Мятеж (СИ) - Крэйн Эри - Страница 52

— Нужно же было построить такое, — потрясенно пробормотал Фьорд. С приближением лодки к острову башня дворца вырастала еще больше, а деревья-гиганты заслоняли небо.

Лодка замерла у воздушной пристани на краю острова, выложенной из белого камня с прозрачными прожилками. У мостков, уходящих от края острова прямо в открытое пространство и обрывавшихся в пустоте, парили летающие пластины различных размеров. Среди них была одна, на теле которой виднелись капли крови.

Теперь маги могли различить невысокую оградку, доходящую взрослому человеку до пояса, расположенную у самого края острова и уходившую в обе стороны. Она была сделана из такого же прозрачного материала с каменными вставками, что заканчивались через каждый метр маленькими перламутровыми шарами. Ограду прерывала только сложенная из камня массивная арка, в изголовье которой стояла фигура одетого в мантию старца. Полы одежды спускались каменными волнами к самой земле, собранные в центре так, чтобы образовать широкий проход, у которого несли службу два мага.

Эни легко спрыгнула с лодки на прозрачный мосток, и, нисколько не потревоженная пропастью под ногами, обернулась к ее новым спутникам.

— От лица и во имя Децемвирата я приветствую вас в Гнезде Небесных Кочевников. Позвольте провести вас, — девушка уважительно поклонилась и приглашающим жестом указала на арку.

Люфир покинул лодку первым, подав руку Онике. Фьорду пришлось собрать всю свою храбрость и ступить на не выглядевший прочным мост, таща следом Мелиссу. На удивление, возле пристани царило абсолютное безветрие.

Проходя мимо охраны, лучник ожидал, что его попросят отдать лук и стрелы, но стражи сохраняли невозмутимую неподвижность, продолжая смотреть строго перед собой.

Маги прошли под аркой и оказались в начале длинной аллеи, ведущей, в окружении цветущих деревьев, к центру сада, из которого доносились звуки струящейся воды. В воздухе дрожали трели птиц, нашедших себе долгожданный приют среди бескрайнего воздушного моря.

— Разве за порогом не осень, чтобы деревья стояли в цвету? — шепнул Фьорд, подойдя ближе к Онике и Люфиру.

— Гнездо не подвластно течению времени и смене времен года, — ответила Эни, прекрасно расслышав слова юноши. — Децемвират принимает решение, будут ли деревья цвести и плодоносить, или отдыхать.

Аллея раздалась в круглую площадь, по краю которой расположились скамейки, а в центре возвышался многоярусный фонтан, из вод которого в небо, распластав крылья, взмывали сизокрылы. Брызги воды придавали каменным перьям таинственное мерцание.

У фонтана стоял Осла, зажимая рукой плечо с так и не извлеченной из него стрелой, и что-то импульсивно говорил низенькому старцу. Седые волосы старика падали на спину, часть прядей на разной высоте были собраны маленькими металлическими кольцами. Такие же кольца украшали и редкую бороду, достававшую владельцу до груди.

— Чужакам не место в Гнезде! Они оскорбляют своим присутствием Децемвират! — яростно бросил Осла, указав пальцем на Люфира, когда Эни подошла к фонтану в сопровождении магов.

Старец повернулся лицом к визитерам Гнезда. Внимание бесцветных глаз остановилось на Люфире и, словно, прошло сквозь него, изучая что-то за спиной. На мгновение взгляд старика коснулся Оники: старец нахмурился и поспешил вернуться к изучению юноши.

— Ммм, я вижу, — протянул старик, приглаживая бороду. — Крики и шум, Осла, — неподобающее приветствие для странника Моря Теней.

— Что?! Этот что ли? — Осла с презрением посмотрел на сбитого с толку лучника. — Это чушь!

— Нисколько, — старец поднял вверх руку и, по-прежнему смотря за спину Люфира, начал рассеянно водить пальцем в воздухе. — Ошибки быть не может. Я отчетливо вижу вуаль тени вокруг нашего гостя и выпущенной ним стрелы. Вместо пререканий и споров, Осла, отправляйся-ка лучше в лазарет. Кто знает, что случится, если эта стрела пробудет в твоем теле еще какое-то время.

Осла с нескрываемым ужасом во взгляде посмотрел на простреленное плечо, и бегом покинул аллею.

