История одной практики (СИ) - Лисочка С. - Страница 117

— Если вы снова собираетесь нас задерживать или арестовывать, говорите сразу, — сказала госпожа Лонгвиль. — У меня на сегодня две встречи назначено и старшую надо забрать с занятий. Я сопротивляться не буду, но хотя бы мужа сразу предупрежу и адвоката заранее вызову.

Едва мы приблизились к ней, как я едва не потеряла свои покупки, по крайней мере, ту их часть, что заключалась в стеклянных бутылях. Заклинание, которое облегчало мой пакет, тут же приказало долго жить, а я от неожиданности его чуть не выронила.

— У нас нет доказательств, что телефоны ваша дочь ломала, — насупился Илис. — Я не могу вас задержать или арестовать.

— Тогда зачем вы просили встретиться с вами? — спросила госпожа Лонгвиль, поправляя перевязь со спавшей в ней девочкой.

— Я вам вот это хотел показать, — ответил Илис и, открыв бумажный пакет для улик, протянул его механику. Та заглянула внутрь и нахмурилась.

— Что это?

— Разбитый телефон, вы же видите, — ответил Илис. — Это из клиники. На этот телефон звонили люди, которые нуждались во врачебной помощи. Теперь на него позвонить нельзя.

— Вы мне пытаетесь на совесть надавить, что ли? — возмутилась госпожа Лонгвиль. — Мы все равно не признаем ваших обвинений.

— У нас нет цели, чтобы вы их признали, — сказал Илис. — Я не дурак, вы не думайте. Я понимаю, что глупо наказывать маленькую девочку, которая даже разговаривать не умеет. Но ведь надо что-то делать! Телефоны продолжают падать, вы-то сами должны понимать, что так нельзя.

— Чего вы хотите? — поумерила раздражение госпожа Лонгвиль.

— Я хочу, чтобы телефоны больше не падали, — ответил Илис. — Я не знаю. Может вы сами меры какие-то примете или хотя бы нам скажете, где успели побывать за последнее время. В смысле там, где телефоны стояли. Мы бы тогда смогли с тех телефонов, которые еще не упали, заклинания снять. Или на пол их пока переставить, хотя бы. Подушками обложить, я не знаю. Предотвратить.

Госпожа Яльга глубоко задумалась.

— Мне надо поговорить с мужем, — сказала она. — Посоветоваться. Давайте, я вечером пришлю вам Фьюарин, если… если.

— А чем вашей дочери так телефоны не нравятся? — полюбопытствовала я. — Ну, если.

— Вот уж не знаю, — ответила госпожа Лонгвиль, задумчиво смотря на дочь, которая мирно посапывала уткнувшись носом ей в плечо. — Она на них особого внимания никогда не обращала, вроде бы. Скажем так, не больше, чем на другие вещи в комнате. А где вы говорили, телефоны разбились?

— У господина Пфунга, у господина Амаранта, у советника Уорта в кабинете, у господина Дросельмеера в кабинете, теперь вот еще в клинике, в ординаторской, — перечислил Илис.

— Нет, решительно не припомню… как вы сказали? В ординаторской? — госпожа Лонгвиль даже подалась вперед на Илиса.

— Да, сегодня утром, — ответил Илис.

— Тогда как хотите, но это — не Мэгги, — сказала госпожа Лонгвиль. — Она не могла этого сделать. Я в ординаторской была только один раз, года полтора назад.

Илис часто-часто заморгал.

— То есть, девочка не видела этого телефона? — спросила я.

— Вы правильно меня поняли, — сказала госпожа Лонгвиль. — Если хотите, спросите у Бланки. Мы у нее действительно были в среду, но были у нее в кабинете, в детском отделении. И до этого, месяц назад, тоже в кабинете были.

— А как же тогда? — охнул Илис. — То есть, это не она получается? А кто тогда?

— Скажите, Илис, вы разбираетесь в кривошипно-шатунном механизме? — спросила вдруг госпожа Лонгвиль.

— Ээээ… нет, кажется, — ответил Илис. — Честно сказать, не знаю, потому что я не знаю, что это за механизм такой и зачем в нем разбираться.

— Тогда вы должны меня понять, — сказала госпожа Лонгвиль, — я тоже не знаю, кто эти телефоны вам ломает.

— А причем тогда кривошипно-шатунный механизм? — не понял Илис.

— Госпожа Лонгвиль шутит, — объяснила я ему.

