Надежда - Талан Светлана - Страница 62

Отец замолчал и устало потер ладонью наморщенный лоб.

– Тогда Ксению Ивановну спасли, но ей вынуждены были удалить все женские органы. Мы оба поняли, что с детьми опоздали… Потом она пошла проведать младенца, уцелевшего в автокатастрофе, и буквально на следующий день стала умолять меня его усыновить… Святая женщина! Она должна была ненавидеть ту пьяную бабу, лишившую ее радости материнства, и ее ребенка. А она… она решила посвятить свою жизнь воспитанию сына нерадивой матери. Честно говоря, я согласился на усыновление ребенка сначала только ради нее. А потом… Вскоре я полюбил его и считал родным. Тогда я дал обещание Ксении Ивановне, что бы ни случилось, не оставлять сына и… ее. А также я поклялся унести тайну усыновления с собой в могилу… Потом я встретил Алю и безумно влюбился. Так появилась на свет Павлинка, потом… Собственно говоря, дальше вы уже все знаете, – закончил отец и вздохнул так, словно сбросил с плеч тяжесть, которая давила на них долгие годы.

– Значит, Юра… не мой брат? – промямлила я, чувствуя, как силы вновь возвращаются ко мне и мир расцвечивается красками.

– Папа… папа… – все повторял Юра, и наконец наши взгляды встретились.

– Да! Да! Балбес ты мой, – сказал отец, поглядывая то на Юру, то на меня. – Тоже мне, следователь сраный!

Я сорвалась с места в одно мгновенье с Юрой и попала в его объятия.

– Юра, Юрочка! – прошептала я, готовая поделиться радостью со всем миром.

– Лисенок, – шептал он, крепче прижимая меня к себе. – Лисенок, я люблю тебя…

– И я тебя, – прошептала я, чувствуя себя счастливой в его таких теплых и надежных объятиях.

Послесловие

Я не захотела обратно лететь на самолете, а поехала на поезде. Мне хотелось еще раз, уже последний, проехать мимо знакомого перрона, чтобы навсегда проститься с прошлым Гадкого утенка. В ближайшие мои планы входило сдать экзамены и перевестись в тюменский институт. Надо было поставить на могилку мамы красивый и необычный памятник и поблагодарить Степана Ивановича за все, что он сделал для мамы и для меня. Поблагодарить и проститься с ним, ибо я собиралась покинуть этот город.

Здесь, в домике на колесах я рассказала историю своей жизни случайной попутчице тете Лиде и, надеюсь, хоть косвенно помогла ее дочери Ане.

«Надеяться, главное – надеяться, – думала я. – Именно надежда помогает людям в трудную минуту. Из нее мы черпаем жизненные силы, чтобы устремляться вперед, к новым вершинам. Так учила меня мама, и в этом я убедилась сама. Хотя, если честно, она, эта надежда, однажды чуть было меня не покинула».