Мезозой. Дилогия (СИ) - Медведев Дмитрий Сергеевич - Страница 49

Заметив два небольших тупых гребня на носу чудища, Кирилл безошибочно идентифицировал зверя. Такой когда-то был в его коллекции фигурок, да и вчера в энциклопедии он как раз читал статью о хищниках Лорданы.

Цератозавр чинно возлежал на животе, подогнув массивные задние лапы и спрятав под себя куцые передние. Он имел мускулистое тело и хвост, покрытый короткими перьями красивого темно-красного цвета. Оперение было и на спине, доходя до шеи. Голова зверюги отличалась невероятным размером по отношению к туловищу — она просто не должна быть такой огромной! А зубы, зубы были велики настолько, что даже при плотно закрытой пасти они торчали наружу.

Последним штрихом стали венчающие грозную морду рожки, идущие друг за другом и имеющие округлую, не заостренную форму, как часто рисуют на картинках в книгах или показывают в кино. Рог поменьше располагался над глазами, а рог побольше, будто обтянутый тонкой желтоватой шкурой, возвышался почти над самыми ноздрями и придавал зверю сходство с носорогом. В энциклопедии писали, что эти рога — и не рога вовсе, а так, декоративные гребешки, признак полового диморфизма, а не ритуальное орудие боев за самку и, тем более, не оружие.

Кирилл сразу уловил настроение хищника. Он спокойно лежал, отдыхал и хотел покоя, но тут притащились незваные гости и потревожили его покой.

Цератозавр совсем не планировал нападать. Но, заметив Кирилла, он по неизвестной причине заерзал, заволновался. Будь это любой другой человек, динозавр бы и не шелохнулся, но теперь… Помедлив секунду, динозавр принял окончательное решение и пулей рванулся вперед.

60

— Перед тобой цератозавр. Он у нас… Э-э-эй!

Бам! Морда динозавра смачно впечаталась в ограду, но та даже не шелохнулась. Сделано на совесть, что и говорить. При виде этого монстра по-другому и не хотелось.

Вит с выражением крайнего недоумения наблюдал, как Кирилл панически отшатывается от клетки, чуть не падая со страху на пятую точку, а бросившийся в атаку ящер, разочарованно фыркнув, начинает расхаживать по своей клетке взад-вперед, с шуршанием касаясь решетки хвостом.

В его клетке растений было мало, здесь они носили исключительно декоративный характер, а в дальнем углу белели чьи-то обглоданные и поломанные кости.

— Этого я знаю, уже наслышан, — выпалил ошарашенный таким приемом Кирилл. — Он всегда такой суровый?

— Всегда. Этот малыш был подобран у матери, убитой конкавенаторами, и он не генномодифицированный. Ему почти год. Размером он уже со здоровенного ротвейлера, а по решимости переплюнет гризли и амурского тигра вместе взятых. Изводим на него пять килограмм мяса каждый день, представляешь? Скоро фермеры у нас бунт поднимут…

— Еще как представляю, — Кирилл действительно представлял, глядя на здоровенную морду хищника. — Мне уже говорили, что этот зубастый кошмар для нас опаснее всего.

— Пожалуй, так и есть. Для торвозавра мы — лишь муравьи, насекомые, — слова Вита подтверждали сказанное Борисом. — Барионикс тоже не слишком нами интересуется, это только живущий севернее самец с ума сходит… Ну, не важно, суть такая — цератозавр меньше барионикса и меньше торво, но при этом бьет он не слабее, глянь только на его морду. Для цератозавра человек представляет собой неплохую цель, ради такой добычи они готовы выложиться на полную. А уж какие они смышленые… Прячутся, хитрят, любят кровавые игры с жертвой, заставляя ее впадать в безумие со страху.

Под этими словами Кирилл готов был подписаться хоть сейчас. Цератозавр и впрямь выглядел совсем не таким простофилей, как виденные сегодня травоядные. Те безмятежно жевали свою жесткую пищу и, казалось, были погружены в какие-то глубокие думы, в то время как цератозавр всем своим существом присутствовал в настоящем моменте. Цепкий взгляд, отличный нюх и острый слух — такое сочетание оставляло жертвам немного шансов.

По-прежнему чувствуя на себе изучающий взгляд хищника, Кирилл с ужасом понял, что динозавр запоминает его. Точнее, уже запомнил.

