Цветы из огненного рая - Ларк Сара - Страница 131

Карл кивнул, надеясь, что сделка с Оттфридом не скажется на потомстве овец станции Фенрой. Как бы там ни было, а до сих пор никто понятия не имел, каких овец продают на рынке в Нельсоне. Но вскоре Карл полностью сосредоточился на науке овцеводства, которую ему с радостью преподали братья Динс. У молодого человека все получалось: он всегда с удовольствием работал с животными, кроме того, он с наслаждением наблюдал за тем, как расцветает Ида в обществе жен Динсов. Овцы все еще ягнились, и женщины им помогали, если возникали какие-то трудности. Руки у них были меньше, и им было легче повернуть ягненка и помочь ему появиться на свет, если он застревал в родовом канале.

У Кэт это тоже получалось отлично, на помощь пришел опыт, полученный у маори: Те Ронга часто брала ее с собой, когда помогала родить соплеменнице. Но самое главное, ей вдруг понравилось работать с овцами. Еще в Санкт-Паулидорфе, как и в Пурау, она любила ухаживать за коровами, однако их размер заставлял ее держаться на почтительном расстоянии от них. Овцы были не так велики, а ягнята и вовсе выглядели очень мило. Также Кэт понравилось возиться и с овчарками, к которым она очень быстро привыкла. Ида тоже с большим энтузиазмом помогала овцам ягниться. Она храбро бралась за дело, ее не пугали ни кровь, ни другие жидкости. К огромному удивлению Кэт, вся ее чопорность проявлялась только в общении с людьми. Когда маленькие пушистые существа с блеянием пытались дотянуться до вымени своей матери, Ида смотрела на них с гордостью и светилась от счастья.

– Значит, ты была бы не против того, чтобы обосноваться на овечьей ферме? – осторожно поинтересовался Карл, когда она, сияя, показала ему своих питомцев. Последние три ягненка родились у его овец.

Ида робко улыбнулась.

– Кому же это может не нравиться? – спросила она, махнув рукой в сторону дома и выгонов Риккартона.

Пейзаж был действительно восхитительным, в Рабен-Штейнфельде даже в самые лучшие летние дни не бывало так красиво. В остальном же местность напоминала Мекленбург, если не обращать внимания на величественные силуэты Южных Альп, то четко очерченные, то исчезающие в тумане. Из-за них пейзаж выглядел слегка нереальным. Иногда казалось, что овцы пасутся у самого неба. Вокруг Риккартона холмов было совсем мало. Сейчас, в начале лета, травы туссока наливались сочной зеленью, и овцы на выгонах напоминали белые капли краски. Дома Динсов были построены из простой древесины, но ярко раскрашены, что весьма поднимало настроение. За домами стояли хлева и сараи для стрижки овец. По ярко-голубому небу тянулись белоснежные, похожие на клочки ваты облака, словно там, наверху, тоже паслось стадо овец. Его синева и тени облаков отражались в лениво текущем неподалеку Эйвоне.

– Здесь просто чудесно, – сказала Ида.

Карл кивнул:

– Конечно. Но это именно то, чего ты всегда хотела? Ты можешь представить себе, что всю жизнь проведешь на подобной ферме? Ты была бы… счастлива?

По лицу Иды промелькнула тень.

– Сколько раз тебе повторять, что мне желать нечего? – сердито поинтересовалась она. – И счастье наверняка не на моей стороне. Если тебе обязательно нужно знать, то в данный момент я могу представить себе все что угодно, лишь бы это помогло построить для девочек надежный дом. Я хочу просыпаться утром и ничего не бояться. А вечером… – Она осеклась, вдруг с болью осознав, что никогда не ляжет в постель без страха, пока она замужем за Оттфридом. Однако Карлу об этом знать было не обязательно. – А вечером я хочу наслаждаться миром и благочестием, – закончила Ида.

Однако ее последние слова прозвучали не с гордостью, как она хотела, а скорее жалобно. У Карла заныло сердце.

Карл и его спутницы провели у Динсов две недели, а затем продолжили путь в долину Ваймакарири. В благодарность за помощь Карл оставил Уильяму овцематку с ягненком, великолепным маленьким барашком.

