Мир Диорисса. Дилогия (СИ) - Григорьева Наталья Сергеевна - Страница 24

   Я и Эль уставились на него. На этого лорда действительно стоило посмотреть. Разнаряженный, как на праздник, (хотя почему как? Смерть наследника - это действительно достойный, долгожданный праздник), толстый как боров, с тремя подбородками, в светло-фиолетовом наряде, усыпанном драгоценными камнями. Даже стоя, как минимум, в сорока локтях от него, мы чувствовали удушающих запах духов.

   - Возлюбленные подданные мои, - завел он таким гнусавым голосом, что Эль даже поморщилась, - сегодня мы собрались здесь, чтобы предать смерти коварного убивца, нечестивца, который посмел осквернить самое святое в наших душах, покуситься на самое желанное...

   Дар тихо застонал.

   - Слушайте, хватит уже слушать этот бред! Он сейчас будет целый час распинаться о том, какой я был хороший и как же меня не хватает. Не могу уже слушать, достало все!

   Эль тихонько погладила его по рукаву.

   - Ты прав, пойдем, нам осталось совсем немного дойти до твоего Корина.

   Мы снова потихоньку двинулись вперед, стараясь не привлекать к себе внимания.

   На постаменте, тем временем, вовсю разворачивалось новое зрелище. Откуда-то со стороны площади притащили невзрачного человечка, который изо всех вопил, призывая граждан "любимого Сидона" не поддаваться на клевету и верить ему, самому лучшему, верному, любящему и любимому и... у нас начали скручиваться в трубочку уши. У всех троих. Потому что спокойно слушать этот бред было не возможно.

   Я подумал, что тут возможно дело в осведомленности, мы-то знали, что наследник жив, а вот другие нет. Поэтому гневная реакция толпы на вопли "убийцы" Дара была закономерной.

   Когда мы добрались практически вплотную к постаменту, в центре которого была установлена плаха, а с левого краю, ближнего к нам, стоял Корин дер Лаготт, развязка близилась к концу.

   Под непрерывные вопли страдальца и обезумевшей толпы, палач швырнул "убийцу" на колени к плахе и занес над ним свой, устрашающих размеров топор. Повинуясь сигналу лорда Мэддиса, махнувшего кружевным платком, топор, на мгновение завис, а потом резко опустился.

   Раздался гулкий стук, и толпа радостно заголосила.

   И в этот самый момент, произошло сразу несколько важных событий.

   Эль зажмурилась и со всех сил уткнулась мне лицом в рубаху, не желая видеть того, что произойдет.

   Корин дер Лаготт, сопроводив глазами топор палача, как раз обводил взглядом толпу народа, и естественно, его привлекло резкое движение Эль. Он усмехнулся, разглядев человеческих детенышей, которые пришли на казнь, а ведут себя как трусы, но тут его взгляд зацепился за Дара. Он насторожился, это было видно даже невооруженным взглядом, быстро, но аккуратно спрыгнул с края помоста, и по коридору, оставленному расступившейся перед ним толпой, подошел к нам.

   - Сдается мне, мы казнили не того, - пробормотал он себе под нос, глядя на нашу троицу, потому что мы синхронно шагнули вперед, прикрывая собой Дара.

   И развернувшись к постаменту, во весь голос крикнул:

   - Арестовать их!

Глава 16.

   "Устаешь ждать, но насколько хуже было бы,

   если бы ждать стало нечего"

(Джордж Бернард Шоу)

Дар.

   Я не успел опомниться, как нас скрутили подоспевшие стражники. Толпа народу отхлынула, оставив перед собой пустое пространство. Глава имперской дворцовой сотни подошел к нам вплотную, став прямо передо мной.

   - Что здесь происходит? - послышался визгливый голос лорда Мэддиса.

   Корин дер Лаготт развернулся спиной к нам и лицом к лорду регенту и четко отрапортовал:

   - Задержаны смутьяны, подстрекавшие толпу.

   Лан покосился на меня, приподняв бровь. Я сам пожал плечами. Произошедшее было непонятно.

   - Всыпьте им плетей, чтоб было неповадно, - резюмировал лорд Мэддис и повернулся, чтобы уйти с площади. Вся толпа сопровождающей его знати, развернулась следом за ним, копируя его движения. Выглядело смешно.

