You are not alone, brother. Part II (СИ) - "La_List" - Страница 16

Надеюсь, глава понравится.

Глава 11. "Как раньше".

– Я не вижу результатов, колдун! – Всеотец резко поднимается с кресла и делает нервный шаг в сторону завешенного каким-то тряпьем окна, – молот уже давно должен был подчинить себе Тора и вытравить из него эту пагубную привязанность к йотуну, которая довела всех нас до порога Рагнарека!

Малх вздрагивает и вроде даже вжимается в изодранное сидение. Но в глазах у него насмешка.

– Не все сразу, господин. Такая магия не действует резко. Она постепенно подтачивает душу и в самый нужный момент – разрушает все, на что направлена. Когда я накладывал это заклятие на оружие твоего сына, поверь, я постарался, чтобы все было сделано верно. Тебе не о чем волноваться.

Один отворачивается к оконному проему и будто в пустоту выговаривает:

– Откуда в нем это? Я никогда не думал, что Тор может настолько полюбить этого йотунхеймского выродка! Я воспитывал в моем сыне гордость, нетерпимость к предательству... А он, вместо того, чтобы убить ублюдка на месте, спасает его, руша тем самым так тщательно выстраиваемые дипломатические связи! И теперь это! Кто бы мог подумать, что он додумается до подобного!

Старик усмехается и качает головой:

– Я не совсем понимаю, зачем ты завел этот разговор именно со мной, но если ты ждешь от меня ответа – то я скажу одно: Локи великолепен. Он настолько сильный маг, что...

– Не нужно расписывать передо мной его достоинства! – взрывается Верховный Бог, – я осведомлен о способностях Локи, и даже о том, что сейчас он стал гораздо сильнее.

Колдун пожимает плечами:

– Тогда ты должен понимать, что если я буду действовать резче, то Локи может что-то заподозрить. Откуда мы знаем, насколько глубока их связь? Заклинание должно быть незаметным, чтобы магия молота прикрывала его.

Всеотец бросает злой взгляд на мага и исчезает в яркой вспышке света.

– Будь ты проклят, ублюдок! – змеей шипит ему в след колдун.

***

Тор лежит на постели, пустыми глазами уставившись в потолок. В голове пусто, будто все мысли вымели из сознания... Белая краска кажется зеленоватой. Какой-то нежный зеленый оттенок... Такого цвета у Локи была рубашка. Тонкая, легкая... Через нее чувствовалась ледяная кожа брата.

Ветер шевелит полупрозрачные занавески на окне, шуршит свитками на столе... Теперь комната завалена ими. Тор читает взахлеб. Запоем... как когда-то его младший брат. Книги помогают отвлечься. Но после – Бог Грома чувствует себя предателем. Он ведь должен найти... Должен искать... Но все заходит в тупик. Никто не берется помочь. И громовержцу остается одно – ждать. Ждать когда Локи сам явится к нему.

Доносятся жуткие слухи о резне в Мидгарде, о реках крови, о трупах с вырванными сердцами, о полчищах демонов и чудовищ... И каждый, кто выжил с ненавистью и животным страхом произносил имя Бога Безумия.

И слушая эти леденящие душу рассказы Тору каждый раз чудятся жуткие, светящиеся глаза брата, черная кровь, капающая с тонких белых пальцев... И тихий, шипящий голос...

– Я тоже боюсь, Тор...

Что произошло с его братом? Что Хель сотворила с ним?

И снова навязчиво мерещатся светящиеся красным зрачки...

Бог Грома садится на край постели, тянется за очередным фолиантом и... книга со стуком падает на пол. Потому что в углу, прислонившись к стене, стоит Локи. На трикстере пафосный боевой доспех, густо заляпанный кровью. На впалой щеке – красное размазанное пятно. Маг как-то натянуто улыбается, поднимая уголок рта.

– Здравствуй, брат, – голос младшего глуховатый, чуть с хрипотцой. В интонациях появилось что-то чужое, холодное...

Тор чувствует, как в висках стучит кровь.

– Локи... Хаймделл, он...

– Нас никто не увидит.

В звенящей тишине слова звучат как-то двусмысленно угрожающе. И Богу Грома становится откровенно не по себе. В голову начинают лезть ужасные картины, пересказанные тысячу раз...

– Я принес тебе подарок, Тор, – чуть помолчав, выговаривает Локи. – Плата за то, что ты вытащил меня.

– Локи, я ведь... Я знаю, что ты сделал ради меня. Это я должен был закрыть свой долг перед тобой, – громовержец вглядывается в глаза мага, пытаясь найти хоть тень эмоций, хотя бы проблеск...

– Кто рассказал тебе? Малх? – трикстер отталкивается от стены и делает шаг к кровати.

Бог Грома неосознанно сжимает пальцы в кулак и следит за нарочито медленными движениями младшего.

– Да, он сказал мне. Я нашел книгу, с твоими заметками...

– То есть ты спас меня только потому, что был должен? – в голосе трикстера появляются насмешливые нотки.

– Ты же знаешь, что это не так, Локи, – Тор качает головой, – я узнал о том, что ты сделал для меня только перед самым Ритуалом. Можно сказать, в процессе...

По лицу мага пробегает неуловимая волна. Тору кажется, что губы Бога Безумия чуть дергаются. Будто от боли...

– В любом случае... – со странным трудом выдыхает Лофт, – я не рассчитывал, что ты узнаешь об этом, поэтому легко понять, что не ждал оплаты.

Быстрое движение руки – и в тонких пальцах трикстера появляется что-то светящееся, что-то...

Тело реагирует быстрее разума... Ладонь привычно ловит молот, легкая вибрация пронизывает мышцы... И уже ставшее привычным ощущение «сил взаймы».

А Локи даже не отшатывается. Его тонкие губы кривятся в некрасивой издевательской усмешке:

– Я ничего не сделаю тебе... По крайней мере – не сегодня. Я лишь хотел вернуть тебе твое бессмертие, Тор.

– Я... – Тор судорожно анализирует свою внезапную агрессию, – это получилось как-то автоматически... Я наслушался всех этих историй из Мидгарда...

– О, истории... Думаю, рассказы – лишь бледная тень того, что там творится, – самодовольно улыбается маг.

И вдруг оказывается совсем рядом и без предупреждения кладет раскрытую ладонь на грудь Бога Грома, ровно напротив сердца...

Тор не чувствует ничего, кроме холода пальцев брата... А трикстер встает совсем вплотную, прижимается... И под его ладонью начинает разливаться молочно-белое, нежное сияние... Оно окутывает их обоих, будто греет... Ласково, аккуратно...

А Локи, почти прижавшись губами к уху старшего, шепчет что-то на непонятном языке. Слова певучие, красивые... Свет становится все ярче, а голос брата все четче... Его пальцы впиваются в плечо Бога Грома, наверняка останутся синяки... Но в данный момент Тора это не волнует. Он чувствует прижавшееся к нему худое тело младшего, его хрипловатый голос, и это тепло... Тепло так резко контрастирующее с холодом брата. Молот исчезает из руки, будто понимая, что происходит... Под ладонями хрупкая спина, ярко выделяющиеся позвонки...