Эпоха мертвых. Дилогия (СИ) - Медведев Дмитрий Сергеевич - Страница 5

Я распахнул глаза, попытался отмотать воспоминания назад и ухватить ускользающее видение. Увы, мне так и не удалось проследить, откуда пришел кошмар. Он просто врывался в мои мысли, когда хотел, и уходил, не оставив никакой зацепки. Кто там говорил, что сновидения тесно связаны с реальными переживаниями? Ну-ну, верю.

Все, теперь точно не усну, уж лучше попробовать пройтись, может, тогда меня сморит. Ну, или после прохладной улицы хотя бы захочется в теплый дом.

Набросил куртку, сунул ноги в кроссовки и побрел по едва заметной заросшей тропинке, которую утопчут энтузиасты-грибники к середине лета. Небо понемногу светлело, и все вокруг просыпалось. Переливистое чирикание ранних пташек сливалось с тихим шелестом деревьев, басовито жужжал толстый майский жук. Джинсы, которыми я при каждом касался мокрой от росы травы, уже потемнели чуть не до колена и потяжелели. Красота, одним словом.

Люблю бывать здесь весной и наблюдать, как начинающийся за границей массива лес оживает буквально на глазах, все смелее приветствуя восходящее солнце. Каждый раз, приезжая в это место, я старался встречать рассвет именно у леса, ведь там, в пяти километрах отсюда, уже начиналась вполне себе дикая природа. Постоишь вот так, посмотришь на начало нового дня, а потом уже можно спать хоть до обеда, а то и до вечера, все равно выходной.

Вместе с небом светлели и мои мысли, нарождающееся солнце спугнуло призрак ночного страха, с неохотой возвратившегося во тьму. Но надолго ли?

Действие марихуаны начало постепенно сходить на нет (торгаш, конечно, балабол), и ясность мышления возвращалась даже не смотря на недостаток сна. Пора бы на боковую, а то потом совсем не заснешь.

Я еще немного побродил по окрестностям и вернулся в дом. Поглядел на блаженные лица товарищей, забрался под тонкое одеяло, сомкнул глаза и сразу отключился, несмотря на звуковое сопровождение в виде доносящегося из трех глоток сразу оглушительного храпа.

Глава 2. День Победы

Приехали мы на огород в пятницу восьмого мая, и, окончательно проснувшись только к вечеру субботы, столкнулись с весьма тривиальной проблемой — закончился алкоголь. Я все дивился, и как в них столько лезет? Особенно Семен — пьет и пьет, гаденыш, и совсем ему не плохеет. Только скуластая морда расползается в довольной ухмылке.

Долго думали-гадали, кому идти в магазин, и в итоге решили тянуть жребий. Я знал, что обречен на поражение, и потому ничуть не удивился, когда идти выпало нам с Лехой. Оставив Семена и Ивана спорить о преимуществах советских танков перед немецкими, мы взяли опустевшие после вчерашней пьянки пакеты и отправились огородами сквозь девственную поросль молодых сорняков, еще не познавших беспощадных калош дачников.

— Ох уж эти диванные войска, — усмехнулся Леха. — Семен-то хоть пристроен, Машка у него есть. Правда, она сейчас в Германии, вот и дурью мается. А вот Ваньке точно девка нужна, а то он скоро на своих танках и самолетах совсем свихнется. Каждый вечер ведь играют, иногда до утра. У рыжего вообще больше ничего в жизни не происходит, только работа и танки.

— Слушай, ты ведь Ваньку дольше моего знаешь, — произнес я, задумчиво покусывая сорванную травинку. — У него хоть раз девушка была? А то сколько его помню, он тему дам как-то деликатно обходит, не интересуется совсем.

— Была. Только ты тогда уже уехал, потому и не знал, Ванек же у нас конспиратор. Полгода встречались, влюбилась в какого-то москвича и отчалила. Сейчас у него в фирме работает и на Ленд-Ровере разъезжает. Такие дела.

— И что же, с тех пор ни с кем и никак? — удивился я, неприятно удивленный Ванькиной скрытностью.

— Неа, год с лишним как нет. Да и как будто не слишком хочет. Как-то ляпнул мне, что разочаровался в девчонках. Дурак, нет? По одной паршивой овце поставил крест на всем стаде.

— Ну и аналогия. Но в целом верно! Зато у Семена полный порядок.