– Он станет одним из родоначальников новой породы, – обрадовался Уильям и предложил Карлу дальнейшее сотрудничество: – Всегда полезно меняться животными, в том числе и крупным рогатым скотом. Если у вашей коровы будет бычок… Мы очень в этом заинтересованы.

У Динсов было несколько бычков, однако все они принадлежали к одной породе и состояли в ближайшем родстве друг с другом.

Перегнать овец вверх по реке оказалось проще, чем думал Карл. Охотник проявил природный талант к гуртованию – Динсы немного поработали с ним, и вскоре он уже знал самые важные команды. У Приятеля инстинкт и так был в крови, да и Бренди, мерину Карла, похоже, тоже нравилось загонять овец. Он часто заранее предугадывал, где Карлу может понадобиться помощь, и иногда сам, без понуканий, бросался преследовать отбившееся от стада животное. Поэтому овцы послушно шли за повозкой, которая, однако, вынуждена была приспосабливаться к мерному шагу коровы, поэтому вся процессия продвигалась вперед очень медленно.

Вечерами Карл ставил палатку, а женщины и дети спали в повозке. Было тепло, но они все равно разводили костер, на котором жарили рыбу или кроликов. От Карла Ида не скрывала своих талантов. Он уже знал, что у нее есть револьвер, и теперь открыто восхищался ее меткостью:

– Я слышал о легендарных стрелках из Америки и знаю, что помещик тоже довольно ловко управлялся со своим охотничьим ружьем. Но попасть в крохотного кролика, да еще и мчащегося от тебя со всех ног… это просто невероятно!

– Легендарных стрелках? – переспросила Ида.

Кэт рассмеялась и пообещала вечером рассказать нечто интересное.

– Я могу поведать тебе кое-что о стрелках с Дикого Запада, – сказала она. – Однако не уверена, что это правда.

Она вспомнила те дешевые книжки, которые Мэри приносила в комнату горничных в доме Бейтов: с их помощью Кэт училась читать по-английски. А вечером она действительно возродила традицию рассказывать сказки у костра, как когда-то во время путешествия с Гибсоном, Элсбет и Эрихом. Карлу нечем было их развлечь – в последние годы он читал много, но в основном учебники по геологии и землемерным методикам. О «Ромео и Джульетте» он впервые услышал от Кэт, которой пришлось вернуться к этой истории, когда Иде показалось, что легенды о героях Дикого Запада слишком уж кровавы.

– Что ж, крови в этой пьесе тоже льется достаточно, – наконец произнес Карл. – И финал очень грустный. Нельзя ли его изменить?

Кэт пожала плечами.

– Мне не хватает воображения, – ответила она. – Попробуй сам. Мне кажется, Ида любит истории со счастливым концом.

Под нежным взглядом Карла Ида покраснела. А затем он вдруг в ярких красках описал, как при виде мнимо умершей Джульетты Ромео застыл, вспоминая все прекрасные моменты их любви, а в тот самый миг, когда он хотел проглотить яд, появился Лоренцо. Пока тот все объяснял Ромео, Джульетта проснулась.

– Но потом пришли их родители, и все снова стали ссориться, – усмехнулась Ида. – Или отец Джульетты заколол Ромео, а Джульетта приняла яд, и…

– Нет, – мягко произнес Карл. – Ромео и Джульетта сбежали вместе и жили припеваючи в стране у моря, где всегда тепло и светит солнце.

Он пытался встретиться взглядом с Идой, и, на миг растерявшись, она посмотрела ему в глаза. Круг тут же сомкнулся, они оба словно опять оказались на краю древнего леса в Байе, ощутили жар солнца, услышали рокот барабанов и шелест волн на песке.

– Такой страны не существует! – заявила Кэт. – По крайней мере, мне так кажется. Должен ведь иногда идти дождь, иначе все засохнет. Кроме того, им обоим нужно как-то зарабатывать деньги. А Ромео, наверное, только и умеет, что махать мечом. Так что он мог разве что пойти в солдаты, и тогда…

– Это ведь просто история, – в один голос сказали Карл и Ида, а затем рассмеялись вместе, пока Ида не разрушила очарование.

– На самом деле… – пробормотала она и заставила себя посмотреть на догорающее пламя, отведя взгляд от лица Карла. – На самом же деле они не будут счастливы, но и не умрут. Джульетта выйдет замуж за Париса, Ромео отправится в Мантую. А потом встретит другую девушку.