Ласточки улетают осенью (СИ) - Баукина Елена - Страница 89

   Садрин не без удовольствия принялась за разную снедь.

   - Как тебя зовут и откуда ты? - спросила Садрин маленькую эльфийку.

   - Меня зовут Эолит, дочь Раноэля из клана Поющих родников. Мой отец мёртв, мой клан уничтожен.

   - Прости что спросила, - юная леди поперхнулась.

   - Так распорядилась Великая богиня Солира, - Эолит потупила изумрудные глаза.

   - Ты серьёзно веришь в это? - удивилась Садрин.

   Девочка ничего не ответила на этот вопрос, только посмотрела с укором.

   - Прости Эолит, не следовало так говорить, все-таки Богиня, как-никак...

   - Я нужна Мэг Лори, я нужна тебе и в этом моё предназначенье. Каждое живое существо появляется в этом мире для какой-то цели. Цветы украшают зелёные просторы трав, деревья дают укрытие, дом и тень многим живым существам. Даже мыши нужны для того, чтобы лисы не умерли с голоду. У разумных существ предназначение более сложнее, чем у мышей.

   - Вы эльфы все такие придурковатые? - вспомнила Садрин речи Мишеля Горозная и с грустью вздохнула. Она с удовольствием послушала бы их сейчас.

   - Созидание эпох - даёт мудрость. Мне всего сто двадцать лет, но я много читала и слушала рассказы отца. Не надо смеяться надо моей наивностью.

   - Сколько-сколько?! Такая старая девочка! - удивилась Сандрин.

   Эолит вытаращила на Садрин зелёные глаза:

   - Старая...что это значит?

   Сандрин не нашлась, как объяснить Эолит что значит старость. Пятнадцать лет для эльфа - одно что младенчество. Разве может младенец учить чему-то подростка?

   - Ты никогда не хотела избавится от своей хозяйки? Получить свободу.

   - Я свободна.

   - Свободна? Как не стыдно врать в свои сто двадцать лет! - не поверила пленница.

   - Свобода - это когда ты выбираешь свой путь сам. Мэгги страдает, ждёт помощи. Я иду следом и помогаю, как могу. Без меня она погрузится во мрак без возврата. Потеряет себя.

   - Ну и пусть, тебе то что? Она унижает тебя, я видела, - Садрин взяла девочку за запястье и увидела на коже множество синяков, - Она бьёт тебя?!

   - Этого хочет провидение, этого хочет Солира, - ответила немного сердито Эолит и отдёрнула запястье от Сандрин.

   - С ума сойти! - воскликнула Садрин.

   - Знаю, ты считаешь меня глупой. Это не глупость.

   - Она укокошила кучу людей. На твоём месте я бы эту ведьму...

   - Никогда не примеряй чужих жизней! - хмуро посмотрела Эолит, - Без меня, Мэг убьёт больше.

   - Тогда я желаю ей смерти! Пусть эта ведьма окочурится. Если её не станет и убивать некому будет!

   - Никогда и никому не желай смерти! - закричала на неё Эолит, - Если Мэг умрёт, её место займёт другой злой чародей и погубит всех нас. Всех!

   Дверь в комнату резко открылась. В неё ввалилась, разбуженная криками Эолит, надзирательница Дори.

   -- Шо здеся происходит? Шо за шум? А ну брысь из комнаты, мразь остроухая!

   Эолит схватила тарелку Садрин и выбежала вон за дверь.

   Ласточка потом долго мучилась мыслью, что сильно обидела эльфийку Эолит. Выходит, эта хрупкая девочка через свои страдания пыталась спасти мир. Может она и не такая уж и глупая...

   Вечером, когда на землю опустилась холодная осеняя мгла, Эолит снова явилась в её комнату и принесла еду. Сандрин ждала её и желала попросить прощения.

   - Эолит, ты это...прости меня, - извинилась Садрин.

   Эолит обняла её:

   - Я не сержусь, Ласточка.

   - Откуда ты знаешь моё прозвище? - удивилась Сандрин

   - Его знают многие...

   - Кто эти "многие"?

   - Все волшебники Левсонии. Ты, Солнечная дева, а мэтр Горознай - твой алхимик, твоя судьба. Так говориться в древних мифолегендах; алхимик и Солнечная дева разрушат Тьму. Если будешь служить чернокнижнику Себастьяну Рамерсету - тьма разрушит тебя! Если нет - победит светлый эфир. Не смей служить чернокнижнику! Он не пощадит твоих родных, никого не пощадит! - прошептала эльфийка, прислушиваясь к звукам за дверью и крепко прижимаясь к Сандрин.

