Охотники (СИ) - Штука Анастасия Викторовна - Страница 36

Рин замолчал, с трудом заставляя себя успокоиться и сдержать резкие слова. Он с силой сжал перила лестницы одной рукой, глядя себе под ноги. Она знала, что отец охотника рано ушел из жизни, погибнув во время сильного наводнения, пытаясь спасти свою семью. Это была еще одна тема, которую Рин никогда не затрагивал в разговоре. С раннего детства ни в чем не нуждаясь, и довольно долго даже не подозревая о том, что такое вообще возможно, Кира могла лишь гадать, какие беды, трудности и лишения пережила его мать в то невероятно тяжелое время, оставшись без поддержки и помощи, с маленькими детьми на руках, да еще и похоронив любимого мужа. И что пришлось испытать ему самому, ведь с самого детства он тяжело и много работал, не покладая рук, чтобы заработать лишнюю монетку, которая помогла бы его семье не умереть от голода. Не удивительно, почему он так не любил тех, кто бездумно проживал свою жизнь, не заботясь ни о чем кроме собственного удобства и комфорта.

-Зато каждый из них может только мечтать о такой семье, как у тебя. Ведь здесь никто не способен любить по-настоящему: горячо, преданно, беззаветно, отдавая всего себя. Их с детства приучают к тому, чтобы скрывать свои настоящие чувства за вежливой и фальшивой улыбкой. А затем годами подавляемые эмоции начинают безобразным образом вырываться наружу, навлекая на них беды и несчастья.

-Помнится, моя семья едва не довела тебя до сердечного приступа, - усмехнулся Рин, поднимая на нее смеющиеся глаза, в глубине которых поблескивали серебристые искорки.

Кира недовольно поморщилась. Вот ведь какой он внимательный, даже после удавшейся гулянки, в состоянии жесточайшего и мучительного похмелья способен заметить такую малость, как шокированное лицо одной отдельно взятой охотницы, мечтающей сбежать как можно дальше, когда вся орава родственников отошла от приветствий и направила на нее алчущие и жадные взгляды. Сначала она хотела съязвить, больше по привычке, требующей от нее какого-нибудь насмешливого ответа, но вместо этого неожиданно даже для себя произнесла.

-Я бы многое отдала, чтобы моя семья была такой же...

После чего развела руками и пошла дальше по лестнице, уже не останавливаясь и не оглядываясь. Кира не хотела знать, какое впечатление на мужчину произвели ее слова, прозвучавшие чересчур горько.

Они неторопливо обошли весь дом, состоящий из основного здания и двух крыльев, пристроенных значительно позже, когда дела рода пошли в гору и позволили хозяину разориться на новую стройку. Каждая комната была отделана в своем стиле и цвете и носила определенное имя. Вычурность обстановке, граничащая с аляповатой и кричащей роскошью, переходящей в откровенную безвкусицу, не произвела на Киру никакого впечатления, хотя сопровождающая их домоправительница старалась из всех сил. Малоприятная, строгая женщина с неестественно ровной спиной и бесстрастным лицом даже не пыталась скрыть своего пренебрежения, когда ей поручили показать охотникам дом и ответить на их вопросы. Распоряжение она выполнила с блеском, и даже сделала им одолжение, судя по снисходительному выражению, промелькнувшему на лице, когда начала рассказывать историю поместья. Но сбилась под ледяным, предупреждающим взглядом охотника, медленно повернувшегося к женщине, хорошо поставленным голосом обрисовывающей быт и нравы того времени, когда происходило становление знатного рода, которому она служила.

Кира даже бровью не повела, слушая ее пространные рассуждения, потому что много раз была вынуждена присутствовать на подобных экскурсиях, проводимых в богатых домах по многочисленным просьбам гостей. Ее мать всегда просила хозяев позволить полюбоваться обстановкой. На самом деле за ее красивыми, лестными словами, льющимися звонким ручейком, скрывалась только фальшь и зависть. Она намеренно преследовала эту цель, чтобы убедиться в том, что никому в округе еще не удалось переплюнуть ее и обставить свой дом с большей помпезностью и роскошью. Обычно во время таких прогулок по чужим домам она испытывала лишь жгучий, обжигающий стыд, словно без разрешения проникала в личную жизнь посторонних людей, подсматривая за их привычками и бытом. Каждый раз ей хотелось просто провалиться сквозь землю, когда мать и сестра, снисходительно посматривая по сторонам, изящно склоняли друг к другу головы и начинали перешептываться с такими злобными минами на прелестных личиках, что сразу становилось понятно, кого они сейчас обсуждают. Но всем остальным это нравилось. Многочисленные соседи старались изо всех сил, приглашая их к себе по любому поводу, мечтая произвести на ее мать неизгладимое впечатление. Бытовало мнение, что она обладает изысканным и невероятно тонким вкусом, поэтому угодить ей могли лишь избранные.

