Свет в конце тоннеля (СИ) - "Лана Танг" - Страница 49

Не успел я опомниться от неожиданности, как мой верный друг и телохранитель исчез, послав мне на прощание многозначительную улыбку, и мы с Хартом остались наедине. Я кашлянул, пытаясь снять неловкое напряжение, но чувствовал, что воздух только что не искрит от одного лишь присутствия здесь Эйнара. Должно быть, он испытывал то же самое, потому что мы, не сговариваясь, направились к двери...

Часть 19

Эйнар Харт

- Как думаешь, он получил уже приглашение? Но почему не отвечает, неужели откажется и не приедет?

- Когда ты успел стать таким робким, Эйнар? - засмеялся Дэнил. - Тебе скоро сорок, а ведешь себя как мальчишка. Если продолжишь в таком же духе, твои сыновья так и не узнают о своем красивом папочке и вырастут без тебя!

- Кэри сказал, что ему нужно время, и я не хочу давить на него или торопить, я подожду, сколько бы лет это не заняло, и если он так и не сможет принять меня, я соглашусь с его решением.

- Ты действительно собираешься вернуться в Японию?

- Я не могу больше откладывать, за этот год наезжал в головной офис только изредка. Там накопилось немало дел, требующих моего личного участия. Центр в Филплексе завершен, и мое присутствие больше не обязательно, совет директоров отлично справится со всеми делами. Да, честно говоря, комплекс успешно достроили бы и без меня, но я не мог найти в себе силы уехать, пока был в силе контракт с Кэри.

- Надеялся, что сможете встречаться на промежуточных стадиях работы над проектом? Но ты даже не пригласил его ни разу к нам в столицу, разве не так? Эйнар, я не понимаю тебя. Ты альфа, а значит, должен занимать активную позицию, а ты спустил все на тормозах и ждешь от омеги первого шага.

- С Кэри лучше не проявлять настойчивости, это не прокатит. Он знает мои чувства и желания, но должен сам найти ответы на свои. Возможно, ты был прав, когда говорил, что у нас с ним нет будущего. Тот вечер встал между нами непреодолимой преградой, но изменить прошлое никто не в силах. Я очень боюсь, что он вообще не приедет на открытие, и все мои надежды рухнут, как карточный домик.

- Но ваши сыновья, Эйнар? Разве это не достаточно важная причина, чтобы помириться? Разве не хочешь ты увидеть свою кровь и плоть, быть рядом, любить и заботиться о них? И разве Кэри не понимает, что ты нужен детям, что без тебя их жизнь не будет по-настоящему цельной?

- А ты заговорил иначе, Дэнил. Не потому ли, что недавно стал отцом? Наверно, это здорово - держать на руках своего сына! Неужели я никогда...

- Господин Харт! - голос секретаря пресс-центра в селекторе связи. - Брайан Пит только что прислал подтверждение своего участия в открытии развлекательного центра. Я уже включил его в список почетных гостей и забронировал номер.

- Вот видишь, твой любезный приедет в столицу! - со смехом хлопнул меня по плечу Лэйн. - Не растеряйся, донжуан, не упусти счастливый шанс, другого такого можешь и не дождаться! Кэри тянет к тебе, несмотря на всю фобию, так что вам осталось сделать еще один маленький последний шажок, дать друг другу шанс, и все получится! Как только узнаю номер его рейса, немедленно сообщу тебе.

***

Мой мудрый Дэн как всегда прав, - за этот год я очень изменился. Нет, я не стал хуже работать и не впал в депрессию, напротив, по уши окунувшись в дела, создал пару оригинальных проектов, уже почти воплощенных сейчас в камень и мрамор в одной из курортных зон Окинавы. Я мыкался как проклятый по объектам, летал в Японию и обратно, встречался со многими влиятельными людьми, вплоть до премьер-министра, посетил Америку и Нидерланды, где также были приняты к исполнению некоторые наши разработки, я значительно поднял престиж компании, добившись признания самых известных мировых партнеров. Прибыль возросла втрое, акционеры были довольны.

Я вошел в первую десятку перспективных молодых бизнесменов мира, был назван одним из лучших архитекторов и ... самым завидным холостяком Японии. Предложения знатных семейств сыпались на меня щедрой рекой, и я даже вменил в обязанность одному из секретарей вежливо отвечать всем отказом, а сам сидел по вторникам и пятницам у своего ноута (именно по этим дням мы с Кэри выходили на связь друг с другом) и с замиранием сердца ждал, какой способ общения он выберет на этот раз, включит ли микрофон или я буду вынужден довольствоваться сухой перепиской, не услышав его мягкого милого голоса.

Обычно он писал или говорил совсем немного. Докладывал о ходе работ, пересылал выполненные части проекта, спрашивал, все ли устраивает меня, как заказчика, и нет ли каких-то замечаний или пожеланий. И очень редко он позволял себе касаться личных тем, а на мои попытки спросить что-нибудь о жизни, настроении или здоровье отвечал скупо и односложно. И вдруг под Новый год неожиданно прислал фотографию: он, Тоджин и оба мальчишки возле сверкающей огнями елки. Я словно онемел тогда, не сводя глаз с этого очаровательного мгновения семейного счастья, которого лишился по собственной дурости. Он написал, что это его маленький подарок мне на зимние праздники, и я воспрянул духом, почувствовав, что у меня еще есть надежда. Распечатал фотографию, вставил в рамку и поставил в спальне на тумбочку, каждый день перед сном глядя на Кэри и наших сыновей. На внешность они были совершенно одинаковые, и я поначалу думал о том, как же он различает, кто Олаф, а кто Оливер, но потом, присмотревшись, понял, что и сам никогда бы не перепутал их. Даже на фотографии Оли отличал серьезный сосредоточенный в себе взгляд, тогда как в глазах у Олафа бегали веселые озорные чертики.

Мне так хотелось к ним, туда... вместе смеяться, вместе грустить... Хотелось перемен в отношении ко мне Кэри, хотелось поверить, что фотография - это первый настоящий шаг к сближению, но он словно забыл о своем порыве и больше ни словом не упоминал ни о бесценном новогоднем подарке, ни о ребятах, ограничиваясь сухими отчетами о проделанной работе...

Я изменился, став несмелым. Так и не решившись спросить его прямо, что он думает о нашем будущем, я ждал сам не зная чего, надеясь на чудо, но время шло, а его все не было. И вот теперь, когда минул этот напряженный странный год, когда наше сотрудничество подошло к концу, я мог лишиться даже этих коротких сеансов связи, но по-прежнему не хотел форсировать события и что-то пытаться от него добиться. Открытие развлекательного центра - последняя реальная возможность увидеться, хотя бы просто посмотреть на него, прежде чем нас разделит целый континент и гладь океана.