Креольская принцесса - Уайт Бет - Страница 43

– Вы не трусиха, – горячась, возразил Рафаэль, – и вы правильно делаете, что никому не доверяете. Как представитель нейтральной стороны, я могу лишь сказать, что сделаю все от меня зависящее, чтобы обезопасить вас в это время вражды между британцами и американскими гражданами. Ваш отец, возможно, находится сейчас в самом безопасном для него месте. Я постараюсь поговорить с англичанами об освобождении вашего деда.

– Вы нашли Скарлет, а я думала, что потеряла ее навеки. Я очень вам признательна за это. – Она отвернулась. – Если бы я могла как-то отблагодарить вас…

– Вы можете. Сохраните наш разговор в секрете. В нужный час я приду за вами. Между тем смотрите и слушайте, будьте отважной девушкой, какой я вас знаю. – Он взял ее за руки и поочередно их поцеловал. – Теперь давайте пойдем внутрь и отведаем отменных бенье и кофе с цикорием. Кажется, я проголодался сильнее, чем обычно.

Он широко улыбнулся, заставив девушку покраснеть.

Лиз устроилась на школьном полу. Вокруг нее кружком сидели дети. Креолка одной рукой обнимала маленькую Дженни, которая с замиранием сердца слушала Сюзанн Бутэн, читавшую историю, написанную специально, чтобы порадовать малышей. Это была очень необычная история – про рыжеволосую принцессу, турецкого людоеда и фею с маленькими кинжалами вместо ногтей, – но Лиз было сложно определить, кто чего хотел в этой сказке.

Она постоянно думала, получится ли у Рафаэля вызволить ее деда из тюрьмы. Он выполнил обещание и спас Скарлет. По крайней мере он так сказал.

«В нужный час я приду за вами».

Эти слова, которые были так похожи на то, что говорил ей дед во время Марди гра, обещали так много и в то же время так мало. Что он имел в виду? Он ни словом не обмолвился о свадьбе.

Между тем, когда он спросил ее, присягнула ли она Англии, она тоже не была многословна. И зачем он задал этот вопрос? Что, если он шпион?

Он повторял, что она не должна никому доверять. Если она поступит мудро, то не будет доверять даже Рафаэлю.

– Мисс Ланье! Я спрашиваю, хотите, чтобы я оставила рассказ у вас на столе?

Лиз заморгала и удивленно уставилась на озадаченное личико Сюзанн.

– О да, конечно! Я поищу в нем грамматические и орфографические ошибки и верну его завтра. – Она тепло улыбнулась Сюзанн. – Какая чудесная история. Я знаю, что ты хорошо потрудилась, сделав ее ясной и понятной для нас всех.

Сюзанн пожала плечами:

– Я старалась сделать ее страшной, а не чудесной. Но спасибо… наверное.

– В любом случае твой творческий подход заслуживает всяческих похвал. – Лиз встала с пола и протянула Дженни руку. – Дети, садитесь за парты. Наступило время урока математики. Кто может наизусть рассказать таблицу умножения?

Дети, недовольно вздыхая, начали занимать места за партами. Как только они уселись, кто-то постучал в дверь.

– Мисс Ланье! Лиз! Откройте.

Этот мужской голос был знаком Лиз.

Она поспешила к двери.

– Нил! – Усилием воли она подавила раздражение. – Господин Маклеод, у нас урок. Чем я могу помочь?

– Отправляй их домой. Ты должна пойти со мной.

Лиз замерла.

– Почему?

– Тебя зовет майор Редмонд.

– А если я откажусь?

– Лиз, не заставляй меня…

– Что? И меня арестуешь?

Нил помрачнел:

– Нас же слушают дети.

– Да, слушают. – Она замолчала. Маклеод поморщился. – Хорошо. Дети, все идем на обед. Продолжим через час…

– Возможно, часа будет недостаточно, – вмешался Нил. – Мисс Ланье прозвенит в звонок, когда придет время возвращаться.

Лиз сердито посмотрела на него, но ничего не могла поделать.

– Возьму шаль. Жди на улице.

Она захлопнула дверь перед самым его носом и начала помогать детям убирать в столы учебники и канцелярские принадлежности. Наконец она открыла дверь и вышла на улицу последней. Она заперла дверь и повернулась, кутаясь в шаль.

– В чем дело, Нил? С моим дедом все в порядке?