   Корин повернулся ко мне и посмотрел мне прямо в глаза.

   - Я не знаю, кто ты, и какова твоя роль в произошедшем, но я разберусь. Увести их! - скомандовал он стражникам.

   Нас под конвоем довели по южной оконечности дворцового парка и препроводили в замковую темницу. Со скрученными за спиной руками много не побегаешь, да мы и не рвались, нам нужно было поговорить с Корином, и теперь, похоже, такая возможность представилась. Хотя и немного не так, как мы предполагали.

   Нас всех троих втолкнули в одну камеру и заперли дверь.

   - Признаться, я испугался, - сказал Лан, тяжело вздохнув.

   - Я тоже, - пискнула Эль. Она съежилась и казалась еще меньше, чем была на самом деле.

   Я пожал плечами.

   - Мы же хотели поговорить с Корином? Вот нам и выпала такая возможность.

   Лан оглядел пустую камеру, увидел на полу в углу охапку соломы и направился к ней.

   - Ты знаешь, - сказал он, усаживаясь на это кучу, - я как-то по-другому представлял себе этот разговор.

   Эль немедленно скользнула к нему и пристроилась у него на коленях. Все же забавная девчушка, мне она стала даже немного нравиться, с неожиданным изумлением осознал я.

   - Он скоро придет? - спросила она меня.

   - Не знаю, Эль, - вздохнул я.

   - А почему вообще он обратил на тебя внимание? - С некоторой долей удивления спросил Лан. - Ты выглядишь по-другому, рост, цвет волос, глаз, даже возраст, все другое. Я не поверю, что чистокровный человек может чувствовать сквозь морок.

   Эль засопела у него на груди.

   - Что бельчонок? - заботливо спросил ее Лан.

   Бельчонок? Надо же...

   - Это моя вина, - прошептала она, уткнувшись в его грудь.

   Я подошел поближе и положил руку ей на плечо, призывая повернуться ко мне.

   - Эль, скажи, почему ты так решила?

   - А ты посмотри на себя, - она ткнула рукой мне в плечо. - Я сделала тебе другое лицо, но совсем забыла про одежду. Она порвана была и я ее просто поправила мороком, а она осталась твоей. Не глупо ли?

   У меня отвисла челюсть.

   - Вот тьма, и я в таком виде разгуливал по городу! Не мудрено, что нас сюда запихнули. Корин наверняка подумал, что я принимал участие в собственном убийстве.

   Я нервно хихикнул.

   Мда, чувствую, что нас ждет очень содержательный разговор.

   До вечера мы просидели на соломе, переговариваясь о всякой чепухе. Сил не было на серьезные разговоры, мы просто болтали и смеялись. Ближе к вечеру нам принесли три чашки какой-то похлебки. Она была серо-зеленого цвета и жидкой как вода.

   - Ну и кормят тут у вас, - поморщилась Эль.

   - А зачем кормить того, кого, скорее всего, казнят? - спросил я ее. - Это же мы знаем, что мы не причем, а они думают, что мы убийцы или подручные убийц. Вот и суди.

   - А мне интересно, - Лан сидел с чашкой в руке и пытался попробовать это варево. - Вдруг вкусно?

   - Не советую, - покачал головой я. - Иначе можешь не дожить до вечера. Не буду удивлен, если туда добавлен яд, чтобы прикопать нас по-тихому и не возиться.

   - Вот жуть, - Лан брезгливо отставил чашку от себя подальше на пол, и для верности, еще отпихнул ее ногой. - Спасибо что предупредил.

   - Всегда обращайся, - хмыкнул я.

   И вот, мы, наконец, дождались.

   Поздним вечером, когда на улице уже стемнело, в коридоре замковой темницы послышались чьи-то тяжелые шаги.

   Мы, сидя в полной темноте, увидели сначала отблеск факела на серой стене, а затем чью-то тень. Человек подошел к двери нашей камеры и зазвенел ключами, отпирая замок. За его спиной маячили несколько стражей.

   Он вошел, оставив стражу за дверью, запер ее за собой и повернулся к нам, Приподняв факел повыше, чтобы осветить всю комнату.

   - Ну что, - усмехнулся Корин дер Лаготт, поочередно оглядывая нас с плотоядной улыбкой на лице. - И кто же из вас будет первым?