотя его уже давно так никто не называл, нес руду. Красный Пифосийский кристалл становился все темнее и темнее, кровь Григора стекала на него там, где острые края резали руки человека. Григор не чувствовал болт, так как давно уже привык к ней. Позади Григора выстроилась вереница людей, также несших кристаллы, держа их перед собой на вытянутых руках. Никто из них не разговаривал, никто из них не смотрел никуда, кроме как вперед, никто из них не думал ни о чем, кроме драгоценного груза, которые они, по приказу, таскали из шахты в город. Город. То ли это место, где он однажды жил? Окрестности казались ему знакомы, но он ничего не помнил об этом. Человек, шедший впереди него, упал. Вес руды оказался слишком тяжел для него. Григор остановился, переступил через мужчину и двинулся дальше. Остановка. Работа. Переноска. Лишь три эти вещи помнил Григор. Шум сверху привлек его внимание, и он увидел две бронированные фигуры, идущие к упавшему человеку. Другие также взирали на двух гигантов, которые, подойдя к мужчине, схватили его и бросили в сторону. Рука несчастного оторвалась от плоти, один из гигантов захохотал и бросил конечность прямо на тело. Григор не чувствовал страха, несмотря на этот ужасающий смех, потому как позабыл это чувство. Он вообще ничего не чувствовал. Женщина, выполнявшая мелкую работу у края дороги, на отдалении от шахты, подошла к Григору и взяла в руки кусок руды. Ее одежды были грязными, а на голове образовались колтуны, но Григор не замечал этого. Григор не различал ни грязи, ни слипшихся волос, ни небо, ни цвета вокруг. Когда женщина поднимала булыжник, ее глаза на короткое мгновение встретились с глазами Григора и в них, на мгновение, мелькнуло что-то, похожее на узнавание. Но это длилось всего лишь мгновение, а затем женщина снова повернулась по направлению к городу. По команде одного из бронированных воинов Григор и другие двинулись дальше, неся руду к ждущим их транспортникам. Проходя под аркой, отмечавшей место, где заканчивалась шахта, и начинался город, Григор заметил движение на каменистых стенах. Так же, как и в случае с женщиной, он лишь на мгновение задержал взгляд, а затем снова двинулся дальше. Тзула, Эпиметий и Шира наблюдали за процессией чумных зомби с края скалистых оснований улья Атика. Лицо пилота флота стало угрюмым после того, как оба ее компаньона помешали ей спуститься вниз и «выбить дерьмо» из двух Чумных десантников, которые так бесцеремонно обошлись с трупом старика.