– Все хорошо, но я больше ничего не могу говорить. – Он предложил ей взять его под руку, но она не обратила на него внимания. Нил понуро поплелся за ней, словно щенок. – Я не понимаю, почему ты злишься на меня. Я ничего не сделал.

– Это точно. – Она бросила на него сердитый взгляд. – Ты ничего не делаешь, только приказы выполняешь. – Лиз подумала, что о ней можно было сказать то же самое. Эта мысль ее не обрадовала. – Я не злюсь на тебя, Нил, я просто волнуюсь. Разве тебя не беспокоит то, что честных горожан арестовывают за то, что они выражают свою точку зрения в общественном месте?

– Джеймс Уиллинг – офицер армии повстанцев. Твой отец… прости, Лиз, но он пьяница и смутьян, каким был и твой дядя Гийом.

Лиз не могла поверить своим ушам.

– Дядю Гийома казнили испанцы при других обстоятельствах много лет назад. Ты считаешь, что и моего отца надо повесить как предателя?

– Конечно нет, но… но… сейчас, я тебе уже сказал, что не могу это обсуждать, а ты меня заставляешь… – Нил схватил ее за локоть, заставив остановиться. Когда она удивленно посмотрела на него, он выпалил: – Лиз, я хочу кое-что сказать, а потом мы пойдем в форт. Мои чувства к тебе не имеют никакого отношения к моим обязанностям перед командованием. Я тебя люблю, но, если ты не позволишь мне тебя защищать, тебе придется смириться с последствиями такого решения.

Лиз показалось, что ее голова вот-вот лопнет.

– Разве это правильно? Ну, позволь мне кое-что сказать тебе, расфуфыренный петух! Это не то место, где ты можешь предъявлять мне ультиматумы или шантажировать своими глупыми угрозами! Ты не можешь приказывать мне, во что верить, ты не можешь заставить меня повернуться к отцу спиной, пьяница он или нет, и ты не можешь заставить меня выйти за тебя замуж!

Она развернулась и поспешила к воротам форта.

– Подожди, Лиз!

Нил положил ей руки на плечи, но она тут же сбросила их.

– Оставь меня в покое!

Ворота распахнулись, и она забежала внутрь, чуть не столкнувшись с негритянкой, несшей в руках корзину с бельем. Обойдя ее, Лиз направилась к зданию штаба. Она слышала, как Нил топает у нее за спиной.

В последнюю минуту он догнал ее и обежал, чтобы первым добраться до двери. Быстро постучав, он распахнул дверь.

– Пришла мисс Ланье по приказу майора, – выдохнул он.

Капрал Тулли смерил его своим фирменным мрачным взглядом.

– Пора, пора. Пусть заходит.

Ситуация перестала быть забавной. Дейзи быстро пересекла плац в центре форта. Она не помнила, чтобы когда-то так расстраивалась. Как папа мог так обойтись с отцом и дедом Лиз? Их держат под замком уже две недели и кормят кое-как. Несчастный старый мистер Шаз ослабел от голода, а мистера Антуана явно били, чтобы получить информацию. Его когда-то красивое лицо осунулось, а темные пятна синяков обезобразили красиво очерченные скулы. В уголках рта появились небольшие кровоточащие ранки.

Она узнала обо всем этом лишь неделю спустя. В конце концов, солдаты начали обсуждать узников, и она это услышала. Когда Дейзи стала задавать вопросы, отец сначала туманно отвечал, что просто поставил непослушного ребенка в угол. Потом он приказал ей держаться подальше от гауптвахты, где были заперты французы, и даже пригрозил, что посадит под домашний арест, если она не подчинится.

Ну, сегодня она не подчинилась.

Она нашла обоих Ланье в узкой низкой камере в дальнем конце здания. Неделей ранее эту камеру затопило водой после проливного дождя. По всей видимости, они спали на мокром, холодном полу. Джеймс Уиллинг, американец, который стал причиной всей этой истории, тоже сидел, но так как он был офицером, то в его камере были кровать, стул и письменный стол, и кормили его сравнительно неплохо.

– Ланье предатели, – сообщил ей караульный, словно бы это оправдывало такое варварское отношение, – они хуже врагов в форме.

Дейзи отвесила этому самодовольному человеку оплеуху и потребовала, чтобы мистера Шаза перевели в сухую камеру и дали еды. Когда он отказался, ведь ее отец ему такого приказа не давал, она развернулась и пошла к отцу. Папá отдаст такой приказ. Она заставит его.