— А, — сказал рыжий, подумав. — Понял. Смешно, да.

Хотя, если судить по его тону, то он соль шутки не уловил, а от того даже немного обиделся.

— Ладно, — сказала госпожа Лонгвиль. — Вы меня извините, мне тут работать надо, понять, что не так с левым пароходным колесом. Тоже загадка, кстати.

— Да-да, — кивнул Илис. — Извините. Мы пойдем. До свидания, Яльга.

— Кстати, чуть не забыла, — хлопнула себя госпожа Лонгвиль по лбу и обратилась ко мне. — Это же вы показывали Крапе каких-то головастиков или рыбок?

— Зародышей химер, — ответила я. — А что?

— Она просит ей купить таких, — ответила госпожа Лонгвиль. — Их где-нибудь продают? Она хочет с ними играть. Глупо, я понимаю.

— Нет, не продают. Тех я сама сделала, — ответила я. — Для эксперимента. Боюсь, вашей старшей придется поиграть с чем-нибудь другим. Или выучится на алхимика.

— Я так и подумала, — кивнула госпожа Лонгвиль. — Ладно, до свидания. Рада, что все разъяснилось.

В коляске Илис превратился в лиса и бесцеремонно залез ко мне на колени, после чего закрыл глаза и сделал вид, что заснул. «Проснулся» он только у Управления.

В кабинете никого не было. Илис поставил пакет с телефоном на стол к Квентину, глубоко вздохнул, как-то жалобно посмотрел на меня и позвал Фьюарин.

— Будь опять здоров, рыжий, — сказала она, вылетев из стены. — Кому сообщение доставить?

— Мне, — ответил рыжий. — Сообщи, пожалуйста, зачем ты телефоны ломаешь. Чтобы никто не звонил, а только твоими услугами пользовался?

Фея, только что парившая на уровне лица Илиса, резко спикировала на край стола и уставилась на него. Признаться, я тоже не ожидала такого поворота событий.

— А это… у тебя доказательства есть? — спросила фея.

Лицо Илиса при слове «доказательства» стало приобретать какой-то пунцовый оттенок.

— Вы сговорились что ли? — почти прорычал он. — Доказательства? Ты хоть понимаешь, что творишь-то сама из-за своей жадности, а?

Квентин Уиллис, сержант Стражи

Капитан оказался прав. Наши местная организованная преступность вмешиваться в ситуацию с тропиканцами не собиралась, но лишь на первых порах.

— Скорее всего, они займут выжидательную позицию, — сказал капитан утром. — Она сейчас для них самая выгодная. Жаль, что мы сами не можем поступить как они.

— Почему не можем? — спросил я его.

— Да потому, что если мы станем просто наблюдать, кто кого задавит, наши или тропиканцы, то с тем, кто в этом выживет, справиться будет проще, да. Но в процессе пострадают невиновные граждане, а мы этого не должны допускать. Даже если в долгосрочной перспективе это сохранило бы больше жизней.

По тому, как вел себя сейчас Амарант, было понятно, что он ситуацию понимает, и она ему нравится. Пока, во всяком случае. А мне — нет. Потому что мне это все расхлебывать. Будто у меня других проблем нет.

Я перевел взгляд с весьма довольного собой Амаранта, на Эрика, смотревшего на него с почти что восхищением. Ну, нет, так не пойдет.

— Однако вы зря сводите взаимоотношения Стражи и горожан к взаимоотношению телохранителя и нанимателя, — сказал я. — Конечно, граждане платят налоги, но у Стражи возможностей и ресурсов много меньше, чем у обычного телохранителя.

— Ох, сержант, если вы сейчас скажите, что проблема в плохом финансировании, я расстроюсь, — сказал Амарант. — Хотя и полностью признаю, что работай вы на частное лицо или группу лиц, могли бы получать много больше, чем получаете сейчас, работая на все общество в целом.

Вынужден признать, очень ловкая попытка подкупа. Предложение сделано, но в случае чего — не докопаешься. Хотя это он не всерьез, он-то должен понимать, что деньги меня не слишком волнуют.

— Нет, дело не в оплате, — сказал я, — хотя проблема финансирования Стражи всегда актуальна. Дело в другом. Представьте, над вами нависла какая-то серьезная угроза, и вы решили нанять телохранителя. Наверняка этот телохранитель будет вас везде сопровождать, ведь покушение может состояться где угодно и когда угодно, верно?