Это всё зелье! - Миклашевская Ольга - Страница 13

Поначалу я нигде не могла его найти, хотя расставленные по всей территории академии фонари обеспечивали прекрасную видимость. Но потом я вспомнила о старом дубе, на котором мы с Лисом раньше любили прятаться от посторонних глаз и есть лакрицу или играть в камешки.

Он действительно был там. Как обычно, сидел на самой толстой нижней ветке, спиной прислонившись к стволу.

Недолго думая, я скинула туфли, задрала юбку платья как можно выше и, словно обезьянка, полезла наверх.

– Подвинься, Лис, – попросила я шепотом, и он от неожиданности подчинился. – Ух ты! Давно я здесь не была! Но или ветка уменьшилась, или мы с тобой увеличились, потому что раньше нам здесь было не так тесно.

– Это все потому, что кто-то ел слишком много печенья, – криво улыбнулся парень, но было видно, что ему сейчас не до веселья.

Я по-дружески шлепнула его по рукам и запротестовала:

– Ничего подобного! Это никак не повлияло на мою фигуру!

– Но кое-что все-таки изменилось.

– Фу, извращенец.

Я немного поерзала и придвинулась к Лису поближе. Его рука легла мне на спину.

Мы просидели так, может, пять минут, а может, полчаса. Время в этот вечер уже не играло никакой роли. Я положила голову Лису на плечо и прикрыла глаза, как будто от усталости, но на самом деле я просто хотела как можно яснее запечатлеть в своей памяти этот момент.

– Теперь тебе действительно нравится мой брат?

– Я не знаю, Лис, – пробормотала я сквозь полудрему.

– А кто будет знать?

Сонливость как рукой сняло. Я выпрямилась и посмотрела прямо на него, чтобы не допустить никаких недоразумений.

– Послушай, для нас все это скоро закончится. И я не хочу, чтобы я потом жалела о том, что сказала тебе что-то лишнее.

– Ты действительно веришь, что пять лет назад сказала мне что-то лишнее?

– Странно, что ты вообще задаешь этот вопрос. – Я пожала плечами. – Лис, мне было всего четырнадцать. Я не сильно задумывалась над тем, какие последствия повлечет мой поступок.

– А что, если я тоже жалею, что так ответил тебе? – спросил Лис таким голосом, будто выдавал мне какую-то свою страшную тайну.

– Ты меня пугаешь. У тебя случайно нет температуры?

Я дотронулась до его лба, и он действительно весь горел, но что-то мне подсказывало, что дело вовсе не в простуде. Я завистливо поежилась от холода – ведь в платье с короткими рукавами сидеть осенними ночами на деревьях не так-то уж и тепло. Лис это заметил и, спохватившись, одолжил мне свой пиджак.

– Спасибо. Гораздо лучше. – Я искренне улыбнулась, но не получила улыбки в ответ.

– Прости, я не подумал. – Не знаю, относилась ли эта фраза к сегодняшнему вечеру или к той старой истории, но, в любом случае, говорил он на полном серьезе.

– Не думала, что ты умеешь извиняться.

– Я тоже.

Он привлек меня к себе и поцеловал в лоб – совсем как тогда, в первый день, когда он притащил в академию свою дурацкую арфу.

– И я больше не буду тебя торопить, – пообещал он. – Просто скажи мне, когда будешь готова.

– Готова к чему? – не поняла я.

Лис поднял в воздух обе руки, словно они были куклами в его импровизированном театре. И когда руки начали приближаться друг к другу, я затараторила:

– Все-все, больше мне объяснений не требуется. – И мы оба засмеялись.

– Тин, скажи, тебя что-то беспокоит? – спросил Лис, когда веселье улеглось.

Я подумала, что хуже сегодня уже не будет, и призналась:

– Вообще-то да. Меня много чего беспокоит.

Он ждал, пока я соберусь с мыслями.

– Во-первых, как я уже сказала, я боюсь даже думать о том, что со мной будет, когда все это закончится. Во-вторых, – я загибала пальцы, чтобы не сбиться, – я пытаюсь понять, где заканчивается действие зелья, и начинается моя собственная глупость. И в-третьих, мне кажется, я постепенно начинаю верить в то, что происходит. Я забываю про зелье и думаю, что так и должно быть. Это неправильно.

