Ночь за нашими спинами - Ригби Эл - Страница 39

– Мы не выбираем, кого любить. И никогда не знаем заранее, будет ли больно. Это как битва с новым врагом – ты не можешь быть уверен, что твоя броня выдержит.

Вероятно. Но у меня такое ощущение, что чаще всего самую лучшую броню просто вскрывают дешевым консервным ножом.

(?)

26 сентября

В «Детях Гекаты» – только фотографии мертвых ангелов. Что мы упустили?

2 октября

Снова сны. Альфред. Прогулка по острову. Когда мы пили пиво на скалах, он рассказывал про местные звезды. Ему нравилась астрономия, это было его единственное серьезное увлечение, кроме политики.

Он столько всего называл… но я запомнил лучше всего созвездие Цепных Псов. Его хорошо видно каждую ночь. Правда, оно скорее похоже на уродливую елку, я не нахожу в его очертаниях ни одной собаки.

Во сне, когда мы уже плыли назад, созвездие упало и придавило лодку. Мы захлебнулись, и я в ужасе проснулся.

Кажется, пора начинать принимать таблетки.

Вечер.

Мне не нравится Джон Айрин. Он заметил, что я плохо выгляжу, и начал расспрашивать меня про бессонницу. Предложил подлатать мое сознание, поискать там причину плохих снов, Фрейда ему в задницу. Послал к черту, мне и так предельно ясны все причины. Он не обиделся, только вручил мне пузырек валерьянки, кивнул и ушел сквозь дверь. Псих.

Возводить в мозгах кирпичные стены (?). Не уверен, что в случае чего это поможет.

4 октября

Не спал. Спустился, болтал с Вэнди, которая дежурила у экранов. Мы вроде неплохо понимаем друг друга. Может, пообщаться поближе? Попросить Львовского ставить нас вдвоем? Когда все немного утрясется, когда будет время. Хотя, если лодка «Дэрил-Эшри» даст течь, у меня нет шансов.

8 октября

Общая сводка. Проект «Серебряная колба».

(???)

Двое ученых (?). Неизвестно, была ли работа закончена. Убиты (?).

12 октября

Общая сводка. Авраам Гранге (?) упоминался в газетах, еще когда я был на Земле. Говорили о каком-то открытом им законе в физике. И о его пропавшей внучке…

Может быть, обратиться к Айрину с его телепатией? Но он может узнать лишнее.

Я доверяю им все меньше.

9 октября

День рождения.

Я предпочел бы вообще не отражаться в зеркале, как болтают о вампирах. Но я отражаюсь. Или… это не я? Кто этот парень? Бывают минуты, когда я совсем не ощущаю себя. Сам себе чужой, чужое сердце и чужие глаза.

Мне все труднее бороться. Может быть, из-за того, что я не спал нормально уже полторы недели. Тьма и хаос вокруг стали моими приятелями. Еще немного – и они сожрут меня изнутри.

Вечер. Выпили с Вэнди. Она достала где-то вино, которое мне понравилось. Подарила футболку с могильными крестами, сказала, что сделала эскиз сама, оказывается, она с детства любит рисовать.

Было забавно. Я даже зачем-то попытался ее поцеловать. Отбрила. Сказала, что просто отдает долг за то, что я тогда ее выслушал за кофе.

12 октября

Так я и думал. Лодка «Дэрил-Эшри» идет ко дну, они все чаще ссорятся, и Вэнди вообще ко мне не подходит. Смешно вдвойне, учитывая, что у нас ничего не было.

Спал опять ужасно.

14 октября

Видел его.

От его лица ничего не осталось, даже глаза другие… но я понял. Понял, что он не просто так явился. Но то, как он назвал себя… нет. Может быть, у меня просто поехала крыша, может быть, оттого, что я в последнее время редко пью кровь. Скорее всего, так и есть.

Посмотрим, что будет завтра.

