Цветы из огненного рая - Ларк Сара - Страница 108

– Новичкам везет! – не сдавался он. – Но, черт возьми!..

Глава 8

Лора оказалась права. Кольт действительно помог Иде почувствовать себя увереннее в пустом доме, хотя она спрятала его в самый дальний угол кухонного стола. Если бы на нее действительно напали, то она ни за что не сумела бы вовремя схватить оружие, однако уже сам факт его наличия успокаивал. Охотник терпеливо ходил за ней по пятам, пока она всячески старалась наполнить делами одинокие дни. Она работала в огороде, красила и пряла шерсть, даже рубила дрова, пока не начинала чувствовать усталость. Ночью она забиралась под одеяло и обнимала собаку, чтобы ничего не слышать и не видеть. Таким образом она пережила последние дни до возвращения своих мужчин и Кэт – и расплакалась, бросившись подруге на шею.

– Слава богу, вы вернулись! – всхлипывала она. – Слава богу! Мне было так одиноко, я все время представляла себе ужасные вещи, которые могли с вами случиться.

– Не глупи, Ида! – набросился на нее Оттфрид, видимо, разозлившись из-за того, что она обняла Кэт, а с ним даже не поздоровалась. – Нам ничто не угрожало. Пока ты тут бездельничала и наслаждалась жизнью, я сделал тебя богатой женщиной! Могла бы хоть спасибо сказать.

– Никаких благодарственных молитв, Отти! – перебил его Джоуи.

Было заметно, что ему действует на нервы нарочитая набожность мекленбуржцев, к которой время от времени возвращался Оттфрид. В пути Гибсон даже отучил его читать застольную молитву. «Лучше распряги коней или займись чем-нибудь полезным», – говорил он.

Но Ида не обращала внимания на мужчин, а продолжала с удивлением смотреть на Кэт.

– Правда? – негромко спросила она. – У вас действительно получилось?

Кэт пожала плечами:

– Ну, мы выторговали у маори бескрайние земли за несколько безделушек, и, если действительно найдутся поселенцы, которые дадут Джоуи и Оттфриду кучу денег за них, то, возможно, все и получится. Однако, если хочешь знать мое мнение, – она перешла на английский, поскольку Оттфрид все еще крутился рядом, – многое еще может пойти не так. Но давай для начала выпьем чаю, Ида, а ты мне расскажешь, как здесь жила. Выглядишь ты не очень хорошо. Слишком бледная и худая. А как малыш? Уже шевелится? Я своего давно чувствую!

Вид у Кэт был цветущий. Время, проведенное среди нгаи таху, пошло ей на пользу, она теперь искренне радовалась ребенку. Слушая ее рассказ о поездке на равнины, Ида завидовала ей. Сама она рассказала Кэт, что гостила у Редвудов, но не упомянула о том, что послужило поводом для этого, и об оружии тоже не сказала ни слова. Она стыдилась собственных страхов. Но Кэт, разумеется, все равно поняла, что у подруги далеко не все в порядке.

– В любом случае в ближайшие несколько недель ты не останешься одна. Земли теперь у них с избытком, хорошей плодородной земли, хотя она расположена довольно далеко. Если хочешь знать мое мнение, найти для нее покупателей будет непросто. Но, как бы там ни было, они будут искать поселенцев без меня. С ними они могут говорить и на своем языке. А мы тем временем останемся тут и родим наших детей. – Она провела рукой по своему уже довольно заметному животу и пропела: – Хаэре маи, малыш!

Ида в смущении помешивала чай. Ее собственная беременность еще больше бросалась в глаза, хотя срок у них был примерно одинаковый. Однако Ида была худой и измученной, поэтому ее живот так сильно выпирал. Казалось, ребенок забирал все ее силы.

– Мой тоже все время пинается, – наконец сказала она.

Но она не собиралась петь ему колыбельную, более того, ей хотелось признаться, что она считает своего ребенка не подарком судьбы, а паразитом.