Наконец, цератозавр устал ходить взад вперед. Он остановился, отвел глаза в сторону, а потом резко мотнул большой головой и опять вперил взгляд в Кирилла, да так, что тому стало не по себе.

Вернулось тоненькое, холодное покалывание с затылке. Длилось это, возможно, меньше секунды или чуть больше (Кирилл уже не помнил), после чего в голове беззвучно взорвался крохотный ядерный заряд, озарив все на миг ослепительной багряной вспышкой. Цератозавр зарычал, и Кирилл увидел себя и Вита со стороны. Сам он стоял весь бледный, ни живой ни мертвый, а Вит же наблюдал за цератозавром с привычным профессиональным интересом.

Что это такое происходит… Невероятно краткое, но ясное и запоминающееся мгновение завершилось, и Кирилл вновь взирал на мир от первого лица. Он тяжело задышал, по лбу и спине покатились липкие капли. Вит встревоженно посмотрел на него.

— Что-то ты будто не здоров. Пойдем на улицу, хорошо? У меня есть еще пара минут.

— Д-да, идем, — не своим голосом ответил Кирилл.

Пока Вит вел его обратной дорогой, рассказывая, что цератозавра хотят купить за сто пятьдесят миллионов какие-то бразильские гангстеры, Кирилл помалу приходил в себя. Уходила из рук и ног ватная слабость, прояснялся ум, который в тот момент заволокло густым туманом, и Кирилл с неудовольствием признал, что с ним приключилось нечто непонятное и с трудом объяснимое. Возможно, помутнение окончательно развеется, как утренний туман, исчезнет из памяти, но верилось в это все одно с трудом. Слишком сильное впечатление оставила эта чертовщина.

Наконец, они покинули стерильное помещение научного центра, уже не кажущееся Кириллу таким уж приятным. Все-таки ужасными вещами здесь занимаются ученые, в таком участвовать мерзко и гадко, как они потом себя чувствуют? Не мучит совесть, что ли? Забрали животное из родной среды обитания, обкололи всякой дрянью и продали олигарху, чтобы тот хвастался перед такими же, как он. Нет, варварство неискоренимо. Мы — варвары, и всегда ими останемся.

В лицо ударила дневная жара вперемешку с теплым влажным ветром. На свежем воздухе сделалось легче, но произошедшее все еще крепко держало Кирилла. Во время накатившей из ниоткуда галлюцинации Кирилл хотел наброситься на себя самого и на Вита, хотел растерзать острыми зубами мягкую плоть двуногих пришельцев, высоких, но слабых, беззащитных перед острыми зубами. Он был в шкуре динозавра, был. Кирилл без сомнения поклялся бы в этом.

61

— Вообще-то курящих здесь, мягко говоря, недолюбливают, — вещал Вит, стряхивая пепел в специальную урну со значком сигареты. — Я все-таки полевой специалист, и перед выездом на место мне курить нельзя. Запах. Хищники здесь уже наученные, табак они прочно связывают с людьми. Учуют — и все, пиши пропало. Мелкие попрячутся, а крупные, наоборот, навострят уши и будут искать возможности напасть. Так что или не получится наблюдать пугливых, или твое появление привлечет внимание тех, кто напугает уже тебя.

— Ты сказал, что здесь уже были потери? Шесть человек, да?

— Больше. На самом деле все не так уж радужно, к сожалению. За три года погибло двадцать три сотрудника, еще три десятка стали инвалидами разных категорий и сейчас, на Земле, получают пожизненную пенсию Гроско.

Услышав такие данные, Кирилл буквально почувствовал, как челюсть летит куда-то далеко вниз. Что-то им об этом никто не говорил, Джозеф даже вскользь не упоминал ничего подобного! Видя его замешательство, ученый поспешил успокоить новичка.

— За предыдущий год было четверо погибших и одиннадцать раненых. Почти все из охранников, почти все — жертвы невнимательности и халатности. Рабочего за этот год цапнули только раз, и то это был паук, плюс в самом начале еще один преставился после встречи с ацизавром — это такая мелкая, яркая и ядовитая ящерица. Сейчас наш городок защищен от насекомых, маленьких рептилий и членистоногих, мы распыляем спецсредства чуть не ежедневно, но этот паучище оказался стойким. Такое бывает, понимаешь ли, крайне редко, но случается.