Обитаемые земли. Дилогия (СИ) - Егоров Алексей Игоревич - Страница 9

Вскоре они начнут светиться, быть может, здесь обретает колония крозиуса.

Каперед мотнул головой — нет, условия совсем не подходящие для него. Грибница боится соседства с едкими водами, предпочитает горячие и сухие подземелья. Потому-то в провинции не нашлись колонии с крозиусом.

Это в пустынях за морем, под соляными горами их можно найти. Потому они столь ценны и недоступны обывателям. Как впрочем и мудрецам. Зато богачи — украшают ими свои бани!

Отвратительная ситуация.

Каперед фыркнул, уйдя в свои мысли.

Ему приходится довольствоваться огрызком, едва способным осветить книгу. А кому-то достались самые прекрасные растения лишь для того, чтобы комфортно окунуться в бассейн с горячей водой.

— Мы у цели, — мастер вдруг остановился.

Он водил лампой вдоль стены. Каперед присмотрелся и различил завитки, которыми пользовались дикари. Варварское письмо? Здесь? Каперед считал, что разведкой занимались полноправные граждане, а не грязные чужестранцы.

Выходит, что распорядитель работ самолично решил произвести раскопки, без согласования с муниципальными властями. А это нарушение неписанных правил, что может повлечь за собой большие проблемы.

Почему-то по спине Капереда пробежали мурашки. Холодный пот выступил у него на лбу.

Воздух ядовит, он чувствовал это, но не в том причина его страха. Тогда в чем?

— Идем, мы уже почти достигли, — мастер ухмыльнулся.

Каперед оглянулся — позади тьма. Не видно даже границ тоннеля, узких смыкающихся стен. Будто темнота стала частью камня.

— Кромешный мрак, — прошептал торговец.

Ответвлений нет, это точно. Он легко найдет путь назад. У лестницы лежит огарок, торговец прекрасно запомнил место.

Можно ли повернуться спиной к провожатому. Тот уже плелся в двух шагах впереди, словно давал возможность спутнику убежать.

Всего лишь паника, напрасная трата времени. Если бы этот человек замыслил недоброе, он бы давно уже раскрыл свои истинные намерения. Где логика, если им приходится вместе идти по осыпающемуся тоннелю, нырять в огненную глотку? Проводник ведь рискует жизнью, здоровьем. Отсюда не выбраться без потерь.

Они вместе надышались этой дрянью и вскоре начнут кашлять кровью.

Конечный отрезок пути изменился: стены раздались в стороны, голый камень сменился укреплениями из кирпича. Только так можно было избегнуть разрушения прохода.

Скольких усилий стоило, чтобы доставить сюда сотню кирпичей и цемент. Сколько жизней выброшено?

Что-то странное, Каперед не предполагал, что огненно-водяной грот мог так заинтересовать Кеннена. Он мог знать о существовании божественных растений? Сама мысль об этом смешна, но Каперед не мог избавиться от беспокойства.

Неужто горняков могло заинтересовать это подземелье. Тут же нет ничего кроме озера с едкой водой и огненной реки! Но кроме них существовали под землей множество растений: похожие на папоротники ростки, оплетшие сталактиты стебли, множество грибов. И здесь светло, меж неровных гряд камней носятся светлячки — не те, что на поверхности, а шарики спор.

Чудная картина для тех, кто способен ее оценить. Но на что способны эти грязные люди? Только разрушить подземный оазис. Из страха или по глупости.

Кирпичи были маркированы, но Каперед не мог рассмотреть, из какой мастерской они поступили. Наверняка на них значилось имя Кеннена, абы кому он не станет доверять свои секреты.

— Пришли.

Проходчик остановился перед деревянной дверью, обшитой металлом. И обернулся к торговцу. Миндальные глаза варвара блестели. Он словно ждал, захочет ли торговец идти дальше.

Прочная дверь отделяла торговца от драгоценности. Прочная, надежная, но изуродованная трещинами дверь. Некоторые буковые доски рассохлись, иные пострадали от ядовитых испарений. Где трещины, а где и дыры.

И сквозь них проникал свет. Каперед этого ожидал, но он считал, что гамма будет более яркой. Подземные растения соревнуются в павлиньих нарядах, привлекая или отпугивая живность, обитающую только здесь.