В огромной спальне, где нашли тело убитого хозяина поместья, расторопные слуги успели навести идеальный порядок. Хотя она и не рассчитывала, что удачно поохотившаяся нечисть сделала им такой щедрый подарок и оставила после себя следы. Рин прошелся по комнате, проводя рукой по обшитым темно-коричневыми деревянными панелями стенам, пытаясь найти потайной ход или тайники. Поймав ее взгляд, он отрицательно покачал головой и подошел к высокому окну, распахнутому настежь.

-У стен дома всегда стоит охрана, - женщина скептически следила за действиями охотника, положившего руки на подоконник и выглянувшего наружу, - господин доверял свой покой только настоящим профессионалам своего дела, поэтому много лет назад нанял магов, которые следили за порядком.

Кира мрачно и зло глянула на нее, с трудом подавив желание поинтересоваться, где же эти пресловутые маги сейчас? Но она слишком хорошо знала, что означают слова желчной домоправительницы, которая, судя по всему ее внешнему виду, страдала хроническими желудочными коликами. Предыдущий хозяин просто заплатил колдунам-наемникам для того, чтобы они предотвращали любые неприятные эксцессы и не позволяли проникать на территорию поместья тем, видеть кого здесь совершенно не хотели. Рин отреагировал намного спокойнее, просто продолжив осмотр и сделав вид, что не расслышал явного намека на их некомпетентность. Охотница подозревала, что мнение этой женщины его совершенно не интересовало, поэтому он просто не обращал на нее ни малейшего внимания, не беря в расчет. А вот ей очень хотелось взять высокомерную домоправительницу за воротник идеально отглаженного черного платья, подтащить к окну и перебросить ее через подоконник, с наслаждением послушать громкие, истошные вопли. Почему-то ей казалось, что в такой невыгодной для себя позиции она быстро утратит всю спесь и налет собственного превосходства. Кира прикусила губы, задумчиво покосившись на ничего не подозревающую домоправительницу, делая в ее сторону плавный шаг, но была оттеснена назад уверенной рукой. Рин загородил своей широкой спиной ей весь обзор, укоризненно глядя на нее сверху вниз, словно догадываясь о том, что она задумала. Охотница широко распахнула глаза, принимая совершенно невинный и обиженный вид. Губы мужчины дрогнули от едва сдерживаемого желания улыбнуться. Он кивнул в сторону огромного пышного ложа, единственного по-настоящему роскошного и вызывающего предмета убранства, которое совершенно не сочеталось с приятной, по-мужски строгой обстановкой. Постель, застланная черным шелком, с алым балдахином, удерживаемым четырьмя резными, позолоченными столбиками, привлекала внимание и сильно выбивалась из общего фона спальни.

-Говорит сама за себя, - тихо произнес он с кривой и немного пренебрежительной усмешкой.

Кира ответила ему скептическим взглядом и пожала плечами.

-Это еще ничего не доказывает.

-Неужели? Вот у тебя кровать занимает большую часть комнаты...

-И что? - Вспыхнула Кира, не ожидающая, что охотник заденет в разговоре такую личную тему. К такому повороту она не была готова, поэтому слегка растерялась. Рину об этом было известно только из-за того, что она погорячилась с размерами, когда заказывала ее для своей спальни. Кровать доставили вовремя, но она отказывалась проходить во входную дверь как в собранном, так и в разобранном виде. Пришлось ей обращаться за помощью к мужчине, отличающемуся редкой способностью с блеском решать чужие проблемы. Рин в два счета осилил задачу, которая для нескольких человек оказалась непосильной, но его взгляд, поднятый от уже собранного и приведенного в порядок огромного ложа на нее, довольно пританцовывающую рядом с ним, запомнился ей надолго.