— Прошу прощения за поведение Ослы, он чрезмерно переживает за безопасность Гнезда, часто забывая о манерах и гостеприимстве. Чужестранцы не балуют нас своими визитами, — старец вздохнул, расстроено сжав губы в тонкую полоску. — Последний был лет пятьдесят назад, милая?

— Шестьдесят два, дедушка, — учтиво поправила старика Эни.

— Целых шестьдесят два года! — ужаснулся старик. — Как хорошо, что у внучки память лучше моей будет. Представляешь, я могу забыть надеть с утра свою шляпу! — старец положил руку на непокрытую голову и охнул. — Ну вот! Забыл! О чем я и толкую. Но расскажи, на крыльях какого ветра ты прилетел в нашу обитель.

Старец обращался только к Люфиру, словно и не видел никого больше.

— Мы искали Небесных Кочевников, чтобы просить помощи в борьбе против ига Всевидящей Матери, — лучник посчитал правильным не говорить пока об истинной цели визита.

— Всевидящая Мать, — старик понимающе кивнул. — Эта женщина не видит абсолютно ничего. И все ее предки были слепы, как останутся слепы и потомки. О твоей нужде следует говорить с собранием Децемвирата. Совет проходит в башне, я как раз туда собирался. Следуй за мной.

Люфир не стал задавать вопросов, удивленный не меньше остальных сменой неприязни Ослы на гостеприимство старика. Когда маги сдвинулись с места, Эни предупреждающе подняла руку.

— Простите, но в сердце Гнезда позволено входить только укротителям воздуха. Всем остальным придется остаться со мной. Я проведу вас в комнаты, где вы сможете отдохнуть, — Фьорд и Мелисса переглянулись и, получив одобряющий кивок Люфира, направились к Эни. — Все трое, — добавила девушка, обратив внимание на оставшуюся стоять рядом с лучником Онику.

— Раз в башню разрешено входить воздушным магам, мне все же хотелось бы присутствовать, — добродушно улыбаясь, ответила Оника.

— Вот поэтому, тебе следует пройти за мной: я видела, как ты приручила воду. Водная стихия — не воздушная, — мягко настояла Эни, несмотря на внутреннее недовольство гостьей, отказывающейся уважать законы Гнезда.

— Ах да, водная магия, — Оника хлопнула себя ладонью по лбу, после чего развела руки широко в стороны, ладонями к небу. Ветви близлежащих деревьев закачались, растревоженные усиливающимся ветром. Он пронесся вдоль границы площади, подбирая с земли пыль и травинки, срывая с деревьев слабые листки. Посчитав, что проведенной демонстрации достаточно, Оника свела руки перед собой и, повернув ладонями к земле, плавно опустила их, заставляя разбушевавшуюся стихию утихнуть.

Эни, натянуто улыбаясь, жестом позволила Онике пойти со старцем. Девушка была удивлена, впервые встретив мага, способного укрощать больше одной стихии, и уязвлена, что в споре, обстоятельства оказались не на ее стороне. Будучи внучкой децемвира, Эни в идеале знала законы Гнезда и его историю и никогда не ошибалась в своих суждениях.

Старец шел по ведущей ко дворцу дороге, шаркая ногами и подметая полами одежды мощеную белым камнем аллею. Пестрящие всеми цветами радуги крохотные птички перелетали с дерева на дерево, выклевывая мелких вредителей. Издали доносились звуки просыпающегося селения, далекий перезвон колоколов и напев духовых инструментов.

— Ранним утром здесь особенно хорошо: молодежь не носится сломя голову и не сбивает тебя с ног. А мне уж далеко до молодецкой прыти, — старец говорил так, будто встретил давнего знакомого.

— Простите, вы называли моего друга странником Моря Теней, не могли бы вы…, — Оника осмелилась задать вопрос, не дававший покоя и Люфиру, который, в свою очередь, предпочел сохранить молчание. Старик не обратил на девушку ни малейшего внимания, продолжая обращаться к лучнику.

— Впервые об этом слышишь, не так ли? — старец задумчиво почесал бороду. — В Гнезде странниками Моря Теней называют тех, кто при жизни побывал за чертой. В основном, маги попадают туда в момент рождения, и потом еще пару раз на протяжении всей жизни. Но главное, что этого достаточно для влияния на сущность магического дара. Но ты, как я вижу, не только мимолетом заглянул в Море Теней, но и призываешь на службу тамошних обитателей.