Заблуждающийся разум? Многообразие вненаучного знания - Коллектив авторов - Страница 117

Другой подход к вопросу об эволюции религиозной мысли требует указать, что словесная форма любого положения, которое получает признание в мире, рано или поздно обнаруживает скрытые в ней неопределенности; и часто эти неопределенности относятся к самой сути этого положения. Действительные обстоятельства, объясняющие, почему та или иная доктрина имела широкое хождение в прошлом, не могут быть выявлены только логическим анализом вербальных форм, проведенным без учета трудностей, которые подстерегают логику. Следует принимать во внимание целостную реакцию человеческой природы на определенную схему мышления. Эта реакция носит сложный характер и может включать в себя элементы чувства, порожденного нашими низменными потребностями. И здесь беспристрастная критика со стороны науки и философии приходит на помощь религиозной эволюции. Можно привести множество примеров действия этой движущей силы развития. Так, логические трудности, содержащиеся в учении о моральном очищении человеческой природы посредством религии, раскололи христианство во времена Пелагия и Августина, а именно в начале V в. Отголоски этого спора прослеживаются в теологии до сих пор.

Итак, моя точка зрения сводится к тому, что религия есть проявление одного из типов фундаментального опыта человечества; что религиозная мысль развивается, стремясь к все большей точности выражения и освобождаясь от случайных для нее представлений; что взаимодействие между религией и наукой является мощным фактором, способствующим этому развитию.

Теперь я перейду ко второй причине современного падения интереса к религии. Это потребует рассмотреть очень важный вопрос, который я сформулировал в первых предложениях лекции. Мы должны выяснить, что же такое религия. Церкви в своих ответах на этот вопрос выдвигают на передний план те аспекты религии, которые находят выражение либо в терминах эмоциональных реакций прошедших времен, либо в терминах, способствующих возбуждению современных эмоциональных потребностей нерелигиозного характера. Под первым я имею в виду то, что религиозные верования были частично порождены инстинктивным страхом перед гневом тирана, характерным для угнетенных народов стихийно складывающихся империй античного мира, частично же — страхом перед всемогущим, деспотичным существом, скрывающимся за непознанными силами природы. Эти верования, основанные на инстинкте почти животного страха, теряют свое значение. Они не пользуются влиянием, поскольку современная наука и современные условия жизни научили нас противопоставлять событиям, вызывающим страх, критический анализ их причин и оснований. Религия есть реакция человеческой природы на ее устремленность к Богу. Представление о Боге как о господствующей силе сразу же пробуждает современный инстинкт критического противодействия. Это неизбежно, ибо религия находится в состоянии кризиса до тех пор, пока ее основные положения не вызывают непосредственного согласия с ними. В свете этого можно констатировать, что старая фразеология вступила в противоречие с психологией современных цивилизаций. Изменение в психологии происходит во многом благодаря влиянию науки и является одним из главных путей, ведущих к падению престижа устаревших религиозных форм выражения. Нерелигиозный мотив, который прочно внедрился в современное религиозное мышление, проявляется в стремлении к справедливой организации общества. Религия преподносится как нечто ценное для упорядочения общественной жизни. Эти претензии основываются на религиозной функции санкционирования праведного поведения. Затем цель праведного поведения с легкостью отождествляется с установлением справедливых общественных отношений. Здесь мы имеем дело с едва уловимой деградацией религиозных идей, состоящей в их постепенном выхолащивании под воздействием более влиятельных этических установок. Поведение является второстепенным элементом религии, необходимым побочным продуктом, но отнюдь не главным моментом. Каждый великий религиозный учитель восставал против трактовки религии как обыкновенного свода правил поведения. Св. Павел отвергал Закон, а проповедники пуританизма говорили о непристойных лохмотьях праведности. Выдвижение на первый план правил поведения свидетельствует об упадке религиозного рвения. В конечном счете религиозная жизнь не есть стремление к комфорту. Теперь я со всей осторожностью должен изложить свое понимание сущностной характеристики религиозного духа.

Религия является видением того, что находится по ту сторону, вне и внутри мимолетного потока непосредственно данных вещей; того, что обладает реальностью и все же стремится к более полной реализации; того, что кажется почти невероятным и все же оказывается величайшим из существующих фактов; того, что придает значение всему происходящему, само же ускользает от понимания; того, что представляется конечным благом и в то же время находится вне пределов досягаемости; того, что служит высшим идеалом и является предметом безнадежных исканий.

Непосредственной реакцией человеческой природы на религиозное видение является почитание. Религия зарождается в рамках человеческого опыта в тесном переплетении с грубыми фантазиями первобытного воображения. Мало-помалу, медленно, но неизменно это видение возрождается в истории в более благородной форме и в более ясном выражении. Оно является единственным элементом человеческого опыта, который имеет постоянно восходящую тенденцию. Оно ослабевает, а затем вновь возрождается. Но когда оно обновляет свои силы, оно возрождается с обогащенным и очищенным содержанием. Сам факт существования религиозного видения и история его распространения служат прочной основой для оптимизма. Без него человеческая жизнь представляется вспышкой случайных наслаждений, которая озаряет обилие горя и страданий, игрой быстротечных переживаний.

Данное видение не требует ничего, кроме почитания, а почитание есть подчинение требованию ассимиляции, которое обусловлено движущей силой взаимной любви. Это видение никогда не довлеет. Оно всегда с нами и обладает силой любви, имеющей своей конечной целью установление вечной гармонии. Порядок, который мы наблюдаем в природе, никогда не бывает насильственным, он являет собой единственно возможное гармоничное сочетание сложных деталей. Зло же представляет собой грубую движущую силу, направленную на достижение частных целей и игнорирующую целостное видение. Зло является довлеющим, сдерживающим, наносящим ущерб. Сила Бога заключается в почитании, которое он вызывает у людей. Только такая религия может считаться жизненной, которая в своем ритуале и в своих формах мышления обеспечивает постижение этого высшего видения. Почитание Бога не есть забота о безопасности, оно есть смелое предприятие духа, полет за недостижимым. Смерть религии наступает вместе с подавлением этой высокой надежды на смелое предприятие.

Перевод выполнен А. Н. Красниковым по изданию:

Whitehead А. N. Science and the Modern World. Glasgow, 1975.