   - Что же мне делать, Эолит? - растерялась Ласточка.

   Эолит вложила Садрин в руку небольшой серебряный кинжал, - Лучше убей себя, но не служи им!

   - Я не понимаю, зачем это? - Садрин отпрянула от девочки-эльфийки в сторону. - Почему? Зачем? Нет! Я не могу!

   - Ты всё понимаешь, - Эолит насильно вложила кинжал в пальцы девушки. - Возьми, спрячь. Это всё, чем я могу тебе помочь.

   - Эолит, постой - это безумие. Я не смогу!

   - Прощай... - ответила эльфийка и выбежала из комнаты.

Пасс7

   Великий магистр Лютер, по прозвищу Небесноокий, пропалывал клумбу с анютиными глазками и стрелял темно-синими глазами в сторону коротко стриженого юноши, по имени Монтисгир с жемчужной серьгой в правом ухе. Сад Великого магистра, который он взращивал несколько лет к ряду под волшебным куполом розового цвета, выделялся крайним разнообразием цветов и фруктовых деревьев. Под этим куполом погода всегда радовала. Иногда шли переменные дожди, поливая садовые насаждения магистра тёплой, чистой водой. На лужайках, усеянных мелкими цветочками и исключительно мягкими травами, порхали оранжевые мотыльки. Апельсиновые и лимонные деревья источали тонкий цитрусовый аромат. Монтесгир, давний хоть и очень молодой, товарищ магистра Лютера игриво улыбался и, стоя рядом с садовым столиком, составлял пышный букет для своего покровителя Лютера. Рядом с куполом возвышался и дом верховного мага. Двухэтажный, из белого камня, с фонтаном и многочисленной стражей из железных голимов. Услышав глухой металлический звон и скрип от коленей приближающегося к нему железного слуги, Лютер заворчал и поднялся с колен.

   - Великий магистр, маг-инквизитор Робин Ищейка просит у вас срочной аудиенции, - сообщил звенящим голосом металлический голем.

   - Фу, как не вовремя, Железяка, я только увлёкся моими цветочками. Куда деваться, зови нашего миленького комиссара.

   В стенке розового купола появилась арка, через которую быстрым шагом, держа подмышкой гладкий череп, вбежал одетый в чёрное человек с бородкой. Он сделал лёгкий поклон и положил череп на садовый столик, рядом с букетом, составленным Монтесгиром.

   Монтесгир поморщился и отодвинул букет подальше от черепа.

   - Мастер Лютер, война ... дети... - комиссар перевёл дух, расстегнул ворот чёрной куртки.

   Верховный маг снял перчатки и протянул инквизитору свою нежную руку, словно дама, ожидающая нежного поцелуя. Инквизитор поклонился, снял шляпу, приветственно потряс руку Верховного мага.

   Лютер вырвал руку у инквизитора и усмехнулся:

   - Во-первых, мой милый друг, день добрый, как-никак, перед вами личный маг Вашего Величества. Во-вторых, о войне я знаю лучше вашего - как обычно, семейные разборки королевских отпрысков. Мы с вами давали клятву защищать людей от посягательств Темного владыки, но не клялись участвовать в междоусобицах королей. Жаль, что избежать участия не всегда получается, - магистр тяжело вздохнул, его рыхлый, как у женщины, живот раздулся и обратно сдулся, словно рыбий пузырь.

   - В эти делишки сунулся чернокнижник Себастьян Рамерсет. Есть подозрение, что он и его подельники выращивают целую армию демонов, -- ответил, переведя дух, инквизитор. Он искал глазами лавочку или какой-либо стульчик.

   - Рамерсет, - мастер Лютер приложил указательный палец к губам, сделал их трубочкой и задумался, - Ой, это такой плюгавый, белобрысый, безвкусно одетый. Монти, дорогуша, представляешь у этого человека совсем нет вкуса! А причёска, жуть... Не то что у тебя, мой дорогой.

   Монтесгир пожал плечами и пригладил коротенькие волосы на голове.

   - Не обращал внимания, - посмотрел на ухоженного юношу комиссар, - И дети...

   Верховный маг, снова тяжко вздохнул, положил Робину руку на плечо, настоятельно приглашая прогуляться по дорожке вдоль клумб с нарциссами. Запахи цветов и свежей травы похоже действовали на магистра успокаивающе.