Большая книга грузинских сказок и легенд - Микеладзе Мака - Страница 11

Рассказ о братьях

Амирани родился в скалах, и никто не пил заздравную на его рождении, не устраивал пира, не пел песни, не приглашал для веселья празднично разодетых женщин. Одноглазый охотник разрезал утробу любимой женщины Сулкалмахи, взял ребёнка, завернул в волчью шкуру, никому не сказал, что заметил на плече мальчика знак орла. Принёс домой, выкормил орлиным сердцем, а слова его матери в тайне хранил: «Он — крестник бога, священный огонь на землю принесёт, дэвов-каджей истребит».

Охотник и его жена Даред-жан души не чаяли в мальчике, не отличали от родных сыновей — Усупи и Бадри. Росли вместе братья. У Бадри на плече знак луны красовался, у Усупа — солнца. Отец строго воспитывал всех троих — с утра до вечера обучал, закалял, заставлял мельничный жёрнов за башню закидывать.

Бадри до середины дотягивал, Усуп — до вершины, Амиран — перебрасывал через башню и ловил на другой стороне. Братья очень любили Амирана, но, когда он побеждал их в состязаниях, сердились и насмехались: «Мал наш Амиран, мало ест и мало пьёт: на обед быка он съел, трёх на ужин сберёг». Амиран смеялся — знал цену своей силе. Надевали на него кольчугу — разрывал, деревья с корнями вырывал, как ветки, на плечи взваливал и, как дрова, домой нёс. Забеспокоился отец, запер Амирана за семью замками и велел стрелы отливать. А в это время в деревне дэвы появились. Приготовились к встрече Бадри и Усуп, но поняли, что без Амирана не справиться. Амиран сердцем почуял недоброе, разогнался, все семь замков одним ударом разбил и вырвался в самую гущу дэвова скопища. Воспрянули духом братья, разбросали дэвов: одних в пропасть сбросили, других связали, третьих об землю расплющили, — дэвы еле ноги унесли, одни пятки сверкали. Обнялись братья, победу отпраздновали. Вот так: «Сила в единстве!»

История с кувшином

Расправили плечи братья-победители, уселись у плетня и стали на девушек заглядываться. Проходила мимо Теброле с кувшином на плече, посмотрела на парней и стыдливо отвернулась. Обиделся Амиран, что Теброле даже не соизволила взглянуть на них, и запустил камешком в кувшин.

Кувшин разбился. А Теброле, заплакав, в сердцах крикнула братьям: «Чем кувшины разбивать да с девками забавляться, лучше отцу зрение бы вернули». Заволновались герои — почему от нас скрывали, что дэвы отца ослепили? «Мы должны отомстить», — решили они и отправились в путь.

История с дэвами

Дэвов-то изгнали из деревни, но не всех же истребили. Сидели дэвы в своей башне, в кости играли, ссорились, ругались. Вдруг человеческий дух почуяли — кто-то подкрадывался к башне. Испугалась мать дэвов: «Чую беду, как бы сыновья одноглазого охотника не добрались!» Расхвастались дэвы: всех, мол, проглотим, победим! Услышал Амиран их бахвальные слова, обозвал их глупцами. Спустились дэвы с башни, приготовились к бою, тут Амиран и разделался со всеми. Один лишь пузатый бакбак-дэв остался. «Не ты ли тот дэв, что силача Цамцума убил?» — узнали братья дэва, погубившего силача. Всадили они этого дэва по горло в землю и восемь голов отрубили; одна голова осталась, плача, попросила пощадить, взамен обещала указать, где живёт красавица Камар. Бадри и Усуп не доверяли его словам: предаст, мол, обманет, предупреждали Амирана. Но Амиран хотел освободить красавицу. «Когда, — попросил дэв, — убьёте, из моей головы червяки выползут, не трогайте этих беззащитных». И отрубили братья девятую голову, а червяков отпустили с миром.

