История одной практики (СИ) - Лисочка С. - Страница 73

— Он не один ночевал, — сообщил нам Илис, когда мы переступили порог спальни в номере ла Локо.

Кровать была не убрана и смята, ничего подозрительного на первый взгляд я не видела. Точно так же, как не было ничего подозрительного в гостиной номера, где мы разговаривали с котолюдом накануне, как не было ничего интересного и в небольшой столовой, где мы побывали минуту назад.

— А ты не сказал, что в номере была девушка, — заметила Вэнди. — Когда мы в гостиной были.

— Я думал, что она местная, — ответил Илис. — Горничная какая-нибудь. И ты не спрашивала, был ли здесь кто-нибудь кроме кошака.

— Это мое упущение, — кивнула я, заглядывая под кровать. — Думаю, не поздно его и сейчас исправить. Кто тут был сегодня?

— Девушка ночевала, — ответил Илис. — В гостиной и столовой запах мужчины. Слуга, скорее всего. Наверное, завтрак приносил и относил. Еще в гостиной Фью была. До завтрака, но после того как девушка ушла. И потом, когда наши тут были.

Я кивнула. Насчет Фью, я была уже в курсе — Илис характерно чихнул в гостиной, а когда он так чихает, можно не сомневаться, что она где-то рядом побывала.

— Мы не препятствуем нашим клиентам приводить гостей, — подал от дверей спальни голос местный администратор, господин Тиор Элувель, темноволосый эльф, выступающий сейчас в роли понятого. — Даже если они несколько не соответствуют уровню нашего заведения.

Еще бы они препятствовали. Тут номер стоит столько, что в иной гостинице на эти деньги можно этаж снять.

— Еще тут профессор Райдер, Бригир и Банни были. И он, — добавил Илис, кивнув в сторону администратора. — Недавно. Но ты и так это знаешь.

Я снова кивнула и сбросила одеяло с кровати на пол. Под одеялом обнаружилась небольшая плетка, веревка и кисточка вроде малярной, но меньше и, видимо, мягче. А еще что-то вроде кошачьего хвоста на основании которого была короткая керамическая насадка.

— Хм, — сказал Илис. — Интересная штука. Это вроде протеза, да? А как его привязывают? Шнурков-то нет.

— Угу, — сказала я. — Что-то вроде. Только не думаю, что его привязывают. Скорее, как-то иначе крепят.

— Как? — было полюбопытствовал Илис но вдруг то ли догадался, то ли еще что-то и замолчал, округлив глаза. — Придумают же люди…

Бедный Илис. Кажется, у него мир перевернулся.

Вэнди подошла поближе и провела над кроватью своим портативным чарометром. Стрелка не сдвинулась — вещи были самые обычные.

— Интересно, — сказал Илис, отходя от легкого шока, — он в номере был, пока мы там, в башне, не начали. Телепортировался? А как узнал, что мы там?

— Общий фон тут повышен довольно значительно, — сказала Вэнди. — Это может быть следствием работы портала или того, что он в этой комнате артефакты хранил.

— Может, зверолюды умудрились ему Фью послать? — предположила я, открывая плательный шкаф.

В шкафу висели пять мужских сорочек, два белых кожаных костюма, розовый кожаный костюм и костюм сиреневый шерстяной. Внизу стояли белые и розовые туфли, а рядом — сиреневые кожаные сапоги. Рядом с сапогами — небольшой приоткрытый саквояж и два чемодана.

— Да нет, — махнул головой Илис. — Она раньше прилетала и позже.

— Среди артефактов мог быть какой-нибудь сторожевой или что-нибудь для связи, — заметила Вэнди.

Я заглянула в саквояж и едва удержалась от того, чтобы не отскочить в сторону. Серебро. Даже смотреть больно. И тут же голод накатил на меня, скрутил, едва не заставив сложиться пополам. Тот самый голод, что со дня моего восемнадцатилетия терзал меня, то почти полностью захватывая мой разум, то, ослабевая и становясь почти незаметным. Сегодня утром, когда я стояла против двух зверолюдов, чувствуя пряный солоноватый запах их крови, которую я сама им и пустила, и то было проще, чем сейчас. Тогда голод явственно ощущался, но терпеть его было вполне возможно, теперь же я почти и подумать ни о чем не могла. А я-то думала, что до ночи у меня еще есть время. Теперь же в голове шумело, а во рту чувствовался противный солоноватый привкус крови, собственной моей крови. Вкус, от которого можно избавиться только одним способом. Я явственно услышала, как стучат сердца Вэнди и эльфа. Сердце Илиса я тоже слышала, но ему-то как раз ничего не угрожало: кровь оборотня — яд для вампира.