— Это точно, они с Машкой просто идеальная пара, нашли друг друга два чудика, — улыбнулся Леха.

Я наивно ожидал, что Леха поинтересуется, как дела на моем любовном фронте, но он этого не сделал, и разговор как-то увял, так что до магазина мы дошли молча, каждый в своих мыслях. Это я сейчас понимаю, что мог бы и сам спросить, тогда что-то не додумался.

Леха, в отличие от Семена, мучился похмельем и шел весь смурной, а я не мог нарадоваться тому, что моя голова была в полном порядке. С другой стороны, каждый из моих товарищей принял по меньшей мере вдвое больше моего. Нет, это слишком скромно — втрое будет в самый раз.

Главный и единственный магазин садоогородного массива «Металлург», в недавнем бурном прошлом строительная бытовка, располагался у самого въезда, в десятке метров от прикрытых ворот. Когда мы добрались до дверей, за нашими спинами темным пятном мелькнула машина и юзом выскочила на дорогу, крепко ударив одну из воротных створок, распахнувшуюся настежь с жалобным скрипом. Я не успел разглядеть автомобиль — он уже исчез в клубах коричневой пыли. Зато я прекрасно видел, что толстый металл створки с поблекшей и облупившейся зеленой краской вогнулся внутрь в месте удара. Да уж, торопился человек.

— Ну, дает, — прокомментировал Леха, провожая удаляющуюся пыльную тучу взглядом. — Жена рожает, что ли. Если уж он ворота так помял, с его-то машиной что? И ведь даже не остановился, не посмотрел.

Я даже не знал, что и сказать. Гонщиков в этих краях вроде не водилось, да и кто будет гнать по такой дороге, рискуя остаться без подвески и вообще никуда не уехать. В голове в первый раз что-то щелкнуло. Эта машина, невесть откуда взявшаяся здесь в такой день и в такое время, странное поведение водителя… Словом, что-то здесь нечисто. Ощущение из странного сна остро кольнуло, но я искусственно отмахнулся от него — ну какая связь с тем, что я видел там, с торопыгой, который оказался еще и не слишком умелым водителем? Да никакой. Водитель просто был не в себе, только и всего, к чему везде высматривать двойное дно?

В магазинчике тихо и монотонно бубнило крохотное китайское радио, голос ведущего с трудом пробивался сквозь режущие уши помехи. Продавщица спала, держа в пухлых пальцах с едва заметными следами розового лака потрепанный и пожелтевший женский роман — видимо, начиталась и теперь решила сама погрезить о вечной любви, а заодно и протереть собственной щекой пыльную витрину. Что ж, дело понятное, скука здесь смертная, особенно в такой вот выходной, когда за день может не быть ни одного покупателя. Зато как откроется сезон и понаедут типичные любители огородного отдыха — пиши пропало, только успевай доставать горячительные напитки из-под прилавка. Можно уверенно работать в три смены — сюда ходят еще и с соседних массивов, где никаких магазинов нет.

Мы с Лехой замешкались было в дверях, но он быстро взял инициативу в свои руки, негромко постучав по отозвавшемуся дребезжанием витринному стеклу. Продавщица подскочила и, поправив сползший колпак (никогда не понимал, зачем он вообще нужен), уставилась на нас заспанными глазами. На левой щеке красовалось белое пятно — знатно отлежала, значит, спала крепко.

— Здравствуйте! Три бутылки водки, по ноль пять, — Леха сразу начал по-крупному. — Глазовскую лучше, вон ту, слева.

Вскоре он задумался над выбором закуски, который оказался неожиданно непростым — в этом забытом Богом месте наличествовали и чипсы, и сухарики, и сушеные кальмары, а вот денег на все не хватало. А ведь и то, и другое, и третье такое вкусное!

Доходы друзей остались прежними, но все подорожало — доллар растет, а как же, значит, и ценам надо расти! Даже бабушки возле магазина «Родина», что на улице Клубной, всегда продавали сигареты «Винстон» по три рубля за штуку, а теперь, вслед за колебаниями самой демократичной в мире валютой, подняли планку до пяти.

Предоставив Лехе покупки, я принялся изучать унылый вид через мутное стекло крохотного оконца, когда меня привлекло радио. Бестолковая болтовня ведущего развлекательной программы прервалась экстренным выпуском региональных новостей. Прозвучала знакомая незатейливая мелодия, и хорошо поставленный и твердый голос диктора развеял все сомнения — случилось что-то важное.