Рассказ о гвелешапи

Эти беззащитные червячки превратились в огромных гвелешапи и напали на братьев. Белый — на Бадри, красный — на Усупа, чёрный — на Амирана. Бадри и Усуп еле одолевали гвелешапи, Амиран то одному, то другому помогал, но переломался меч Цамцума в его руках, и, улучив минуту, чёрный гвелешапи проглотил Амирана. Но Амиран изнутри полоснул его кинжалом, Бадри глаз выбил, Усуп, заметив, что гвелешапи обвивается вокруг дерева, чтобы задушить Амирана, выхватил саблю и отсёк ему хвост. Тем временем Амиран вспорол гвелешапи чрево, выскочил и, улыбаясь, обнял братьев.

Камар

Так, борясь, истребляя дэвов, гвелешапи, братья добрались до золотой башни Камар. Увидев друг друга, Амиран и Камари сразу влюбились. За чем же дело стало? — сказали братья и похитили красавицу. Заголосила посуда, загрохотала: «Похитили Камар!» — «Услышит отец, несдобровать нам», — испугалась девушка. Разразился громом и молнией, ливнем и ураганом отец Камари, повелитель бурь, погнался вслед за беглецами. В борьбе Амиран победил, но погибли Бадри и Усуп. Амиран упал на землю, от горя зарыдал, а каджи этого и дожидался: подкрался и откусил ему мизинец — только так можно было одолеть всемогущего Амирана.

Умер Амиран, а поговорка осталась: «Ну-ка попробуй откуси мизинец».

Мышиная история

Разрыдалась, заголосила Камар — не знала, кого оплакивать: мужа, отца, деверей? В этой неразберихе кто-то её мышонка задавил. Провела мышка по детёнышу какой-то волшебной травкой, и тот ожил. Взмолилась Камар, попросила помочь ей. Пожалела мышка несчастную, пробежала по всем убитым и всех на ноги поставила. Открыл Амиран глаза, обнял любимую, а отец сердито стал бурчать: «Сказал бы раньше, зачем надо было её похищать?!

Живите счастливо!»

И справили большую свадьбу.

Рассказ о гордыне

Подвиг за подвигом: Амиран людям божественный огонь с неба доставил — слава. За славой недалеко и до зависти.

Обуяла кузнецов зависть к Амирану, пожаловались Дежурному, мол, возгордился Амиран, людям огонь принёс, а они его имя с именем господа приравняли, теперь хочет с главным сразиться. С богом бороться — жди кары небесной.

«Коль такой сильный, сдвинь с места этот кол», — приказал бог и воткнул в землю палку.

Разрослись корни во все стороны, обвили землю, потянул Амиран, но не смог сдвинуть.

Приковал бог Амирана к Кавкасиони, приставил ворона сторожить и чтоб сердце выковыривал. Проходят века, старается Амиран разорвать цепи, только ослабнут звенья — ударят молотком кузнецы и восстанавливают цепь. Плачет горькими слезами Камар, а народ верит, что настанет день, разорвёт Амиран цепь, освободится от тяжёлых оков и вернёт людям божественный огонь.

Белый Мангур

Дали любили преданных людей, и таким был белый Мангур. Жене, брату, сыну, другу, соседу, нивам и пастбищам, полям и сенокосам, деревне и богу — всем верность сохранял. Выходил утром на башню, оглядывал с высоты окрестности и благодарил бога: «Хороша ты жизнь моя, и скот мой хорош, и овцы прекрасны». Поле Мангура дэвы боронили, пшеницу каджи мололи, в сенокос Дали спускались, золотые волосы распускали, крылья расправляли и пением слух услаждали. Одна из богинь в любви Мангуру призналась, но ответил честный Мангур, что недавно женился и любит свою жену. По достоинству оценила Дали верность Мангура, подарила волшебный камень: «Трудно будет — зови!»

Однажды туго пришлось Мангуру в сражении с врагами и призвал на помощь побратимов. Был такой обычай: наскребённое с кинжалов серебро всыпали в кубок с вином и выпивали с выбранным в побратимы человеком. Побратим братом становился. Мангур и сам храбрецом был, да и братья отвагой отличались, но не смогли они одолеть врага. Тогда достал Мангур подарок Дали и взмолился о помощи. Взмахнула золотыми крыльями Дали, и поднялся страшный ветер, разбушевалась буря. Помахала веткой цветущей и стёрла с лица земли всю нечисть. Постарел Мангури — сладкая, как када, и белоснежная, как Тетналды, была у него старость, а жизнь была милостью божьей полна изобилия и богатого урожая.