— Илис, закрой саквояж, — хрипло попросила я, стараясь держать себя в руках. — Если тебя не затруднит.

Не знаю почему, но на Илиса серебро не оказывает никакого воздействия, хоть он и оборотень. Очень странно, если задуматься, вот только мне сейчас не до таких загадок природы.

— Надо осмотреть чемоданы, — добавила я, когда Илис закрыл саквояж. — Вытащи их на кровать, что ли…

Я отступила в сторону, уступая место Вэнди с чарометром.

Чемоданы оказались пусты, но Илис, принюхавшись, сказал, что там раньше была одежда и обувь, а Вэнди у одного из чемоданов обнаружила остаточный магический фон.

— Какая-то часть артефактов делила чемодан с обувью, — сказала Вэнди. — Судя по фону, около десятка артефактов третьего класса. Ну, или три-четыре второго.

Тошнота отступила, шум в голове затих, хотя солоноватый привкус во рту никуда не делся. Ничего, не впервой, справлюсь.

— А сколько каких у него было? — спросила я.

— Если я правильно помню, то восемь второго класса, четырнадцать четвертого и остальные — третьего, — ответила алхимичка.

— А чем эти классы отличаются? — спросил Илис.

— Силой моментального воздействия и полной энергией заряда, — ответила алхимичка. — Бывают еще артефакты первого класса и вне категорий, но если бы он привез их сюда, у него бы их конфисковали без всяких разговоров.

— А где он их тогда хранил? — задал резонный вопрос Илис.

— У него еще какие-нибудь чемоданы были? — спросила я.

— Кажется, были, еще три или четыре, точно не помню, — ответил администратор. — Мы специально звали Пьера, чтобы он отнес вещи господина виконта в номер.

— А куда же они делись? — спросила я.

Ответа на этот вопрос у господина Элувеля не было.

— Давай протокол осмотра, Илис, — вздохнув, сказала я.

Илис кивнул и сел за небольшой письменный стол, что стоял тут же, у окна. Свой блокнот доставать не стал, решив воспользоваться той бумагой, что лежала на столе.

— Хм, — вдруг сказал он, резко нагибаясь над столешницей и как-то сбоку рассматривая бумагу. — А тут буквы. Нацарапаны, без чернил.

Мы с Вэнди тут же оказались у стола.

— Этот лист лежал под тем листом, на котором писали, — сказала Вэнди.

— А, я знаю, — сказал Илис. — Теперь надо искоса почеркать карандашом, тогда буквы будет легко прочитать.

— Нет, — сказала Вэнди. — Один момент…

Она простерла над листом бумаги ладонь, что-то прошептала и с размаху ударила по нему. Тут же на листе проступили четкие буквы. Почерк был легкий, воздушный, немного размашистый.

— Имена, — сказала я, изучая находку, — целый список. Вернее его конец, если судить по нумерации. Первая фамилия — номер тридцать шесть, Алан Туск, глава комитета по пошлинам. Так, чиновники какие-то, купцы, лорды эльфийские… ох, тут и Квентин есть и я. Номера сорок три и сорок четыре.

— Да, — сказал Илис. — И Пфунг. Номер сорок девять.

Последним именем в списке было имя Лика Кортона — главы гильдии кожевников и значилось оно под номером шестьдесят. Голод, который отступил на шаг, снова вернулся тошнотой и накатил с прежней силой.

— Интересно, — сказала Вэнди. — Что это за список такой и кто, интересно, на первой странице?

А уж как мне интересно, кто бы знал! Увы, ответить на это мог только ла Локо, встреча с которым откладывалась на неопределенное время. Ну, ничего. Придет время, и я спрошу. И он мне ответит. Не сможет не ответить.

Илис Зорр, оборотень, старший констебль Стражи

— А сколько артефактов мы собрали в башне? — спросил Квентин.

Лежит на кровати. Бледный. Но голос не дрожит.

— Восемнадцать, плюс та бомба, — ответила Селена.