Лис выслушал меня крайне внимательно, но, что в этот момент творилось у него самого в голове и на сердце, я угадать не могла.

– Похоже, мой брат был прав.

– В чем?

– Я действительно трус, – сказал он, и больше в тот вечер к этой теме мы не возвращались.

Домой я добралась уже под утро. Родители то ли еще не пришли, то ли уже ушли, поэтому можно было не красться, как мышка. А на пороге меня поджидал черный кот.

– Эй, приятель! – Я потрепала животное по голове. – Давно не виделись! И где ты все это время пропадал?

Кот только загадочно мяукнул, а затем проскользнул в дом и был таков.

Снова я обнаружила его только тогда, когда собиралась ложиться спать. Оказывается, смывать косметику и снимать ослепительно-красивое вечернее платье далеко не так же приятно, как наносить первое и надевать второе. Включив ночник в причердачной комнатке, месте моего обитания, я увидела черного кота, нагло восседающего на тумбе у кровати.

– А я смотрю, ты осмелел, дружок. Смотри, чтобы тебя не поймали родители, иначе уже на следующий день окажешься где-нибудь на мусорной свалке. Эй! И не смей топтаться немытыми лапами по моей кровати! Я там сплю вообще-то!

Но коту, казалось, было наплевать. Тогда я быстро схватила его за задние лапы и потащила в ванную отмывать.

– Ты думаешь, что раз ты черный, то и грязи на тебе не видно? – приговаривала я, намыливая его между ушей.

Вопреки моим ожиданиям, кот не царапался, не кусался и вообще никак не сопротивлялся. Я на его месте не стала бы вести себя перед девушкой как тряпка.

Уже лежа в кровати, мы с котом грелись друг об друга, и я сонно пересказывала животному события прошедшего дня:

– …а потом он отшатнулся, как будто заметил у меня прыщ на носу, и на первой скорости погнал прочь из зала! Наверное, все-таки иногда в нем проступает его настоящая натура, с которой не способно справиться никакое искусно сваренное зелье. И все же я совсем не могу держать себя в руках, – пожаловалась я. – Мне кажется, еще чуть-чуть – и я буду умолять его на коленях, чтобы он поцеловал меня хотя бы в щечку. Хотя бы так. – И для наглядности я быстро чмокнула кота в розовый носик, от чего глаза у бедняги стали размером с блюдца. – Да, хотя бы тебе я могу признаться, что снова влюбилась в него по уши, – продолжила я, уткнувшись лицом в подушку. – Я ненавижу-ненавижу-ненавижу это проклятое зелье! Кто вообще выдумал эту дурацкую любовную магию, вот скажи мне???

Но кот, кажется, ответа на этот вопрос не знал.

– Завтра же я самолично отправлюсь на поиски противоядия. И пусть Тигра делает все, чтобы я до него не докопалась, мы еще посмотрим, кто кого! А потом – вот увидишь – мы с Лисом снова станем настоящими друзьями. И будет совершенно нормально, если между нами не будет ничего, кроме дружбы.

«Ты сама-то хоть в это веришь?» – читалось в светлых кошачьих глазах.

«Ну, по крайней мере, это был приятный вечер, – подумала я про себя, уже засыпая. – Пусть и без поцелуя».

Глава пятая, в которой концы не сходятся с концами

Наутро я проснулась совершенно разбитая. Нос опух, а под глазами красовались два огромных синяка, как будто я была единственной, кто вчера на вечере прикладывался к пуншу. Надеюсь, другие выглядят не лучше, хотя что мне за дело до других.

Любой другой выходной я бы с удовольствием провела в постели с книжкой, но сегодня была полна решимости перевернуть всю крепость кверху дном, лишь бы отыскать противоядие.

Для начала я выудила из шкафа свое лучшее выходное платье, затем тщательно причесалась и замазала круги под глазами, а в довершение всего достала из неприметной книги по домоводству все свои сбережения. И если Тигре пришлось потратить свои накопления на оригинальный рецепт, то я своими тратами собиралась уравновесить ее крайне неразумное решение.

Я пересчитала имеющиеся деньги, потом еще раз. И если бы там чего-то не хватало, я удивилась бы меньше.

– Обалдеть, – пробормотала я себе под нос, – в два раза больше.