Память героя (СИ) - "химера-читатель" - Страница 290

- Ничего, - ответил весьма огорчённый оборотень, при этом смотря прямо в глаза ведьме. - Драко был расстроен, что его очередной план провалился, и дабы он не опускал руки, я направил его по ложному следу. Вернее, я рассказал ему о легенде, о которой слышал когда-то от Джеймса Поттера. Вот только что это такое, не знал никто, и об этом ритуале не упоминалось ни в одной известной мне книге.

- Судя по результатам, которые мы сейчас видим, след был не такой уж и ложный, - резко произнесла леди Малфой, а потом добавила: - И всё же, о чём вы говорили?

- О Песне Орфея, - ответил Люпин и снова постарался оправдаться: - Но я никогда бы не подумал, что ваш мальчик за столь короткое время справится с такой сложной задачей.

- Это ещё раз блестяще подтверждает, что интеллект слизеринцев значительно превышает интеллект гриффиндорцев. Я уже не говорю о том, что младший Малфой студент, а ты, Ремус, преподаватель, - язвительно заметил Снейп и продолжил: - Однако сейчас нужно понять, как именно Драко смог узнать, что означает эта загадочная песня. Признаюсь, что я тоже не встречал это название в магической литературе.

Нарцисса и Люциус также отрицательно покачали головой, давая понять, что и им неизвестно, о чём идёт речь. Все посмотрели на Флитвика, ожидая его вердикта.

- Боюсь, что и мне неизвестно ни заклятие, ни ритуал с таким названием, - через несколько мгновений произнёс маленький профессор. - Однако, как я понял, подробности об этой песне Драко узнал у кого-то из обитателей Хогвартса. Ремус, ведь вы после разговора с Фенриром отправили старосту прямиком в школу?

- Точнее, в свой класс, - ответил оборотень.

- Это несколько сужает круг поисков. Однако нисколько не облегчает нашу задачу, - проговорил зельедел. – Понять, к кому Драко мог обратиться за помощью, будет весьма сложно.

- Он обратился со своим вопросом ко мне, - раздался голос, который знали все присутствующие. Сквозь стену в помещение просочился Кровавый Барон. Посмотрев на лежащих юношей, он продолжил: - И к своему огромному стыду, леди и джентльмены, я ответил на вопрос наследника.

- Что вы ему сказали? - нетерпеливо спросила Нарцисса, не желая тратить время на запоздалое раскаянье. - Что это за песня Орфея?

- Это призыв к магии о спасении погибшего или страждущего, - ответил призрак. - Я говорил старосте Слизерина, что этот ритуал очень опасен и почти никогда не даёт нужного результата. Наоборот, он чаще всего забирает жизнь просящего, но как я сейчас вижу, наследник не внял моим словам.

- Значит, фактически, Драко получил обширную информацию о древнем, специально забытом ритуале, который может стать причиной их с Гарри гибели? - тихо спросила заметно побледневшая леди Малфой.

- Я не сказал наследнику, как нужно призывать магию, - покачал головой Барон. - Не знает он также и самого главного.

- Думаю, к магии младший Малфой обратился по аналогии с магическим судом, так же, как и Тео, - задумчиво произнёс Люпин. - А вот чего он не знает - это важно.

- Если они с Поттером очнутся, то будут неразрывно связаны на всю жизнь самой магией, и попытка противостоять этой связи повлечёт за собой наказание, - ответило привидение.

- Это никак не облегчает ситуацию, - прокомментировал слова призрака Снейп. - Ведь в итоге, когда наши герои очнутся, Драко будет иметь дело с абсолютно не подготовленным к такому повороту Поттером. А как отреагирует наш непредсказуемый гриффиндорец на свой фактический нерушимый брак со слизеринским старостой, предвидеть не может никто.

- Страшнее всего не это, Северус, - тихо произнёс Флитвик, - а то, что в данной ситуации мы должны говорить не «когда они очнутся», а «если они очнутся».

Две недели спустя Суббота часть 3 не бечено

Северус Снейп спускался в подземелья. В свете узнанной ими информации становилось ясно, что его присутствие или отсутствие теперь ничем не может помочь. Его крестник с Гарри либо очнутся самостоятельно, либо тихо уйдут в небытие, так и не придя в сознание. Помочь им не может никто. Остается только ждать. Вот только в покоях самого зельедела сейчас находится пациент, за которым нужен глаз да глаз.

Прошлой ночью слизеринец появился в Святом Мунго как раз вовремя. От болевого шока Сириус потерял сознание. Однако это никак не облегчало задачу целителям. Родовая магия Блеков в этом случае послужила как раз во вред хозяину. Воспринимая каждого приближающегося к лежащему без сознания мужчине как угрозу, она просто блокировала любое магическое воздействие. Колдомедики при этом разводили руками, поскольку равняться по силе с анимагом никто не мог.

На ситуацию хотел как-то повлиять Ремус, вызвав в госпиталь Сивого и Гермиону. Но появившийся Снейп буквально двумя словами убедил оборотня не делать этого. Напротив, зельевар направил Люпина обратно в школу, успокаивать гриффиндорскую старосту. Маг прекрасно знал, какой эффект бывает от прочтения их семейных хроник. Ему самому понадобился не один флакон успокоительного зелья, чтобы изучить архив Принцев.

Семья его матери, имея дар менталистов, пользовалась им без особой щепетильности. А в то время в порядке вещей было пленить одинокого мага и испытывать на нем свои возможности. Фактически это можно было назвать психологической пыткой. Но самое ужасное, что при этом все реакции: и жертвы, и мучителя фиксировались с особой тщательностью. При этом никто из семейства Принцев не страдал какими-то отклонениями или склонностью к садизму, что бы хоть как-то их оправдывало. Нет, они считали себя обычными исследователями, проводящими научные изыскания. Вот только читать семейные хроники Принцев от этого не становилось легче.

И Снейп прекрасно представлял, как результаты этих варварских изысканий могут повлиять на впечатлительную и очень эмоциональную гриффиндорку . Но не дать старосте эти документы профессор тоже не мог. Преподаватель отдавал себе отчет сколько магов поддержат Гермиону в её первом впечатлении, о том, что он просто решил избавиться от Поттера чужими руками. А противостоять ненависти такой силы даже магу уровня Снейпа было бы весьма не просто. К тому же перспектива жить все оставшиеся годы, постоянно ожидая удара, зельедела никак не привлекала. Именно поэтому мисс Грейнджер получила доступ к семейному архиву Принцев. И именно поэтому ей сейчас нужны были все, кто мог бы её хоть как-то поддержать.

Только поддержать, поскольку случай с магической комой у предков Снейпа был описан весьма красочно. Но в тоже время с однозначным выводом: если пациент не пришел в себя в течении двух недель, поддерживать его жизнеобеспечение не только не нужно, но и вредно. Его предки однозначно доказали что ничего, кроме постоянно увеличивающейся боли после двух недель маг в коме не испытывает. Правда, установлено это было жесточайшим способом. Принцы сами вызывали у подопытных кому. А затем изучали их ощущения с помощью проникновения в разум. Но факт оставался фактом. Гарри Поттер ничего кроме мучений не мог почувствовать и удерживать парня было жестокостью. Правда преподаватель сомневался, что Гермиона Грейнджер сможет принять этот факт, однако теперь она хотя бы не будет считать его кровожадным и мстительным монстром.