Дверь была закрыта на засов. Вряд ли подобный запор способен удержать чудищ, живущих в гроте. Да там их и не было — Каперед прекрасно это знал. Он кивнул, он готов следовать дальше.

Потянув за рукоятку, мастер сдвинул ржавый засов.

Дверь, повернувшись на ржавых петлях, отворилась под собственным весом. Открылся небольшой проход; пройдя под покосившейся аркой, люди вышли в грот.

В подземелье сконцентрировался ядовитый воздух. Естественной вентиляции не могло быть, неоткуда взяться воздуху для дыхания.

Каперед достал тряпку и потер сухие губы — крови нет. Не слишком обнадеживает. Стоило запастись восстановительными средствами, чтобы не рисковать здоровьем. Торопясь, Каперед совсем позабыл об опасностях, что поджидали его в поисках.

Да разве мог он тратить время на подготовку.

Проходчик вынул флягу и смочил платок, который повязал на лицо. Он не предложил помощи спутнику, старался дистанцироваться от него, идя на пару шагов впереди.

Он погасил свечу и дальше шел по тропе, проложенной среди камней. Откуда взялась эта дорога, Каперед не мог понять. Они утверждали, что вниз больше никто не спускался. И так пришлось пожертвовать двумя группами разведчиков.

Как бы ни относился к тистам Кеннен, а знающих свое ремесло работников он ценил. Как дорогостоящий инструмент, который не везде купишь.

Каперед крутил головой, но ничего понять не мог. По обе стороны тропы располагались камни, со следами от железа. Их перетащили сюда, чтобы укрепить склоны грота и направить потоки воды в другую сторону. Где-то за грядами располагались растения источающие свет. Их не видно, но их много, даже слишком много.

По оттенкам света и запахам торговец узнавал те растения и грибы, что росли в подземельях. Он хорошо знал свое дело и, пусть познакомиться с растениями пришлось в каменной лаборатории, знания его не подвели.

Вот почему на входе так мало света. Завалы камней отделяли проход от источника света.

— Зачем вам эта тропа? — спросил Каперед.

Мастер пожал плечами.

— Здесь все так и было?

Ведь возможно такое. Все вероятно, что можно предположить. Но кто мог пробраться в грот до людей Кеннена? Тут обитают лишь духи подземного мира да неразумные твари.

Мастер не ответил и на этот вопрос. Он оторвался от спутника, ушел на десяток шагов вперед.

Каперед мог видеть его курчавые волосы на макушке и только. Выругавшись, торговец перешел на бег.

Тени, отбрасываемые на камни, имели разные оттенки и формы. Человек оказался словно в лесу в полнолуние. Камни не естественного происхождения, и не духи их сюда переместили. Только человек орудует железными инструментами, вот зазубрины на поверхности, а вот даже целый клин. Настоящий, деревянный клин, с помощью которого откалывают камни.

Каперед побежал, но впереди была только тропа и камни. Он больше не видел проводника, не слышал его тяжелого дыхания.

— Куда ты провалился, эй!

Здесь нет трещин посреди тропы, куда мог бы свалиться человек. Невозможна ситуация, чтоб земля внезапно разверзлась и поглотила его. Совершенно беззвучно!

Испарения? Могли они воздействовать на разум, одурманить его?

Остановившись, Каперед потер кулаками глаза.

Он все еще находился на тропе, вокруг лежали камни и ни следа человека, что привел его сюда.

— Эй! Ты куда делся?! — заорал торговец.

Крик отразился от стен, с потолка посыпалась каменная крошка. Эхо постепенно затухало, но ответа не было.

Сжав горло, пытаясь унять дрожь, Каперед восстановил дыхание и оглянулся. Да, потерялся, заблудился, но тропа то никуда не делась! Необходимо просто повернуть назад и пройти несколько десятков шагов.

Наверняка проводник догадался, что спутник будет искать его у входа. Он уже ожидает его, нервно постукивая носком сапога.

У двери никого не было. Дверь была закрыта.

Толкнув ее, Каперед убедился, что мастер-проходчик все-таки вернулся сюда. Вот только он не дождался спутника, прежде чем закрыть дверь.