Следующие несколько недель действительно прошли для Иды и Кэт достаточно спокойно. Волноваться приходилось только тогда, когда в гости приезжала Лора Редвуд. В такие дни Кэт поспешно пряталась в каком-нибудь укрытии. Иде постоянно приходилось придумывать правдоподобные отговорки, чтобы объяснить, почему не показывается ее подруга. Однако, увидев, что Ида поправилась, Лора стала приходить реже. Ида наконец набрала несколько килограммов и постепенно вернула былую красоту. Лора, довольная этим, с гордостью вручила Иде один из первых кругов мекленбургского сыра.

– Первые мы даже продавать не будем, – сияя, говорила она. – Парни хотят съесть все сами! И овечий сыр теперь твердый и долго хранится, а с травами он стал очень вкусным! Продаваться будет отлично – и не без моего участия, я так парням и сказала! Я не позволю им пожинать мои лавры! И, когда они в следующий раз поедут в Порт-Викторию, я отправлюсь с ними!

Ида знала, что Редвуды обычно ездят туда на ярмарку, или к прибытию крупного судна, или в связи с другим подобным событием, и она надеялась, что оно совпадет с датой родов. Она даже думать не хотела о том, что случится, если Лора явится к ним в этот час и выяснит, что «близнецы» появились на свет не одновременно и, более того, у разных матерей.

– Судя по тому, что ты рассказывала, она даже не удивится, – говорила Кэт, но Ида настаивала на том, что лично она в этом случае провалится сквозь землю от стыда.

Оттфрида и Гибсона женщины почти не видели до самых родов. Они оба много путешествовали, поскольку, как и опасалась Кэт, покупателей для приобретенных ими земель найти было непросто. К счастью, финансовый кризис удалось предотвратить, когда капитан Редьярд Батлер купил сразу три участка: он сумел разбогатеть, занимаясь китобойным промыслом на западном побережье. При этом сам он китов не ловил, а командовал парусником, который отвозил в Англию продукты промысла. Теперь он женился на англичанке и намеревался где-нибудь осесть. А поскольку в районе Порт-Виктории планировали построить город, для которого, по слухам, англиканская церковь уже вербовала переселенцев, Батлер сделал выбор в пользу равнин: его молодая жена была прихожанкой этой церкви. Капитан взял наделы у самой реки, чтобы в будущем быстрее добираться до города.

– Жена у него – настоящая леди! – рассказывал Гибсон. – Редкой красоты женщина, хоть и несколько худощава…

– И теперь этот Батлер хочет построить ей на равнинах настоящий дворец, – продолжал Оттфрид. – Уже нанимает рабочих, заказал материал… Огромная будет стройка. Надеюсь, это не напугает наших дикарей.

– Нгаи таху будут счастливы, – сказала Кэт. – По крайней мере, если для них на строительстве тоже найдется работа.

Гибсон пожал плечами:

– А отчего бы ей не найтись, капитан и на маори говорит неплохо. В общем, не боится он этих татуированных ребят. И мы уже имеем втрое больше того, что вложили!

И действительно, каждый из мужчин получил по двести семьдесят фунтов прибыли – три сотни за вычетом стоимости товаров. Точно такую сумму отец Оттфрида заплатил в свое время за свой участок в Санкт-Паулидорфе; она была впятеро больше той, которую выплатили Те Кахунгуну.

– Следующие продажи принесут чистую прибыль, – радовался Оттфрид.

Однако дальше дело не шло. Вербовать колонистов в Пурау было невозможно. В Порт-Виктории встречались только ловцы удачи да моряки.

– Я мог бы попытать счастья в Веллингтоне, – предложил наконец Гибсон.

Оттфрид же больше рассчитывал на Нельсон. Он слышал, что туда прибыла еще одна партия немецких колонистов. Если они будут так же разочарованы, как переселенцы с «Санкт-Паули», если их так же обманут с землей, то, возможно, они смогут забрать у Новозеландской компании часть вложенных средств и переселиться на равнины.

В конце концов мужчины решили вместе ехать на север. Оттфрид разведает обстановку в Нельсоне, а Гибсон сядет там на судно и отправится на Северный остров. Ида и Кэт, облегченно вздохнув, проводили их.

– Думаешь, у них получится? – с тревогой поинтересовалась Ида.

Кэт пожала плечами:

– Если нет, то вы возьмете один из участков себе и устроите там ферму. Деньги для старта у вас уже есть. Да, я понимаю, это не то, на что рассчитывал Оттфрид. Но в любом случае это выход.