15 октября

Опять снились кошмары, в которых меня пожирали живьем здоровенные собаки. Воспоминания о вчерашнем все так же свежи. Да еще две курицы, Элмайра и Эшри, вчера видели меня. Если они проболтаются шефу, будет скверно, он натравит Айрина. Пока все только пялятся и шепчутся. Вот бы им оторвало головы.

20 октября

Сводка.

У него есть двойник. С. готов отдать.

18:00.

Больше записей нет. Цифры – шесть часов вечера – и адрес рядом обведены в жирный круг. Элмайра берет тетрадь в руки и начинает яростно ее трясти. Затем швыряет ее обратно на столешницу. Я хватаю подругу за руку, одернув:

– Мы и так привлекаем к себе внимание. Сбавь обороты.

Элм косится на официантку, застывшую у кухонной двери с тарелкой в руках, и пожимает плечами. Оставляет на столе деньги и встает:

– Идем.

Мне остается только последовать за ней. Дневник в черной чешуйчатой обложке словно обжигает мои руки. Чужие слова одно за другим отпечатываются в мозгу.

– Куда?..

Мы на самом краю Второго Бродвея. По виднеющейся впереди дороге туда-сюда проезжают машины. Элмайра останавливается, будто только сейчас осознав, что я рядом. Поднимает голову и смотрит на небо.

– Не знаю.

Я осторожно беру ее за руку.

– Выше нос. Нам есть с чем работать.

Она кусает губы.

– Эш, только подумай! Он мог навредить нам, мог просто уничтожить, и…

Ее реакция очень характерна для меня. А вот сама я ощущаю внутри не ярость, а холод. Тоскливый холод, который появился после прочитанного. Тьма и хаос вокруг стали моими приятелями. Еще немного – и они сожрут меня изнутри.

– Лютер хотел домой. Он не убил нас. Никого, и…

Элм выходит из себя:

– Ты что, тупая, Орленок? Теперь я точно уверена, что в наших вещах рылся свой. Кто-то, кого Лютер переманил! Крыса!

Я вздрагиваю. Это настолько мерзко, что я прощаю даже «тупую».

– А может… не дневник искали?

– А что тогда? Мои презервативы или твоего плюшевого мишку?

– Не знаю. Не хочу знать. Кстати, у меня нет мишки. Ты взорвала его, когда я бросила Дэрила.

Элм тяжело вздыхает, собирается что-то ответить, но не успевает: пищит мобильник. Она вынимает его из кармана и рассеянно смотрит на экран. Потом поднимает глаза:

– Харперсон. Разгневанный читатель – некий Тэд Макдугл. Адрес есть. Ну что… едем?

– А может, ты одна слетаешь?

– А ты?

– А я тебя подожду.

Элм некоторое время с сомнением смотрит на меня, потом качает головой:

– Ага, а мне потом отвечать, если тебя пристрелят!

Уже скоро мы догоняем небольшой ярко-оранжевый трамвай и запрыгиваем в него. За нашей спиной с сухим резким щелчком закрываются двери. Приятный женский голос объявляет начало маршрута и советует держаться за поручни.

– Эш! Есть талончик?

Но я почти ее не слышу. Обернувшись, я бросаю взгляд через стекло на улицу – малолюдную, почти пустую. Кажется… там тень. Но мало ли теней бродит по Городу? И все ли они следят за нами? Я выбрасываю это из головы и плюхаюсь на сиденье под мелодичный трамвайный звон.

Нечесаная женщина в грязно-синем халате не торопится пропускать нас в квартиру, из недр которой тянет чем-то жареным. Мой желудок сжимается: я неважно переношу жирную пищу, а тут явно перестарались с маслом. Это запах бедных окраинных кварталов, где едят дешевую дрянь. Почему-то я уверена, что в привилегированном поселке «Аквилон», где живут партийцы, пахнет совсем не так.

Элм, вежливо улыбаясь, показывает удостоверение:

– Мистер Макдугл дома?

– Тэдди? С утра свалил. – Она вытирает руки о халат и присматривается к нам более внимательно. – А что вам нужно?

Элм игнорирует вопрос. Поймав ее колючий взгляд, женщина не настаивает.